Любомир КАМЯНСКИЙ, СССР, лемко от Крыницы.
Lemkovina — Lubomyr Kamyansky, Лемковина — Любомир Камянский
1. КРАСА ПРИРОДЫ

1. КРАСА ПРИРОДЫ

Великий польский поет Адам Мицкевич так глубоко и болючо отчул страту свойой отчызны, што с розпукы закликал:

Літво, ойчизно моя, ти єстесь як здровє,
Ілє цєм ценіць тжеба, тен тилько сєм довє,
Кто цєм страціл...

До тых задушевных слов поета треба додати: тот лем глубоко зрозуміє утрату отчызны и загорится святом, пламенном любовьом до свого народа, кто побывал на чужыні.

Русины-лемкы стратили свою отчызну и материзну, стратили Лемковину — край чудовой, жывописной природы с синіми схылами убочей, покрытых шпильковыми и листястыми лісами.

Радужну картину творят вічнозелены Карпаты, таємничы горы, перерізаны шумливыми стромками, опоясаны квітистыми килимами привольных лугов и полян, усіяных миллионами ріжнокольоровых, ароматных квітов, зіл и трав. Правдиве чудо и диво, яке словом не розсказати, пером не описати. Треба быти в Бескиді и власными очыма оглянути його красу, його здравницы: Крыницу, Жегестов, Мушыну, Высову, штобы полном грудьом вдыхнути запах жывицы сосен, ялиц, смереков, штобы почути шум бурхливых водопадов и зрозуміти всю велич тых русскых гор.

Музыка и в день и в ночы. Звенят співы всякой пташыны, и трудно оторвати очы от заходячого сонця. Коли ж вітерок притихне, и выкотится на небо ясный місяц, душа верховинца, збераюча наснагу вічной любви до свойой отчызны, взносится до найвысшого чувства патриотизма. У него одна ціль: Русь превысше всего в світі и жытю.

Русин-лемко свято любил свою Карпатску Русь, тоту любов передавал своим дтіям-лемчатам, не тратил єй, коли переводил с верха на верх Бескида, коли выіздил на зароботкы в чужы страны и за море-океан. Всядиль перед його очыма стояла величава красота Карпат.


2. СЕЛО КАМЯННА

Дорогы землякы!

Чую шгучу потребу высповідатися перед вами. Може, лекше стане на сердци. Скажу всьо дочыста.

Помалы наступал вечер. Сонце уж зашло за Бзат — гору, покрыту столітными ялицями, и освічувало лем убочы Діла, Козього Ребра, Высокого Пути и Кырдивкы; тін штораз высше и высше ишла вверх, аж наконец залишылися освічены лем вершкы Ділу и Высокого Пути. Поцілувавшы их на прощание, сонце потонуло в пропасти. За пару хвилин тін люкрыла вшыткы верхы гор.

Зачынало темніти. На Карпатскы горы помалы наступала ніч, як бы боялася вступати в котловины и межгоря села Камянной. Розположылося оно в долині меж горскыми хребтами, образуючы прекрасный, чаруючий котлован.

Камянна, яке ж то гарде село!

Лежыт оно в котловині, гейбы в гнізді, оточене живописными, красивыми вершынами: Козім Ребром, Высокым Путьом, Вершком и Убочым от полуночы; Хвочом и Стырмином от востока, Щобом и Котлином от полудня и Ділом от заходу. С Бзоватого выплыват річка Червеница, а быстра Быстрица омыват Подбаниска, Діл, Козє Ребро и Вершок. Обі річкы объєднюются в єдно русло Быстрицы біля церкви св. Параскевы.

Камянна ділится на штырі участкы, а то: Гонковку, Шолтыство, Онуфриевку и Нижній Конец, што носит назву “Хлопского конца”. Червеница и Быстрица творят горскы лукы полонинскых сіножатей. На обох бергах Быстрицы роскинулося село Камянна с добротными, деревяными хыжами, покрытыми гонтами, та иншыми господарскыми постройками. До 1939 року вшыткых господарств было 105. Население около 500 душ творили выключно русины-лемкы, якы всі до єдного вернули на віру своих православных предков. В селі не было ни єдного поляка ни єдного жыда. 3 Камянной вышол доктор богословскых наук о. Николай Малиняк. Єден из парохов о. Йоанн Прислопский залишыл пю собі художны рукописи Литургикона и Иморлогиона и на лемковский говор перѳвюл “Псальмы” Давида.

