О Лемко-Союзі и Його Достижениях — С. М. Кичура

Хоц бы мы и не хотіли писати о нашой организации Лемко-Союз, бо сегодня єст так много ріжных тем, якы можна выбрати собі в писанью, но коли лем подумаме, што нашой организации минуло уже 38 роков от єй основания, то хотя бы лем обозритися на єй пройденый путь, то можна бы написати уже велику книгу з єй народно-культурного житья; зо всього того, што она зробила доброго для свого народа и што она робит сегодня. Мусиме о том писати, бо лемкы-карпатороссы не мают другой газеты на світі, в котрой бы могли записати, хоц бы лем частинку истории нашой организации, або описати дашто о свойом народі, о том, што с тым народом там в старом краю сталося, або хотя бы словом дакто його поддержал, стал в обороні за його историчну правду, длятого мы мусиме писати в нашых изданиях, в нашой газеті и в нашом календарі и таке дашто, што дакому може и тото не буде любитися, но єдно знаме, што то, што напишеме буде любитися каждому лемку, котрый себе называт русскым человіком, он признат нам правду. Тоже признают нам правду и другы нашы русскы братья з Востока, котры видят нашу кривду.

Велика боль и великий смуток бере за сердце своими кровавыми кліщами каждого лемка-карпаторосса, котрый працувал во свойой организации за цілый тот час; он працувал для той организации, тішился ньом, бо он виділ в той организации своє місце, виділ в ней щире, направду русске сердце. Люде, котры заложили фундаменты той организации были русскы люде, русскы лемкы. Тяжко проходила народна робота в организации, як и всьо друге тяжко приходило русскым людям на протягу всьой свойой истории. Русскы люде не мали во світі много приятелей, а майже ниякых друзей не мали. Не мали и мы лемкы ниякых сердечных друзей в цілой нашой истории, але зато, што мы были русского духа, жили зме в єдной народной группі на Лемковщині, то нам удавалося сохраняти нашы народны традиции, нашу бесіду, нашы пісни, нашу русску церковь. И штобы сохранити то всьо на дальше в памяти нашого народа на емиграции, то лемкы 38 роков тому назад основали свою народно-культурно просвітительну организацию на емиграции, т. є. в Соєдиненных Штатах и Канаді. В статут той организации были ставлены параграфы лем о помочы свому народу в родном краю в розвитию народной культуры, народного житья и для весельшого житья нашых людей тут на емиграции. И зато, што лемко-карпаторосс сегодня переносит великий боль за судьбу свого народа в будущем, то зато он єст дуже гордый на то, што он был членом той народной, єдинственной культурнопросвітительной лемковской организации. Але тот великий боль сердца членов Лемко-Союза и читателей газеты “Карпатска Русь” заключатся в том, што мы лемкы утрачаме свой родный край — Лемковщину. Без свого народа, котрый был насильно выметеный, выгнаный из того краю, Лемковщины, лемкы тратяся постоянно, они вынародовляются постоянно. Єдных вынародовляют в Совітском Союзі, бо там добровольно, через вышколение, через державне выхование нашы переселенцы зливаются во єдино и называются уж не “руснаками”, русскыми, лемками, а “украинцами”. А в Польші стаєся то само. Тут ище горше, бо тут взялися вынародовити лемков насильно. Польскы коммунисты дают грошы дуже охотно на содержание газеты в Варшаві “Наше слово”, котра не стоит за тым, абы лемкы называлися русскыми. Она лучше себе чує, єсли видит Лемковщину, дику, знищену, але бодай там не было ничого русского. То єст в душі украинскых лидеров, откаль они бы не пришли, та даже, єсли они пришли из Києва, але они тото роблят, штобы русскых лемков больше не было.


