Нѣсколько Словъ о Соціализмъ

Слову «соціализмъ» въ обыденной бесѣдѣ придаются различныи значенія. Потому то и случается, что, коли приходится говорити о соціализмѣ, люди одинъ другого не понимаютъ, бо каждый подъ тѣмъ самымъ словомъ разумѣетъ чтось совсѣмъ иншого. Между тѣмъ съ упомянутымъ словомъ въ послѣднихъ лѣтахъ встрѣчаемся чѣмъ разъ частѣйше. Въ газетахъ читаемъ, что на мѣстѣ бывшей Россіи сорганизовался нынѣ союзъ совѣтскихъ соціалистическихъ республикъ, что въ Англіи, Германіи, Франціи, Даніи, Чехословакіи, Бельгіи и т. д. къ власти пришли или могутъ придти социалисты, что, наконецъ, въ самыхъ Соединенныхъ Штатахъ все усиливается соціалистическое движеніе. Въ настоящей статьѣ постараемся объяснити вкратцѣ значеніе сего нынѣ такъ актуального слова.

Соціализмъ есть ученіе, проповѣдующее коренное измѣненіѳ нынѣшняго господарского и общественного строя путемъ устраненія приватной власности и свободной конкуренціи въ индустріальномъ производствѣ благъ. Но сторонники соціализма не ограничаются одной проповѣдью своихъ теорій, а стараются провести ихъ въ житье, даже силой накинут всѣмъ людямъ. Отсюда получается движеніе, борьба во имя соціализма. То движеніе тоже называется соціалистическимъ.

Но было бы великой ошибкой думати, что есть одно строго опредѣленное соціалистическое ученіе. Того не было и нѣтъ, а есть рядъ ученій, рядъ теорій въ меньшей или большей степени связанныхъ съ собой, бо и между самими «св. отцами» соціализма суть громадныи разногласія въ вопросѣ о томъ, якими способами долженъ быти устраненъ нынѣшній порядокъ и замѣненъ новымъ, а также и въ томъ, якъ тотъ новый порядокъ маетъ выглядати на практикѣ. Разногласіе въ ученіи породило разнообразіе въ движеніи. Нынѣ мы являемся свидѣтелями того факта, что въ одной и той же державѣ, въ одномъ и томъ же народѣ существуютъ двѣ и даже три соціалистическіи партіи, которыи борются между собой и стараются заманити рабочихъ въ свой таборъ. Тоже если сравнимъ программы и дѣятельность, напримѣръ, соціалистовъ французскихъ и нѣмецкихъ, или русскихъ и англійскихъ, то находимъ между ними глубокіи различія.

Нынѣшній господарскій строй, въ якомъ мы живемъ и якій соціалисты стараются отстранити и замѣнити новымъ, принято называти капиталистическимъ. Отличается онъ особенно тѣмъ, что выроба потребныхъ людямъ продуктовъ ведется приватными предпринимателями при помощи наемныхъ рабочихъ. Предприниматели собираютъ гроши, организуютъ компаніи, строятъ фабрики, производятъ продукты и продаютъ ихъ на свой рахунокъ. Полученный зыскъ идетъ въ ихъ полное распоряженіе. Рабочимъ стараются такіи предприниматели платити якъ найменьше. Впрочемъ, они и мусятъ такъ дѣлати, бо, еслибы и нашолся больше совѣстный и справедливый фабрикантъ, который желалъ бы больше равномѣрно распредѣлити зыскъ между рабочими и компаніей, то онъ не выдержалъ бы долго конкуренціи съ другими предпринимателями, которыи не обращаютъ вниманія на рабочихъ, а лишь думаютъ о томъ, якъ бы получити найбольшій зыскъ и найскорше обогатитися.

Капиталистическій строй зиждется на двухъ основныхъ предположеніяхъ: на личной свободѣ и на приватной власности. Принципъ приватной власности позволяетъ одиницамъ забирати въ свое полное распоряженіе предметы, которыи маютъ цѣнность не лишь для одного человѣка, але суть потребны для существованія другихъ людей. Право личной свободы, снова, позволяетъ полнолѣтному гражданину свободно выбирати себѣ занятіе, мѣсто жительства и вообще распоряжатися по своему усмотрѣнію своей судьбой. Покушеніе на самоубійство въ нѣкоторыхъ странахъ считается все еще преступленіемъ, но если рабочій работаетъ за низкую плату, которая недостаточна для прокормленіе его и его семьи, а слѣдовательно ведетъ къ повольному самоубійству, то такое явленіе есть вполнѣ нормальнымъ и одобряется законами.