Камянна — то горске село Грибовского, а гнеска Новосандецкого повіта. Оно граничыт с Флоринком и Полянами от сходу, с Берестрм от полудневого сходу, с Крижовком, Великом Ростоком и Новом Весьом от полудня, с Котовом, Богушом и Білцаревом от полночы. Як всі другы села Бескидов, оно віками двигало тяжке ярмо чужоземных загарбникові польской шляхты, австрийских баронов, мадярскых графов, еврейских пиявок и латинскых бискупов. Вшыткы тоты “опікуны” намагалися перетворити русске население в стадо безправных рабов.


3. ТРАГЕДИЯ ЛЕМКОВИНЫ

В 1340 р. польский король Казимир Великий захопил всю Червену Русь. Першом жертвом была Лемковина — спадщина Романовичов. Результаты польского заграбаня были дуже смутны. Карпатска Русь была оторвана от загально-русского организму. Польска неволя была далеко тяжшом от татарского ярма. Папа, крайно щедрый на роздачу того, што до него не належало, звичайно благословил польского завойовника. А поддержка папы значила товдыль не мало.

Знедолены жытелі знедоленой землі, от найдавнійшых часов належной до Руси, найдальше высуненой на запад, звернули свои очы на Восток. Они все плекали горячу надію на своє вызволение при помочы своих єдинокровных братов. Другой надій не было.

Што, єднак, сталося?

В 1340—1772 роках, то єст 432 рокы, Лемковина, як и вся Червена Русь, несе тяжке польске ярмо. В 1772—1918, то єст 146 літ Лемковину давит австрийске ярмо. По розвалі Австрии русины-лемкы направляют всі свои усилия, штобы утворити свою республику. Але польскы оккупанты арестуют єй организаторов и заперают до тюрмы. В 1918—1938 р., то єст 20 літ, Лемковина другий раз попадат в польску неволю. В 1939 р. новый луч надіи на вызволения овіял русинов-лемков. Завалилася шляхетска Польша. Але доля, горька доля лемков, обманула их. Жыве русске тіло Лемковины было отрізане от родной матери-Руси и по договору з німцями оккупантами была проведена найнесправедливійша в світі границя по Сяну. Такым чыном вся Карпатска Русь на запад от Сяну нашлася под желізным німецкым черевіком, в страшном, чорном террорі.

Про то, што вытерпіл карпаторусский народ в 1939—1945 рр. от самых германцев, от их наймитов “січевых стрільців”, украинской полиции и польских фольксдойчеров, коротко не роскажеш. Про тото треба бы было списати томы книг. Даколи про тоту смуту фашыстского террору и розгулу розскажут историкы, писателі и поеты. Они создадут книгу лемковской Голгофы, подобну До книпы “Галицкой Голгофы”, так красиво переизданой горячым лемковскым патриотом Петром Семеновичем Гардым.

В розперезаной стихии фашыстского звіря, украинского поліцая и польского фольксдойчера допущен был необдуманий шаг с боку самых лемков. В 1939—1940 роках была проведена реєстрация лемков на выізд в СССР. Дозвол на выізд одержали лем єдиниці, а спискы желаючых выіхати нашлися в руках врагов. Сколько по той причыні было гонений, арестов!

Коли найгорше уж минуло и фашыстов не стало. Русины-лемкы, отераючы слезы радости и счастя вышли витати своих вызволителей, своих родных братов, воинов Червеной Армии. Скатованы, знищены материально, збідованы и голодны спішат на встрічу. Кто чує в собі силу, зголошуєтся добровольцем в ряды Ч. А. Сколько лемков-юнаков включилося тут охотниками, трудно сказати. Але не полягат сумніву, што десятки тысяч сатнули в лавы со своими родными братями, штобы добити фашыстского звіря уже на його территории, штобы уже больше николи не важылся нападати на славянскы землі.

