Придорожный Світильник Навічно Засвіченый — Н. А. Цисляк

Придорожным світильником для будущых поколіний карпато-русской емиграции мы назвали єдинственный в Америкі и Канаді памятник Талергофа, што побудуваный в Лемко-Парку силами жертв нашой бідной лемковской емиграции на дробны кускы поторганой помеже ряд ріжных религий, народностей и политичных направлений.

Што такий світильник можна и удалося поставити в высше указаной ситуации єст доказом, што вшыткых тых людей, хоц они не згаджалися зо собом на ріжных другых понятиях объєдиняла якаси высша сила идеи, єден дух в том направлению. Вшыткы они отчували сердцом, душом и умом, што такий памятник слідує мати и оставити грядущым поколіниям нашого роду и одобряли идею будовы памятника тым, што жертвовали то по свойой економичной силі, то по сознанию, то по доляру, то по пять, десят, по соткі и веце. А як тому помогла организация Лемко-Союз, то діло уж мусіло быти завершене, бо то бы да така народна боля.

Правда, такий памятник мог быти о много громаднійшом розмірі, як он єст, но але иначе не могло быти, бо готовых фондов на то не было, а за каждым доларом жертвы треба все было ждати. Будова всякого предприятия єст дост трудна, готы што будуют мусят мати громадный запас терпеливости, штобы не уробити начате діло з рук.

Предложение будовы того памятника было дане в редакторском докладі на 21 Головном Съізді Лемко-Союза в 1961 року, котрый отбывался за три дны в красивом Народном Домі Лемко-Союза, на котром присутствовало и шестеро делегатов молодежных отділов Лемко-Союза. Предложение было єдноголосно одобрено и принянте. На єдногололсне рішение будовы памятника зложилося надзвычайне поднесение духа о том, што лем пару місяцов тому Лемко-Союз набыл долго жданну фарму або сказати ясно здравницу Лемко-Парк. Комитет будовы памятника зложился из членов Лемко-Союза и директоров Парка. Началися сборы жертв на будову памятника через газету “Карпатська Русь” и на шторочных Днях Талергофа, котры по Уставу Лемко-Союза должны отбываться в першу неділю августа місяца каждого року. От початку Лемко-Союза даколи дагде при дакотром отділі была академия устроєна в память талергофскых мучеников. Но правдиву форму громадных здвигов народа на Дны Талергофа удалося завершыти и проводити до днес лем в Лемко-Парку и центром тых здвигов являтся Памятник Талергофа, котрого найважнійша стадия была открыта уж в літі 1968 року, коли группа молодых лемков в числі около 30 во главі с Михаилом Савчак пришла организовано познакомитися с тым, што то єст Талергоф и што представлят собом сам памятник. Антон Цисляк завідующий Архивном частю памятника, Стефан Цомпель вышньом частю олтарной и члены Комитета Памятника Талергофа Силия Громадска и Николай Цисляк выголосили для учеников вступны бесіды на головных сходах памятника, а так открыли двері до памятника. Засвітившеся тото дня світло в памятнику освітило, не лем документы и експонаты, оно кинуло першы лучы на молоды розумы того поколіния, для котрога памятник был сооруженый.


Lemko Talerhof Memorial
Памятник Талергофа от подворца.
Ваньо Васенда вставлял новы світла.

Слідуючого літа 1969 року за першым деревом обок памятника будувалася платформа для першого Лемко-Карпаторусского Фестиваля. Будували єй тоты молоды люде, котрым рок тому назад был засвіченый памятник. Кто виділ тых молодых хлопців як они кажду субботу усердно трудилися под проводом старшых, копали фундаменты, вбивали стопы, різали дошкы и били молотами гвозды мусит признати, што они были заохочены не лем будущым Фестивальом, у них уж в душі видно было тот дух запаленый в памятнику. Они перли в будуще, бо уж мали за собом фундамент минувшости. Они ишли сміло, бо знали, што идут правильном дорогом освіченом Памятником Талергофа, тым придорожным світилом. Им было видно, где идут и они підут дальше том дорогом, она для них ясна и справедлива.

Архив и музей памятника ищы не богатый, але он быстро богатіє своими експонатами. На першом місци сут документы о Талергофі и изділия самых мучеников и их запискы и письма до своих родных. При том под номером 1 єст акт, бесіды адвоката Богатырца перед Австро-Венгерскым трибуналом в Відню, в котром доказана безвинность мученых и замученых 30 тысячов карпатороссов. Слідуют книгы Талергофский Альманах переизданый фотографичным способом П. С. Гардым под новым заглавием “Воєнные Преступления Гапсбургской Монархии и ряд меньшых издательств о Талергофі. Коло них находится книга из лемковской церкви печатана во Львові в 1666 року, печатана на ручном варстаті.

Кромі того находится около 10 научных книг русскых ученых и передовы другоязычных ученых печатаных 80 и сто роков тому назад в Петербургу. Вартость каждой такой книгы 5.000 долл. Єй не мог чытати селянин ани даже сельский або низший интелигент. Они так красиво и артистично друкованы и переплетены, што они не в силі были их покупити, штобы чытати. Их чытали высшы верствы тогдашнього общества, длятого они с высока смотріли на народны массы.