* * *

До Другой Світовой войны мы жили тут в емиграции том надійом, што колиси приде час, што нашы лемкы будут жити свободнійше, достанут таку свободу, где их діти будут учитися по свому писати и читати, будут печатати свои газеты, книжкы, будут управляти сами собом, бо нашы люде сут способны на самоуправление, як и всі другы народы во світі. Но и пришла несчастна Друга світова война, а з войном пришли страшны дни. Як проводилася война, як она закончилася, што сталося послі войны з нашым народом, тото всьо нам всім лемкам єст уж знане; всі мы знаме о том, што сталося з нашым народом в краю, то о том не треба дуже описувати, але треба завсегда о судьбі свого народа говорити, где бы то не было, ци то буде в Варшаві, ци буде во Львові, ци в Прагі, ци то буде в самой Москві. Не треба крыти правду о том и между американцами. Но зато, што з нами так было зроблено, то мы зато не рішили ворогувати против польского коммунистичного правительства, бо як всім уж єст ясно, што наш народ был выселеный уже польскым коммунистичным, польскым народным правительством, зо свойой родной земли на западны польскы земли, отзыканы по німцах. Каждый знає сегодня тот факт, што то было зроблено не зато, штобы заселити польскы земли на западі, бо єсли бы то было зроблено в той надіи, то нашых лемков бы переселили цілом народном массом, поселили бы их на єдной даякой территории, где бы им была дана возможность держатися всім вкупі. Тогды лемкы могли бы по своих селах и ту на западі задержати всьо то, што они принесли зо собом из Карпат, из Лемковщины. Но того не было зроблено, бо того не хотіли зробити польскы народны уряды, польске правительство. То было зроблено зато, штобы раз навсегда покончити з Русью в Карпатах; штобы николи больше той Руси в нашых Карпатах не было; штобы больше руснаков не было там в Польші, котрых и так треба завсегда было за их национальну принадлежитость даяк карати, часто треба было арештувати и высылати в тюрьмы, як то было в панской Польші, где Картузска тюрьма была заполнена руснаками; треба было их судити на всякы тюремны заключения и мститися лемкам-русинам за то лем, што они называли себе русскыми, исповідували русску віру, хотя на Лемковщині тогды церковь была греко-католицка.

Але як зме сказали повысше, мы не хотіли о том уж писати, бо о том всі знают, а хотіли зме дашто писати о Лемко-Союзі в Америкі.

Лемко-Союз в Америкі и Канаді дошол до 81 отділов мужескых. (Правду сказати, во многых случаях перемішаных зо женами). Были организованы и чисто женскы отділы, их было около 10 до 15 отділов. Были организованы отділы молодежы, котрых тоже было около 10 до 15 отділов. И як старшы отділы созывали свои съізды за тых прошлых 38 роков, а их было разом 23 съізды, так и молоды нашы лемкы созывали свои съізды и рішали всі справы по свому, по их розумінию, но придержувалися статута, написаного и составленого для старшого отділения. Молоды лемкы тоже мали свой статут, котрый был составленый зо статута старшого отділения, мали свою печатку и своє издательство — журнал “Лемко”.