Отцы отдали своих сынов с горячом надійом и віром, што их жертва и пролита кров на олтар Русі будут послідными и для русско-лемковского народа настане довгождана воля. Они были переконанні в том, што ясна зоря свободы уже навсе озарит карпатскы Бескиды, якой от восходящого сонця, от великой Руси ожыдали. Не диво, што от той радости можно было видіти заплаканы лиця не лем у женщин, а и у мужчын. Они твердо и непохытно стояли у русского знамени, яке нияка сила не переможе и не розлучыт их с родном земльом, не оторве от могучой Руси. Кріпко вірили, што их віковому рабству, горю и страданию настал конец. Так мысліл каждый честный русин-лемко, и до того стремился всіма силами.

Но сталося по-другому. Лемковину постигла страшна недоля. Частина русинов-лемков выіхала в СССР, а с рештом поступили польскы жолдакы так, як ище до того часу не бывало. Ціле русско-лемковске население насильно, по звірскы выгнали их з прадідной землі. В 1947 р. всі засобы езуитского арсеналу были пущены в ход, якы одновременно охопили всю Лемковину. Польске жолдацтво, выховане в езуитском дусі ненависти до всього русского, накынулося на русскы села с пісньом:

Радує сєм серце, радує сєм душа,
Кеди на москаля комшнія руша...

Польскы вандалы вдералися в хыжы по селах и малых містах, багнетами, кольбами, шаблями и револьверами били безборонный народ, як пажерлива саранча змітали всьо його добро по дорозі, залишаючы по собі руину. Ураган злобы, бішеного розгулу и кровавого террору обуял тых “рицарей”, якы похвалювалися своим “геройством” над беззахыстными стариками, женами, матерями и дітьми. Ціле русско-лемковске племя было выкынуте из родных хыж, загород, садыб, сел, міст, Бескидов, Карпат, землі.

Ціле племя русинов-лемков перестало иснувати. Продовж 24-х годин оно зникло с лица землі своих отцов, дідов и прадідов, де жило споконвіку. Тых, што протестували против беззакония, катовано так само, як катували фашысты в Освєнцімі. Німцям выбачаме. Але трудно выбачыти славянам, до якых зачыслюют себе полякы. Трудно выбачыти их сліпу ненависть до своих сусідов-славян, якых они мучыли без пощади.

Што за глум! Яка неправда! Яке безуміе! Выгнатй ціле племя с його отчызны с забороном на поворот где таке безправне видано и слыхано? А польскы джесоциалисты його показали. Штобы хоц троха перед світом Себе обілити, они пустили блахман: будто выгнали лемков за то, што помагали бандитам. Якый подлый наклеп! Сколько тут цынизму! Сколько брехні! Русин-лемко, якый гыдился украинском зрадом, был в змові с поліцаями, слугами Германии! То лож! То провокация, така сама, як убивство ген. Свєрчевского с вины лемков.

Панове социалисты! Вы добре знате, кто несе вину за гыбель того чоловіка. Але вам треба было выдумати легенду и спыхнути вину на невинных русинов-лемков. Вы подобрали сприятливый час, штобы под шумом воєнной заверухы сполнити давну мрію: “зніщиць русінув в Бєщадах”. Вам то удалося при помочы обмана Сталина. За лемками не было ниякой вины, хыбаль то, што родилися русинами.

Тоже нерозумный, панове, ваш росчет на статистику лемков, росчытаный на генегатов. Вы подаєте, што большинство лемков выіхало в СССР, и в Польші осталося дуже мало. Прийде час, мы вам подаме точны чысла. Теперь скажеме, што лемков в Польші далеко больше, як тых в СССР, што ище довго до выселения лемков на запад над Одру и Балтик не малы знущания перетерпіли мешканцы Флоринкы, Білцаревой, Полян, Береста, а о застінкы Грибовской тюрмы отбивалися стоны плачу и рыданий Габуров, Цоквов, Геллов, Смальцев, Пецухов, Вильчыцкых и тысяч другых русинов.