Капитализмъ вылонился и развился только въ ХІХ-омъ столѣтіи. Нынѣ онъ въ одной странѣ развитъ больше, въ другой меньше. Суть краи, где нѣтъ фабрикъ съ ихъ массовой продукціей, нѣтъ модерной индустріи, где люди живутъ разсѣянно на землѣ и занимаются преимущественно земледѣліемъ. Тамъ нѣтъ капитализма, а слѣдовательно не можетъ быти и правдивого соцаіализма.

О соціализмѣ часто говорятъ яко объ ученіи, стремящемся, во имя общого благо, къ лучшему и справедливѣйшему устроенію человѣческой жизни на землѣ. При томъ модерный соціализмъ навязуютъ къ разнымъ попереднимъ реформистскимъ ученіямъ и стремленіямъ, отсуваючи его зачатки далеко въ старину. Социалистами тогда называютъ многихъ древнихъ и средневѣковыхъ философовъ и реформаторовъ, якъ Платона, Бакона, Т. Моруса, Кампанеллу и т. д. а даже Христа, т. е., всѣхъ, кто стремился къ соціальнымъ реформамъ, мающимъ на цѣли поднятіе убогихъ и уменьшеніе нужды на землѣ.

Однако названіе «соціализмъ», въ правдивомъ значеніи того слова, можно приложити только къ ученіямъ и движеніямъ, возникшимъ въ противовѣсъ капиталистической системѣ въ индустріи. Слѣдовательно, початки социализма не могутъ сягати дальше, якъ первыи десятилѣтія ХІХ столѣтія, коли начали ясно показыватися всѣ темныи стороны быстро развивающогося капитализма и коли противъ себе станули до борьбы два классы: — классъ рабочихъ, т. е., неимущого пролетаріати, и капиталистовъ, т. е,. имущей буржуазіи. Новое ученіе не ставило себѣ якихсь отвлеченныхъ, фантастическихъ цѣлей, не стремилось къ загальному отстраненію нужды на землѣ, а вылонилось непосредственно изъ требованій реальной жизни и развивалось въ тѣсной связи съ потребностями момента. Ученія древнихъ и средневѣковыхъ общественныхъ реформаторовъ не мали той связи съ жизнью, были отвлеченными утопіями. Съ другой стороны не было тогда и такого класса населенія, который могъ бы принята тѣ ученія за свои и во имя нихъ начати борьбу за улучшеніе своего положенія.

Французская революція конца ХѴІІІ столѣтія проводилась во имя права личности на свободу и равенство. Думалось, что главной причиной зла на землѣ былъ старый политическій и соціальный порядокъ, построенный на привиллегіяхъ классовъ. Революція уничтожила тотъ старый порядокъ и провозгласила свободу личности и равенство всѣхъ верствъ населенія. Но скоро показалось, что политическая свобода не отстраняетъ зла. Рабочіи увидѣли себе въ такомъ же беззащитномъ положеніи, въ якомъ находились предъ революціей. Хотя въ конституціи были провозглашены свободными, но въ жизни они оказались въ полной зависимости отъ своихъ работателей-капиталистовъ.

Экономисты ХѴІІІ столѣтія учили, что личная свобода создаетъ въ господарской жизни гармонію интересовъ. Каждый человѣкъ стремится свободно къ удовлетворенію своихъ потребностей и тѣ стремленія встрѣчаются съ стремленіями другихъ людей, взаимно ограничиваются, и самъ собой создается такой порядокъ, при которомъ способности человѣка могутъ найлучше развитися и его потребности могутъ быти найлучше удовлетворены. Длятого отъ правительства требовалось лишь одного, чтобы оно совсѣмъ не вмѣшувалось въ сферу господарской дѣятельности гражданъ.