Отділы Лемко-Союза гдеси от 1930 року по 1936 рок росли по цілой Америкі и Канаді, як грибы по дожджу. Тогды в Америкі и в Канаді была велика депрессия. Люде охотно записувалися в отділы и вели перед в организации. Мы мали своих домашных врагов, котры працували против Лемко-Союза и против газеты “Лемко”. Єдны из них перли занадто за “Русь”, не хотіли даже чути за имя “лемко”, лем говорили, што Лемко-Союз робит сепаратистичну роботу, врагам на руку, а на шкоду русскому народу. С другой стороны у нас появлялися и другы лемкы, котры называлися украинскыми лемками, так, як и теперь єст. Тоты украинскы лемкы издавали свои газеты для лемков, брали лемков, як живину, як коньску силу. Но правдивы русскы лемкы с того дуже сой не робили ничого, бо они знали, што то єст робота врагов русского народа. Лемкы знали, што украинскы лемкы сут воспитаны польскыма панами, або просто німецкыми слугами, або мадьярами. В той роботі, в том воспитанию лемков против русского духа помагали всі. На таку роботу не жалувал никто свойой силы, свого часу и гроша. Попы по церквах по цілой Америкі вели свою пропаганду против Лемко-Союза в украинскых католицкых, або греко-католицкых, а даже в православных парафиях. В русскых парафиях, где майже на 100 процентов были лемкы, русскы попы, котры поутікали зо свого родного краю из Совітского Союза перед революциом и в саму революцию и по революции, нашлися тут в Америкі и в Канаді в среді между нашым народом, котрому они крутили голову свойом ненавистью против “большевизма” и “коммунизма”. Правда, нам здаєся, што ани єден из тых русскых образованных священников не вірил в тото, што в Совітском союзі сут даякы “большевикы”, котрых треба розуміти, же то невірующы люде. Они знали и тото, што там ніт ниякого коммунизма тоже, як го ніт ище по сей день, але для них было выгодно выужити большевиков и коммунистов за невірующых, як тото роблят теперь нашы американскы реакционеры, котры называют бідных вьетнамцов, котры сут голодны, обдерты и голы, але же борются за свою свободу, то мы из Америкы их называме “коммунистами”. Так само, штобы выстелити собі добре и спокойне житья между лемками и карпатороссами в Америкі, русске духовенство выужило ненависти против свого народа, абы в “обороні Бога и религии” они могли зробити собі выгодне житья.

По цілой Америкі были будованы церкви, котры коштували миллионы долларов. Они были пышны, парадны, золотом прибраны, а народ наш оставался на дальше в старой темноті, лем кромі того, што даякого доллара послал своим родным в краю, больше нашому народу нич на Лемковщині помочы не мог. Газета “Лемко” тогды выходила раз на тыждень и печаталася во свойой типографии в Кливланд, Огайо. На 4-ом головном съізді в Олифант, Пеннсильвания, в 1935 року было рішено газету издавати два разы на тыждень и перенести єй до Нью Йорку. В 1939 р. газета перенеслася из Нью Йорку до Юнкерс до свого власного дому — Карпаторусского Американского Центра и по сей день она тут издаєся. В 1946 року газета перестала выходити два разы на тыждень, а начала выходити лем раз на тыждень и по сей день она выходит раз на тыждень. От того часу в организации зашли огромны зміны. Больша половина найлучшых членов, читателей отошла уже от организации на вічный отпочинок. Разом з ними отошли передовы организаторы Лемко-Союза и редактор Д-р. Симеон С. Пыж. Редактор Д-р. Пыж умер 10 июня 1957 року. 10 роков перед тым оставил нас в Америкі и пошол до краю Димитрий Вислоцкий (Ваньо Гунянка). Он пошол там зараз послі окончания войны с тым намірением, што йому там удастся организовати лемков и начне там выдавати газету “Лемко”, як то даколи он уж выдавал ище в молодых роках “Лемка” в старом краю. Долго за него не было чути, а потом нашолся в Совітском Союзі. Дмитрий Вислоцкий, котрому наша организация помагала на разі финансово, николи тото перед свойом организациом не объяснил, а наоборот в часі, коли Тито в Югославии “збунтовался” против политикы Сталина и вел свою власну политику, а в тот самый час наша организация в Америкі заняла оборонну позицию чести нашого народа в Польші, то в тот самый час, коли найбарже треба было помагати той справі, штобы помочи нашому народу даяк вернутися назад на Лемковщину, то заміст такой помочы, Дмитрий Вислоцкий выступил против Лемко-Союза в Америкі и Канаді, выступил против своих родных братов лемков в Польші и назвал их всіх “бандеровцами”, бо больше, як сто тысяч нашого народа не переселилися на Украину, осталися на свойой старой отчизні Лемковщині. Не осталися зато, што ненавиділи украинский и русский народ, але зато осталися, бо они знали, што єсли всі переселятся, тогды и Лемковщины больше не буде. Всьо тото, што хранили так дорого нашы діды и прадіды, теперь може пропасти. Тогды на кого же можна буде нарікати? Та лем сами на себе, што замість ратувати родный край, они оставили його массово, а край был выставленый на произволь судьбы.

