Учмеся, Братья Лемкы — Стефан Кичура

Вступили зме до 1970-го паристого року! Якоси уж так єст принято во світі и в житью человіка, та даже в житью каждой створины, яка родится и жиє, а потом отходит, — што не лем люде на том світі и всьо друге глядат свойой пары, бо якоси в парі жиєся весельше, беспечнійше и здоровше, але и цілы державы днешнього світа глядают свойой пары. Держава, так як и єден человік в полю, не єст беспечный, то и єдна держава сама тоже мало вартна. Правда, сут державы, як наша Америка, а специально нашы Соєдиненны Штаты и Совітокий Союз, где уж не єст єдна держава, бо тоты краины сут зложены из многых другых держав-штатов. В нашых Соєдиненных Штатах маме теперь аж 50 штатов: Каждый штат єст далеко богатший, як даяка єдна векша або меньша европейска держава, яка жиє собі на самоті. Разом так взяты всі 50 штатов робдт огромну силу, бо они сут объєдиненны економично, политично, державно и патриотично. Штобы мог зробити в таком часі, як сегодня, єден штат, який он бы не был великий и економично побудованый, єсли бы каждый такий штат сам зо собня отповідал за себе перед світовом организованом силом? Тото само относится и до Совітского Союза, котрый в собі заключат меньше число держав-штатов, бо их называют республиками, но они всі сут далеко векшы, як нашы Американскы Штаты. И як Америка под своими крылами выгріват и дає житья 200 миллионам народу, а по боку того она дає житья и кормит своим хлібом больше, як 200 миллионов людей, голодных людей по цілом світі лем зато, бо она єст объєдинена во єдино и ей сила єст непереможна, непобідима, то то само относится к Совітокому Союзу. И хотя во свойой економичной наукі, в постройкі нового житья Совітский Союз єст молодший, но зато, што он объєдиненный во єдино, он зробил и робит великий прогресс для свого народа и для другых народов в цілом світі.

Обі тоты дві великы державы хранят днешный світ от войны и ріжных несчастей. Всі другы державы, як в Южной Америкі, так и в Европі, где державы, повязанны торвольом, дипломатиом, економгиом, им все єст тяжше и тяжше жити на самоті, єсли никто за них не дбає. Хотя многым жиєся не зле, но они все боятся за свою свободу, бо великы и объєдиненны страны даже не мусят им грозити войном, або даже заберати их под свою опіку, то они силом, подиктованном тыми великыми державами, держатся на самоті, як грібы в лісі...

Послі Другой Світовой войны всі малы державы в Европі, в Азии и в другых частях світа получили свою свободу, котры єй утратили через войну. Послі войны были организованы Объєдиненны Нации, якы допомогли меньшым народам світа и цілым державам поднятися высше между другыми, якы получили свои независимости и свою народну свободу. И сегодня уж майже треба бы было, як то люде привыкли говорити, зо свічком смотріти за таком держаном, за такым народом, який не получил бы свободу на свою державу, на своє культурне розвитие, словом на житья для человіка...

И єсли так жити объєдиненно, паристо, в достатках и беспекі, здаєся, што в такий час, где народы пользуются свойом свободом в найдальше отдаленных от світа, от цивилизации кутиках нашой земли, где ищы перед Другом світовом войном не можна было даже о том подумати, што свобода, здобыта на полях битв, в небесах, часто в неровной борьбі, не могло бы дашто таке статися, штобы тота свобода на таке саме народне, культурне житья не могла быти дана нашому народу на Лемковині? Бийте головом о стіну, то голову розбьете, а стіна останеся тота сама, то и тот вопрос гдеякы не лем чужы, но и нашы лемкы не можут порозуміти. Сут лемкы, и то велика масса их по цілом світі, якы ищы жиют теперь, а они боролися за тоту свободу, и тоты лемкы, як лігают спати в Америкі, дякуют Богу, же жиют тут в Америкі, же хотя не жиют на Лемковині, але все таки жиют в краю, где дорожится житья человіка. Сут лемкы, и то великы массы народа, якы переселилися в Совітский Союз на Украину, где многым жиєся сегодня уж лучше, то они тоже дякуют Богу, што жиют во свойой национальной державі, бо за тото они и боролися, штобы могли днеска жити спокойно, без боязни за свою свободу на таке житья, яке мают всі другы народы в цілом Совітском Союзі. Но многы лемкы, выбраны с тых, жиют ищы чымси другым. Идучи спати, ставаючи рано, идучи на роботу, до церкви, до школы, на высшы державны роботы, на занятия в фабриках и в университетах, на фармах, в театрах, на морі, на полях и в воздухі, они завсегда думают о том, што сталося з родным крайом лемков? Чом всі другы можут паруватися, объєдинятися, жити дружно разом; пользуватися своим языком, свойом земльом, свойом молитвом, политиком, науком, а мы того робити не можеме? Нашу парку розлучили, бо положили между нас свою границу и заборонили жити нам разом.