Вскорѣ, однако, показалось, что въ жизни нѣтъ ніякой гармоніи интересовъ, а лишь борьба за существованіе и глубокіи противорѣчія между интересами отдѣльныхъ классовъ населенія. Особенно ярко вылонились противорѣчія между интересами рабочихъ и предпринимателей — между пролетаріатомъ и буржуазіей. Несмотря на личную политическую и экономическую свободу положеніе рабочихъ не улучшилось, а наоборотъ, погоршалось, бо предприниматели, маючи на цѣли лишь свои личныи интересы, эксплуатировали рабочаго, забираючи для себе больбую часть плодовъ его труда и оставлячи ему лишь то, что было необходимо для поддержанія его нужденного существованія.

Рабочіи массы начали приходити къ сознанію того, что политическое равенство, за которое они боролись въ дотеперѣшнихъ революціяхъ, представляетъ для нихъ малую цѣнность и что имъ слѣдуетъ повести борьбу за экономическое раскрѣпощеніе. И та борьба началась и съ каждымъ годомъ принимала чѣмъ разъ то острѣйшій характеръ. Формы ей были чрезвычайно разнообразны въ зависимости отъ мѣстныхъ условій каждой страны. Но главную роль въ той борьбѣ суждено было съиграти соціализму, который не лишь осудилъ капиталистическій строй на словахъ, но и началъ организовати рабочіи массы, чтобы повалити вапитализмъ и замѣнити его новымъ господарскимъ строемъ.

Предшественниками соціализма слѣдуетъ назвати ученія и дѣятельность общественныхъ реформаторовъ первыхъ десятилѣтій ХІХ столѣтія, выступившихъ на сцену въ Франціи и Англіи, въ первой линіи: Сенъ Симона, Фурье и Оуена. Они начали поддавати критикѣ существующій капиталистическій строй, осуждаючи въ первой мѣрѣ индивидуальную систему производства и господарскую свободу, которая приводитъ въ конкуренціи между предпринимателями, пораждаетъ анархіи и кризисы въ продукціи и даетъ полную свободу къ вызыску слабшого т. е., головно рабочого. Въ противовѣсъ индивидуальному производству они выдвигали производство товаришеское, кооперативное и свободу личности подчиняли регуляціи загалу. Не одинъ человѣвъ малъ быти властителемъ фабрики, а товариство рабочихъ. Выроба продуктовъ велася бы подъ контролемъ высшихъ общественныхъ органовъ, которыи бы слѣдили за потребностями данного момента и согласно тому опредѣляли продукцію того или другого товара.

Въ подробностяхъ ученія выше помянутыхъ реформаторовъ сильно различались между собой, но объединяло ихъ критическое отношеніе въ индивидуальной, приватной продукція — тому головному столпу капитализма.

Ихъ ученія называютъ нынѣ утопическими. Существующее зло они надѣялись отстранити черезъ лучшее воспитаніе человѣчества, черезъ внушеніе каждому человѣву его обовязковъ по отношенію къ загалу, къ обществу. Экономическими явленіями они не интересовались глубже и не знали законовъ, управляющихъ тѣми явленіями. Они вѣрили, что выстарчитъ явитися одному геніальному человѣву и показати на примѣрѣ лучшее и справедливѣйшее устройство жизни, такъ всѣ люди пойдутъ въ его слѣды. Но то не было въ согласіи съ фактами реальной жизни. Ихъ ученіе не было выведено изъ существующихъ политическихъ, экономическихъ и соціальныхъ условій, а было построено на чисто теоретическихъ, разумовыхъ предположеніяхъ.

Но чѣмъ дальше, тѣ реформистскіи ученія приходили въ тѣснѣйшую связь съ жизнью. Реформаторы стали изучати ближе жизнь рабочихъ и приходили въ переконанію, что нужденноѳ положеніе рабочого класса есть прямымъ послѣдствіемъ существующого капиталистического порядка въ продукціи и распредѣленіи благъ.