Замість ратувати свой народ от цілковитого вынародовления, а край, Лемковщину, от цілковитого знищения, Дмитрий Вислоцкий из Совітского Союза объявил світу нас тут в Лемко-Союзі в Америкі “титовцами”. В тот час світ смотріл на “титовцов” так, што они нибы то отділилися от той политикы, яка проводилася в Совітском Союзі, што они нибы забыли тото, як тяжко приходилося выграти войну, и кто, дійствительно, помагал и окончательно помог освобождению Югославии от гитлеризма и фашизма. Кинение на нас тут зо стороны Вислоцкого таке “проклятие” мало велике своє значение и запричинило велику шкоду для Л. С. Вислоцкий объявил тото “проклятие” в долгой и провокативной статьи, котру помістил в газетах “Украинскых Вістей” и в “Русском Голосі” в Нью Йорку, п. нз. “Што лемкам треба знати в Америкі”. Тота статья тоже была поміщена в нашой газеті “Карпатска Русь”, на котру редактор Д-р. С. Пыж дал отвіт. В душі нашого народа в Америкі между членами Лемко-Союза и читателями газеты поднюсся острый протест против политикы Дмитрия Вислоцкого. Гдеякы люде нияк не могли того порозуміти, што йому сталося. А гдеякы люде до сегодня того не розуміют, што йому “сталося”? Мы тоты люде, котры зме разом працували при єдной газеті, в єдной организации, учащали зме разом в головных, окружных съіздах нашой организации, брали зме участь в организации конгрессов, брали зме участь в организации “Рошан Вор Релиф” (Русска воєнна помочь), — прекрасно зме розуміли тот факт, што, дійствительно “сталося” з Вислоцкым? Мы знали тото прекрасно, што з ним ничого не случилося, бо он такым все был. То, што он зробил, што выступил, опрозывал своих людей, выступил против свого народа, котрому як раз треба было в тот час помагати, заключалося в самом характері Д. Вислоцкого. Он то само робил з нами тут в Америкі, але мы його всі высоко респектували, мы його уважали за нашого руководителя, котрого нашому народу так треба было, то ниякы обвинения против Вислоцкого мы не выносили, а повинувалися його диктатурі. Не раз на головных съіздах делегатам хотілося дашто рішати по свому, выбрати, приміром, такий головный уряд, який бы они хотіли, но того не можна было зробити, бо Д. Вислоцкий диктувал волю делегатам. Єсли бы кто отважился выступити против того, што говорил Д. Вислоцкий, то мог быти выкиненый из съізда, або должен был оставити засідания съізда, покаль мал ище дакус “чести”. Мы тут наведеме лем два приміры. Єден примір ище из 1937 року, коли в Нью Йорку в Лемко-Клубі отбывался головный съізд Лемко-Союза. Организация взяла на себе тогды тягар перебрания Карпаторусского Центра от отділов Лемко-Союза в Юнкерс. (Тогды ище не называлася тота будова центром). Будова Центра лем што была начата, то делегаты обсуждали вопрос, што буде найлучше, єсли на місци буде выбрана делегация из 5-х або больше членов, котры бы пошли видіти тоту будову. Таке предложение дал Петро Гардый из Бриджпорт. Д. Вислоцкий погнівался и сказал, што Гардый выходит с такыми предложениями длятого, бо хоче найперше захватити редакторство при газеті, а потом може захватити и цілу будову Карпаторусского Центра в Юнкерс. Справа тота дошла до такой горячкы, што Петро Гардый оставил съізд, притих сой на многы рокы, а вернулся в организацию аж тогды, як Вислоцкий оставил Америку и пошол в Старый Край. Такых передовых людей, як Петро Гардый было много, котры виділи, што не можут тут переконати тых людей, котры служили Вислоцкому за “вытерачов”, то оставили организацию и отошли в сторону. Даякы из них даже вели борьбу против него, але Вислоцкий потрафил своим саркастичным способом писания осміяти их и выставити их на поневериско.