Не може быти спору и сумніву в том, што были честны полякы, якым не мог подобатися прозвол их родаков над русскым населением. Они отверто говорили: “встидзіми сєм, жесьми полякамі”. Они осуджували насильство и отвертали свои взоры от тых своих краянов, котры чынили постыдный погром над лемками скрыто, быстро, без огласкы, штобы не узнал ничого світ. Никому было унятися за кривду Лемковины, бо діялася она в смутны Сталинскы часы. Польскы громилы мали вольны рукы. Выкорыстали они послівоєнный хаос. Осягнули всьо, про што мріяли віками. Знищили Русь в Карпатах. Не стало лемковскых сел, місточок, не стало всего русско-лемковского племени.


4. НАСЛІДКЫ ПОГРОМУ

Наслідкы погрому Карпатской Руси кличут о месть до неба. Оккупанты лізут из кожы вон твердячы, што “Бєщади з крві і косьці польскє”. Ціле руске племя лемков має идти на удобрение польской нивы. Дівчата, молоды, красивы гордянкы, здоровы и кріпкы легені-хлопці повинны повнити и усилити исхудале, потріпане пиянством и розпустом польске население.

Вшыткы чыны польской власти, администрации, суда, полиции, жандармерии, школы и костелы бют в єдну ціль: вынародовити русский народ, на каждом шагу нищыти русскы оселі, школы, церкви, кладбища, памятники культуры, иконы и кресты. Русске слово высміяне, заборонене. Яскравый образ того несчастя на Лемковині описал турист Григорий Кунцик, який из США в июню (червци) місяцку 1966 року отвиділ своих родных в селі Избах.

— Прцщли-сме на могилу моих родичов. Тут всьо зароснене. Коровы топчут по могылі. Желізо с крестов забрано, попродано на злом. Я припал на могылу родичов, и вшыткы-сме заплакали. От церковці даже мур забраный, зруйнованый. А вошли-сме до середины, там два футы гною, бо никто гной с церкви не вымітує. Коровы бродят по той гноівці. До памятниковых образов, што ище висят на стіні, стріляют. Они всі в дірах. От вам с того видно, што зараз творится на нашой Руси.

Чорны крукы клюют тіло русина-лемка. На выгнаню вздовж Одры и на бергах Балтийского моря польскы тираны закрыли уста лемковской дітины. Она не сміє говорити языком матери. От колыскы она мусит бесідувати лем по-польскы. Лемковскы діти и внукы перестают быти лемками.

На самой Лемковині пустыня. Бескид — перла Карпат в наготі и смутку. Не єдна Камянна, а всі села заросли кряками, париями и бурянами. Хыжы розвалены або спалены. Памятникы культуры, церкви, школы, чытальні, кооперативы пограблены, поруйнуваны. Кладбища подвергнуты профанации. Кресты и памятникы с могыл вышмарены. Самобытне народне мистецтво придушене. Национальны звычаи и обычаи знивечены. Чудовы співаикы затихли. Добрі, якшто в селі найдется 5 русскых родин. В Устью Русском, где жыло 990 русинов, тепер всего 5 фамелий. Характеристичны означения русскости перечеркнуто, и ніт гнескы ни Устья Русского, ни Вороблика Русского, ни Яворника Русского.


5. РОЗМЫШЛЕНИЯ РУСИНА-ЛЕМКА

Тяжкы то розмышления! Печальный то анализ власных мыслей и пережываний! Горький то результат долгых наблюдений! Болючы то рефлексии и роздумы.

Не вміщатся в мойой голові противоречие польскых заправил, котры робят русинам-лемкам то, што самы пережыли и претерпіли от фашыстов. Забыли их знущания и террор, забыли, як страшно страдали.

Непонятое поступование поляков ввиду русинов, найблизшых по крови славян. Забыли, кто их вызволил, спас от знищения и заглады.

Русины-лемкы не можут молчати. Они мают право требовати той самой елементарной справедливости, яка на основі межнародных законов належытся вшыткым народам мира и до якой стремится все прогрессивне людство.

До чого кракує Карпатска Русь? Чого она хоче?

Не секрет, што карпаторусы в першу чергу желают жыти с єдинокровными своими братями в СССР. До той меты столітиями стреміли их отцы, діды и прадіды. Лемкы — мале русске племя, але и йому належытся право до жытя, свобода на свойой споконвічной землі, воля думати, говорити и ділати по-свойому. В СССР жыє около сто национальностей, и всі корыстуются повном свободом. На основі постанов учения В. И. Ленина они всі ровноправны. Чом же социалистична Польша гнобит русинов-лемко? Чом єй дипломаты, державны розумны мужы, не стараются выправити тоту кривду придушеного народа? Зробте дашто, ради Бога, дайте йому отсапнути, отдайте йому заграблены Боскиды!