Слово «соціализмъ» было употреблено по разъ первый Пьеромъ Леру, сторонникомъ ученія Сенъ Симона, въ 1834 году. Лоренцъ Штейнъ въ своемъ замѣчательномъ сочиненіи «О соціализмѣ и коммунизмѣ въ современной Франціи», изданномъ въ 1842 году, уже ясно указуетъ на связь соціализма съ существующимъ общественнымъ строемъ, а особенно же съ развитіемъ рабочаго класса. Онъ первый подмѣтилъ, что подкладкой соціализма есть борьба классовъ, другими словами, что соціализмъ становится религіей и идеаломъ рабочаго класса, подобно якъ идеаломъ капиталистовъ есть индивидуализмъ.

Въ послѣдующихъ годахъ громадное вліяніе на развитіе соціалистическихъ теорій оказали Луи Бланкъ и Прудонъ — оба французы. Луи Бланкъ выступалъ противъ индивидуального, приватного производства и противоставлялъ ему товаришеское производство. При помощи державной власти должны быти созданы тѣ товарищества для производства потребныхъ людямъ благъ. И не лишь то, — тѣ товарищества должны бы находитися подъ руководствомъ и контролемъ державы. Коротко сказавши, въ системѣ Бланка держава мала замѣнити капиталистовъ. Прудонъ зато былъ противникомъ державной власти, которая по его мнѣнію должна быти совершенно отстранена и замѣнена свободнымъ договоромъ трудящихся.

Отцомъ модерного, т. н., научного соціализма считаютъ Карла Маркса. Онъ собралъ въ цѣлость и обработалъ идеи своихъ предшественниковъ, далъ тѣмъ идеямъ научно-экономическіи подставы и выткнулъ рабочему классу великую миссію разрушенія дотеперѣшняго экономического буржуазного строя и замѣненія его новымъ, соціалистическимъ. Стройностью своей соціально-экономической системы, убѣдительностъю своихъ доводовъ Марксъ превышаетъ всѣхъ своихъ предшественниковъ. Въ немъ можно сказати европейскій соціализмъ дозрѣлъ.

Карлъ Марксъ училъ, что развитіе господарской жизни въ промышленныхъ капиталистическихъ державахъ само собой приведетъ къ соціализму. Продукція будетъ чѣмъ разъ больше концентроватися въ рукахъ немногихъ капиталистовъ, съ другой стороны будетъ расти и число рабочаго пролетаріата. Мало помалу и крестьянство стратитъ свою власность и будетъ закабалено капиталистами. Такимъ способомъ огромное большинство населенія соберется на одной сторонѣ — въ рядахъ безъимущественного пролетаріата. Съ другой стороны немногочисленныи властители всѣхъ капиталовъ — предприниматели-капиталисты, объединятся въ могущественныи синдикаты и будутъ чѣмъ разъ больше эксплуатировати рабочіи массы. Тоже и пролетаріатъ въ долгой борьбѣ за свои права наберетъ яснѣйшого сознанія своихъ интересовъ, объединится въ рабочіи союзы и партіи. Такимъ способомъ будетъ все приготовлено къ соціальной революціи и къ настоленію соціалистического строя. Рабочіи просто захватятъ въ свои руки политическую власть, отнимутъ капиталистамъ ихъ маетки. Заводы, фабрики, земля будутъ націонализованы или соціализованы, т. е., перейдутъ на власность державы или трудовыхъ обществъ. Пролетаріатъ, освобожденный отъ ярма капиталистовъ начнетъ организацію общественной жизни на новыхъ трудовыхъ началахъ.

Значеніе Маркса для соціалистического движенія было огромно. Въ его ученіи рабочіи нашли якобы путеводную звѣзду въ лучшему будущему. Онъ поднялъ въ нихъ почутье классового достоинства. Рабочіи начали приходити въ сознанію своего значенія въ общественной организаціи. Стали смотрѣти на себе яко на піонеровъ новой правды и начали организоватися не лишь для защиты своихъ классовыхъ рабочихъ интересовъ, но и для захвата политической власти и перестройства всего капиталистического строя.

Марвсизмъ далъ сильный размахъ рабочему движенію во всѣхъ западно европейскихъ индустріальныхъ странахъ. Повсюду организовались соціалистическіи партіи, которыи начали вліяти на ходъ политической жизни въ странѣ. Тѣ партіи обыкновенно принимали названіе «соціалъ-демократическихъ» партій.