Аж в 1966 року в октябрі на конвенции Общества Русскых Братств, яка отбылася в Лемко-Парку, мы дозналися от Ивана Гальчака о том, якы отношения были между Д. Вислоцкым и Д-ром Александром Телех. Треба нам знати, што статут наш Лемко-Союза написал Д-р. Александр Телех. Гальчак подробно оповіл нам о всьом, што случилося между Д. Вислоцкым и Д-ром Телехом. Нашы члены бы хотіли даколи хотя посмотріти на того человіка, котрый написал, составил нашу конституцию. Як нам говорил Теодор Фучила из Линден, Н. Дж., то Д-р. Телех жиє в Нью Джерзи штаті и єст профессором русского языка в єдном из университетов. Росповідаючи о вчасных дійствиях Д. Вислоцкого, Иван Гальчак сказал: “Я давно хотіл з Вами побесідувати. Я Вам оповью о том, што найбарже мене болит... Я знаю, што Вы выберете лем тото, што можна пустити во світ и передате нашому народу. Наш народ має у Вас довірие, бо Вы отдали своє ціле житья для организации... ”

Такых передовых людей, ученых лемков, як Д-р. Александр Телех было веце между нашым народом не лем тут в Америкі, але их было много в старом краю, к котрым Д. Вислоцкий не лучше относился, як и к Д-ру. А. Телеху. Теперь в нашу редакцию люде нашы часто пишут о Д. Вислоцком. Єдны из них грішат, другы не можут выйти из удивления, а третьи просто говорят, што то уж стары рокы так роблят! . . . Но всім треба знати, што Д. Вислоцкому нич не бракує. Же он бореся против Лемко-Союза прошло 20 роков и бунтує другых нашых людей, мутит чисту воду, то тото єст в його власном характері. Он грал человіка дуже скромного, но в тот сам час великого душевного диктатора. Там, где стоял Вислоцкий, там другий ровный йому не мог стояти. Он мусіл стояти высше другого. Длятого и його днешня политика завішена в повітрю, ним наш народ не интересує и для нашой истории мы сохраниме всьо то добре, што он зробил, але сохраниме и запишеме и його недобры стороны, най наш народ с того сой выберат для свойой информации.

Через тот наш календарь мы шлеме йому нашы пожелания для доброго здоровья, штобы мог пожити и видіти плоды той роботы, для якой он жил.


* * *

Послі того, як Центер уж был побудованый, то тут находили великы неправильности и хибы, але их не можна было уж исправляти, бо то было запоздно. Тогды нераз делегаты, котры были на том съізді в Нью Йорку в 1937 и виділи и чули, што предкладал Петро Гардый о побудові Центра, — обвиняли за тоты блудны несправности Д. Вислоцкого, што он насколько зробил добра при Центрі, то настолько зробил ріжных блудов, ошибок и много раз посварил членов Центра так, што они по сей день сут посварены.