Якшто посчастит, любый земляче, ище вступити на землю твоих прадідов, то остановся на хвилинку, прислухайся до подыху утробы Бескида, до шепоту высокых смереков, ялиц, сосен! Вникный в жалобну пісню розлогых буков, білых яворов, дробнолиственных ясеней и засмученой ліщыны, вдумайся в стон горского красеня, вічнозеленого ядловця, с плоду якого робилася мучка для кадил в святынях! Товдыль зрозумієш голос землі, так щедро политой слезами и кровью твоих побратимов, твоих отцов, твоих матерей и сестер. Товдыль зрозумієш, што сталося с твоими Карпатами.

Стань, русине-лемку, посмотся кругом себе! Крлиси красота карпатской природы тебе чарувала, наповала твою грудь свіжым воздухом, лікувальном водом, співом соловейков, чарами красавиц-дівчат и гардых юнаков. Гнескы всьо рыдат. Плачут горы и боры. Смутно журчыт водопад в крыницкому Чорному потоку. Замовкла музыка в ноч русалій. Горько голосят на чужыні матери и няньове. На кладбищах неє кому обновити кресты, упорядкувати могилы предков.

Майже чверть столітия минуло с тых пор, як польскы оккупанты безпощадно прогнали русинов-лемков из их отцовизны, знивечыли их віковічне право, затерли их материнске имено русина, здавили, потоптали своими грязными чоботами Русь.

Та дармо, панове!

Марны вашы расчеты, як марными были коварны замыслы вашых предков, штобы убити в сердцях русинов дух, вырвати у них найсвятійще сокровище: любов до матери Руси. Николи вам не знищыти русинов в Карпатах! Их зброяр — пекуча ненавист до вас, запеклых гнобителей! Єго сила — любов до свойой матери, яка николи не погасне; Николи не схылится русин-лемко перед вами. Нема на світі силы, котра знищыла бы карпаторусский народ. Он вічный, як вічна Русь.

Не затрете, панове, слідов Руси в западных Карпатах! История записала, кто там жыл и трудился до 1945—1947 року. Перше, ци познійше вам прийдется дати отвіт за вашу сваволю, насильство, террор.

В виду того, што вікова надія русинов-лемкоів на помоч русского брата не здійснилася, в виду того, што пламенна их віра в Россию не сполнилася, жытьова справа вымагат ото такых засад:

1. Русины-лемкы повинны стреміти до єдности, не зважаючи на перешкоды, на розбіжность политичных поглядов, религийной принадлежности, партийной программы.

2. Русины-лемкы всядыль, где жыют, не сміют забывати своих Бескидов, своих Карпат, свойой мовы, своих звычайов и обычайов, своих співанок. Встаючы и лягаючы, они повинны постоянно мати на думці свою Родину, т. є. землю своих предков.

3. Русины-лемкы повинны организовати самооборону, громадити засобы для одпору польского напору. Для борьбы за самостоятельность и свободу всі способы, всі средства, всі дорогы хорошы в политиці, науці, литературі. Слово — найострійше оружие в борьбі с ворогом. Лемковске слово в Польші публично придушено, але в сердци лемка його не в силі задусити найлютійшый польский жандарм. До сердца лемка оно знайде стежку через вшыткы полицейскы перешкоды.

4. Русины-лемкы, потопаючы в польском морі, не мают иншой надіи на своє спасение, як России, хоц она оставила их на произвол польской власти. Карпатску Русь вяже с великом Русьом етнография, география, история, язык, віра — стимулы єдинства всего русского народа.

5. Русины-лемкы в Польші и Словакии повинны настойчыво домагатися повной автономии, яка в єдном слові в єден ден можлива, коли бы того захотіла Москва.

Русины-лемкы мусят повернутися в свои Бескиды, в свои Карпаты, заради добра Руси и всего славянства.


Любомир КАМЯНСКИЙ, лемко от Крыниці.



[BACK]