Такъ якъ принималось, что рабочихъ всѣхъ странъ объединяютъ одни и тѣ же интересы и задачи, т. е., борьба съ буржуазіей за новый соціальный строй, то возникла мысль созданія международной организаціи трудящихся. То было выражено кличемъ: «Пролетаріи всѣхъ странъ соединяйтесь!»

Въ 1864 году было основано первое международное общество рабочихъ, извѣстное подъ названіемъ І Интернаціонала. Французско-германская война 1870-71 гг. привела въ разрушенія той организаціи. Близко черезъ 20 лѣтъ, послѣ многихъ усилій удалось снова создати международное объединеніе рабочихъ организацій подъ названіемъ ІІ Интернаціонала. Но и тотъ интернаціоналъ былъ разрушенъ въ послѣднюю свѣтовую войну, въ которой показалось, что связи, объединяющіи рабочихъ разныхъ странъ, были за слабы, чтобы не допустити до войны между отдѣльными націями. Соціалисты германскіи воевали на фронтахъ съ соціалистами французскими и англійскими.

Свѣтовая война а особенно русская революція подняли сильно значеніе соціализма въ жизни всѣхъ культурныхъ народовъ, но и разбили самое соціалистическое движеніе на два враждебныи собѣ теченія. Русская революція привела къ власти на территоріи бывшой Россіи радикальную соціалистическую партію большевивовъ, которыи основали свое радикальное объединеніе рабочихъ подъ названіемъ ІІІ Интернаціонала и ведутъ открытую пропаганду въ цѣломъ свѣтѣ за соціальную революцію и диктатуру пролетаріата. Въ противовѣсъ московскому Интернаціоналу былъ возобновленъ подъ руководствомъ англійскихъ, бельгійскихъ и германскихъ соціалистовъ старый ІІ Интернаціоналъ.

Нынѣ соціалисты не лишь ведутъ борьбу противъ буржуазіи, но и внутреннюю борьбу между собой за то, кто изъ нихъ правовѣрнѣйшій соціалистъ. Каждая идея, которая входитъ въ жизнь, отражается различно въ головахъ милліоновъ людей. То самое случилось и съ соціализмомъ и потому нѣтъ ничого дивного, что между социалистами нынѣ столько разногласій.

Якъ сказано, въ соціалистическомъ движеніи маемъ нынѣ два главныи теченія ІІІ и ІІ Интернаціоналовъ. Въ Россіи Ленинъ не ждалъ, доки по схемѣ Маркса русскій пролетаріатъ дойдетъ до чисельной переваги надъ другими верствами населенія и ясного сознанія своей роли въ общественномъ строѣ, а открытымъ насиліемъ, при помопщ вооруженного возстанія захватилъ политическую власть и установилъ диктатуру пролетаріата. Ленинъ былъ того мнѣнія, что соціализмъ можно ввести лишь силой, а не ніякимъ мирнымъ развитіемъ, не демократическими, парламентарными способами. Между тѣмъ сторонники ІІ Интернаціонала въ томъ отношеніи строго придерживаются схемы научного соціализма и проповѣдуютъ, что слѣдуетъ организовати рабочій классъ, воспитывати его и приготовляти къ соціализму, къ якому постепенно самъ экономическій процессъ муситъ привести. Они отклоняютъ насиліе, диктатуру, противоставляючи имъ демократическіи принципы, которыи и при соціалистическомъ строѣ должны быти сохранены неприкосновенно. Въ англійскомъ рабочемъ движеніи находимъ живый примѣръ того, что теоріи ІІ Интернаціонала не якаясь фантазія, не утопія, а здоровая программа практической политики. Постепенный ростъ рабочого представительства въ англійскомъ парламентѣ, приведшій въ минувшемъ году къ организаціи первого рабочого правительства въ Англіи, доказываетъ, что и мирными, демократическими методами возможно для рабочихъ захватит политическую власть въ свои руки.