В цілом світі лемко стал думати сам о собі. Не хотіл он тото робити, бо його все учили думати о другых людях, учили його, як треба другым помагати, як треба робити, штобы сусід, брат славянин был счастливый, веселый и жебы мал свою пару! А чом має быти иначе з лемком? Лемко жде на свою пару, але через границу єй не може достати, бо так уложили тото тоты, котры укладали тоту границу. В том Совітский Союз ани словом не упомнулся, а лемко тогды ищы не политиковал. Он думал, што єсли має матер на Востоку, гет на заваді, где в Америкі, жиє як уж не отец, то уйко, котрый всіх людей на світі любит єднако, то лемко быв певный, же опіка отцовска приде сама собом, як и для всіх другых она пришла. Тота опіка не пришла. Край наш Лемковина теперь там єст, где и быв, но там лемкы жиют лем частично, и то лем силом вырвавшыся зо заходу и откупившы свою або не свою землю, бо часто не пустили його на землю и дворь свого отца, он присіл там на самоті, як дикий звірь, в таком цивилизованом світі, мусит вести борьбу направду с дикарями...

И ніт для лемка иншого выходу, лем народна организация, с котром бы рахувалися и малы и великы. Мы маме таку организацию. Єй минулого 40 літ того року, и хотя она мала, але зато сильна, бо продержалася по сей день, тогды, як другы такы организации давно уж пропали. Но и в той организации наш лемковский розум уж роздвоєный: єдны вірят в тото, што Лемковина буде жити и буде счастлива, але треба за тото боротися всіми можливыми способами; другы тратят надію, што всьо пропало и ніт ниякой причины двигати новы идеи в обороні чести свого народа його краю...

В том нашом Карпаторусском календарі Лемко-Союза на 1970 рок читатель найде много интересного, материалу. Материал тот пришол от нашого народа зо всіх частей світа, где нашы лемкы жиют. Прочитай, читателю, тот календарь и дай його читати другым. Пошлий тот календарь свойой родині в старом краю, або передай його людьми, якы ідут в туристы або в гості в Совітский Союз, в Польшу и в Чехословакию. В календарі читатель увидит, што тут не писал лем єден человік, а писало його и составляло його много нашых дорогых и любезных краянов с цілого світа. Там єст выражена неєдна прекрасна мысель, єст выражена любовь к свому народу, к всім другым народам, бо так нам каже тото робити наша змучена, але зато негрішна наша душа...

На тот Новый 1970 рочок шлеме всім читателям того календаря, всім читателям газеты “Карпатской Руси”, всім членам и всім нашым людям щиры и сердечны поздравления и желаме всім доброго здоровья, охоты до труда и наукы, бо лем наука и трудолюбие, а так наше щыре объєдинение нашых мыслей може дашто нашому народу помочи в того незавидной судьбі. Учмеся, братья нашы милы, бо лем так всі увидят нас, як станеме разом, разом связаны, як єдна связка прутов. То уж такий світ, який бы он не был: ци буде капиталистичный, ци коммуннстичный, але лемкови треба учитися и треба обом сторонам доказати, што мы маме право жити в свойом родномі краю, жити на Лемковині, бо лем тогды Лемковина буде наша, як, лемкы там будут жити!


Стефан Михайлович КИЧУРА.



[BACK]