Музей обдарували своими талантами многы краяне з ріжных сторон Америкы, Канады и Старого Краю. Чудесныма талантами може похвалитися наш простый народ, без наукы он різбит, будує, плете, малює, выраблят невіроятны річы чысто, точно, пропорционально.

3 Кливланду доннєсли лялькы убраны в народный крой, з Бруклина єдна особа сбудувала церков из 19 тысяч куссков и кажда лавка в ней єст. Из Норт Каролайны майстер прислал воз крайовый. А Теодор Гулик из Висконсин доставил свой воз с полкошком и найменьшыми подробницями, на тот воз посаджены двоє залюбленых (они з Кливланду). Марканич из Гамильтон в Канаді з ківків, малых патычків наробил терновых рамков на портреты важных людей. Писанкы присланы зо всіх частей Америкы и краю. Орлы різблены во Львові, карпатскы єлені з Лемковины. Керпці готовы до обутя — з Ганьчовы.

Приводиме лем мале чысло експонатов, бо их побольшуєся постоянно. Андрей Шведа прислал світильник-лямпу з далекого штату Монтана, а кромі того яко член Чембер оф Комерс в свойрм місті холил с археологами по горах зберати минеральны каменикы. Такых минералов прислал он 160, поклассуваных по имени, включаючы золото. Вартость той научной скриночкы пару тысяч долл. То єст научне для молодежы.

Храмова часть памятника тоже для всіх удивительна. Найперше чаша, подарувана памятнику Талергофа Московскым и Всея Руси Патриархом Алексиом. Дві коругвы из старинной церкви в Нью Йорку с русскыми написами и дві новы зділаны для памятника Пелагиом Сыпляк и Текльом Дзямба. Но самым монументальным єст выгляд-світильник, на котром изображена талергофска трагедия. Сділаный из гартованого шкла, полученого из Европы. Його уфундовал Лемковский Народный Дом в день 20-літного юбилея набытия их Дома.


Lemko Talerhof Memorial
Памятник Талергофа в Лемко-Парку.

Посітителі памятника вышовшы на сходы, застановляются: Така красота! А што буде, як бы так парк пропал? Што о памятником буде? О пропадок парку боятся люде. Они боялися от початку и за него треба все боятися, но не лем боятися, але и робити так, абы он не пропал, абы ту кругом него централизовалося наше народне жытя. А єсли бы то не удалося? О памятник ніт и тогды страху. Чом?

Под Статуйом Свободы єст громаднійший музей поставленый специально на то, штобы там со брати культуру всіх емиграцтов, штобы видіти чым и яка народность причинилася до розвитая Америкы, то значыт он призначеный емигрантам и так його называют. На выпадок, так як повіджено дастся знати куратории того музею и они безплатно пришлют машину, подоймут цілый памятник зо сходами и огородками, як на долонь, што ани лямпа не впаде, перевезут на баржу (тягаровый корабель) на Гудсон рікі до подножа Статуи Свободы. Там внесут цілый памятник до середины великого музею и сохранят навікы, бо ани дожд не буде капати на него, ани сніжна заверуха обвивати го снігом и замерзлинами. Там народы цілого світа будут призератися на чудо таланту и енергии, котру вложила в культуру Америкы маленька, ани николи нима не слышана народность лемкы-карпатороссы.

Зато не треба боятися за судьбу памятника, лем треба старатися, штобы до него вложыти якнайбольше можна так з діятельности Лемко-Союза, як и всіх клубов карпаторусскых, церквей, котры побудували лемкы, ци они русскы, ци карпаторусскы, православны, грекокатоликы. Там буде показаный весь наш труд, великий ци малый, даремный ци недаремный, розумный або не барз розумный. Там буде печать истории по лемках карпатороссах и она стане перед світом тым большым свідком народного тыранства чым больше буде уничтоженый наш народ на родных землях Лемковины.

В музей памятника треба складати альбумы из билетов на предприятия, из летучок на віча, на собрания, программы, выставы, афишы и всяку литературу, што коли было печатане. Приміром: на руках у мене сут выплачаны чекы отділом Лемко-Союза на громадны суммы на ріжны ціли. Сут чекы отділа Л. С. в Ансонии, коли там была громадна злива, котра и труны з гробов выгребла и несла з водом. В тоты часы отділа Л. С. в Юнкерс и Кливланді выслали жертвы тым, кто пострадал, 51 особ было такых в Ансонии, што достали што-то на помоч от отділа Л. С. О такых и другых событиях не треба забывати, то єст важне, штобы остало в музею и то в музею там, где ся належыт.

Така возможность єст лем на выпадок, як бы нам не удалося утримати Лемко-Парк, но о утраті Лемко-Парку всякы чорны мысли треба усувати, а больше интересоватися парком и помагати му. Помагати можна многыма способами, але найбольшу помоч парк достає, коли мы будеме частійше ходити до него, собератися не лем на два або три дны в року, коли там великий праздник, а придти часто неділями, а ище ліпше на отдых на вакации. Тогды и страх о утраті парку отпаде от каждого и каждый поможе и собі и парку. А душевно-народне огрітя каждый все получыт, коли посітит тот світильник нашой народной культуры, бо такого другого нигде на світі ніт.

Думайме о памятнику, як о нашом народном світильнику.


Н. А. Цисляк



[BACK]