ІІІ Интернаціоналъ накидуетъ своимъ членамъ названіе «коммунистическій», т. е., слово соціализмъ подмѣняетъ терминомъ «коммунистическій». Граничную линію между коммунизмомъ и соціализмомъ трудно провести. Модерный коммунизмъ тоже опирается на науку Маркса якъ и соціализмъ. Обыкновенно подъ коммунизмомъ разумѣютъ больше радикальный соціализмъ. При соціализмѣ приватная власность была бы отстранена лишь посколько дѣло касается орудій производства, т. е., капитала (фабрикъ, желѣзныхъ дорогъ, кораблей) и земли. Зато готовыи продукты, призначенныи къ потребленію, переходили бы въ полную власность набывателя и въ способъ потребленія ихъ никто бы не вмѣшувался. Другими словами, были бы соціализованы фабрики и земли, рабочіи працювали бы дальше такъ, якъ и нынѣ за гроши или другое вознагражденіе, но зыскъ отъ фабрикъ не ишолъ бы въ роспоряженіе приватныхъ особь а лишь загалу, т. е., державы или иначе организованнаго пролетаріата. Коммунизмъ въ своемъ требованіи соціализаціи идетъ дальше, распространяюши ю и на жилищныи дома и регулируючи не лишь продукцію, но и распредѣленіе и самое потребленіе, консумацію продуктовъ. При коммунизмѣ общество врывается въ семейную жизнь, вносячи повсюду коренныи измѣненія. Въ теоріи до сихъ поръ соціализмъ главное вниманіе обращалъ на правильную организацію производства продуктовъ, а коммунизмъ — на дѣленіе готовыхъ продуктовъ.

Ленинъ въ томъ отношеніи не былъ соціалистомъ, а лишь простымъ разрушителемъ старого порядка въ Россіи. Его главное вниманіе было свернено на захватъ политической власти. Онъ училъ, что треба скинути старое правительство буржуазного класса и взяти власть въ свои руки, завести диктатуру пролетаріата или лучше сказати коммунистической партіи, а такъ уже увидится, что треба дальше дѣлати. Ленинъ ненавидѣлъ такъ старое русское общество, что его разрушеніе считалъ первой задачей своей революціонной программы. Онъ не считался съ жертвами, якіи соціальная революція должна была принести, бо, по его мнѣнію, старое общество Россіи такъ зопсуто, что гибель милліоновъ его членовъ до извѣстной степени даже желательна. Длятого съ легкимъ сердцемъ бросалъ онъ свои кровавыи кличи: «Грабь награбленное» и «Миръ хижинамъ, война дворцамъ».

Захвативши власть въ свои руки Ленинъ сталъ насильно вводити коммунизмъ въ русскомъ народѣ. Фабрики, банки, земля, домы и т. д. были напіонализованы и приватная власность совершенно отстранена. Регулировалось даже то, сколько кто маетъ носити одежи, говорилось уже объ отстраненіи грошей, которыи мали быти замѣнены трудовыми карточками. Но результаты получились не тѣ, якихъ ожидалъ Ленинъ. Рабочіи, захвативши фабрики, перестали работати на нихъ, а вѣчно митинговали. Селяне сокращали посѣвы, бо знали что чѣмъ больше будутъ працювати, тѣмъ больше продуктовъ должны будутъ отдати правительству и неробамъ. Найбогатшій край въ свѣтѣ не былъ въ состояніи выживити самъ себе. Ленинъ еще за житья малъ возможность переконатися, что человѣческая жизнь не укладается въ рамки его коммунистической теоріи, и далъ приказъ къ отступленію. То отступленіе на буржуазныи позиціи стало извѣстно подъ названіемъ новой экономической политики (Н. Э. П.). Была дозволена приватная продукція и торговля, а съ тѣмъ и привернено въ части приватную власность. Нынѣ въ Совѣтской Россіи бокъ о бокъ съ націонализованными фабриками работаютъ и приватныи предпріятія, но приватный капитализмъ находится подъ бдительнымъ контролемъ коммунистического правительства, которое не позволяетъ ему сильно развинутися.

Проба Ленина ввести за однимъ размахомъ коммунистическій строй въ Россіи обошлась страшно дорого русскому народу. Но другіи народы на русскомъ горѣ научились многому. Найбольше научилися сами соціалисты. Они переконались, что соціализмъ несетъ съ собой и тяжелую отвѣтственность. Не выстарчитъ горланити, а даже и збурити старый буржуазный порядокъ, але треба тоже мати чтось, что можно бы поставити на его мѣсто,


——————oo0oo——————



[BACK]