* * *

Другий примір такий: На єдном из головных съіздов, який отбылся в Юнкерс, Н. Й.уж в воєнный час за головного секретаря, по предложению Вислоцкого был выбраный Стефан Михайлович Кичура. В своих молоденькых роках, полный енергии и любви к свому бідному народу, віками поневоленому, Стефан Кичура взял собі близко к сердцу тото высоке назначение, тот высокий пост в свойой организации, т. є. пост головного генерального секретаря. Он хотіл помочы свойой организации в єй розвитию, бо на то был великий и важный час, бо мы тогды были в воєнном союзі зо Совітскым Союзом. Мы билися против єдного общого врага, против гитлеризма и фашизма. Но Стефану Кичура, як головному секретарю организации не удавалося ничого полезного зробити, кромі того, што он наберал на машинах в типографии газету и литературу и послушно выполнял приказы диктатора Д. Вислоцкого. Но в духу он бунтувался, бо виділ, што Вислоцкий не веде правильно организацию, але помочы тому не мог ничого, бо каждый тогды лем высміял бы ся с того, як бы виділ, што такий “маленький” секретарь выступат против такого “великого” душевного диктатора Д. Вислоцкого. Обдумаши то на всі стороны, Стефан Михайлович Кичура, штобы не брати в будучности отвіт за то всьо, што проводилося в организации, он подал резигнацию с того поста. На слідуючом съізді, лем так от ока, Стефана Мих. Кичуру призвали к слову, штобы объяснил, длячого он оставил пост головного секретаря. Он объяснил коротко, што в организации панує диктатура, организация не робила ничого такого, штобы помочы сама собі, достати больше, членов, больше предплатников, а саме головне боротися за права нашого народа в краю. Мы не вынесли ниякому заграничному правительству, або Совітскому Союзу, або США ниякого протеста, ниякого прошения, што станеся з нашым народом послі войны, як то роблят другы организации, приміром польскы организации и чешскы организации. Стефан Кичура оставил съізд. Ани єден делегат из Соєдиненных Штатов не отважился стати и высказати дашто по тому вопросу, бо всі уважали, што Вислоцкий мусит быти “правильный”, а Кичура мусит быти “неправильный” по тым вопросам... Но на гали нашолся єден отважный делегат, а то Ваньо Похна, котрый представлял на съізді отділ Лемко-Союза ч. 21 в Торонто, Онт., в Канаді. Он вышол за Стефаном Кичура на дворь, потиснул йому руку и сказал: “Ты, Штефан, маш велику отвагу, што Ты тото зробил! Теперь ты получил нагану, але приде час, што получиш заплату за мудрый и отважный поступок...”


* * *

Мы привели лем тоты два приміры, бо веце не оплатится о том писати. То не принесе жадной корысти. Хочеме сказати лем тото, што Вислоцкий робил лем тото, што он думал, же по його єст правильно. С людьми он мало считался. Любил каждого противника, каждого, кто посміл звернути му увагу на што-нибудь, он любил такого сейчас осміяти в газеті “Лемко”, або потом “Карпатской Руси”. Д. Вислоцкий по сей день ворогує против Лемко-Союза и газеты “Карпатска Русь”. Он выписує ріжны насмішкы, пише свои брошюры, якы печатат в Канаді. Их печатают канадскы “централисты”, котры тоже оторвалися от свойой матери организации Лемко-Союза и “воюют” против американскых империалистов на всіх фронтах. Им всім так, як и Вислоцкому, росходится о каждого поневоленного человіка на світі, лем о свого найблизшого лемка-карпаторосса они не хтят ани говорити, не то жебы йому помагали. За послідных 20 роков Дмитро Вислоцкий вел вредну политику по отношению свого народа в краю, то єст, там на Лемковщині, и по отношению Лемко-Союза в Америкі. Он николи не признає свои ошибкы, бо то єст в його характері думати, што лем он, Дмитрий Вислоцкий, може правильно всьо судити, што относится к свому народу. Всі другы, котры можут думати, або знают, як думати, не можут йому ровнатися, бо они не здрадили свого народа, не оставили його в біді, не оставили свою газету, не оставили свою организацию, а держат єй по сей день.


* * *

Тепер в нашой организации послі ухода Вислоцкого в старый край, и послі трагичных дійствий з нашым народом на Лемковщині, мы всі тут при Лемко-Союзі группувалися под руководством Д-ра С. Пыжа. В редакцию тепер часто, даже пару раз на тыждень приходил отвидіти д-ра Пыжа и всіх нас Петро Гардый. Д-р. Пыж приготовлял меморандум к польскому правительству, приготовлял планы для Лемко-Релифа для нашых братов, котры пострадали от войны и от несправедливого переселения. На съіздах Лемко-Союза разом зо світовыми змінами нам приходилося вносити много змін в наш статут Лемко-Союза. Теперь организация заняла оборонну позицию чести нашого народа в старом краю. Но на съізды приходили часто запалены “прогрессом” делегаты, котры запричиняли неспокой. Д-р Пыж обыяснял цілу ситуацию спокойно. Он не учил ненависти к никому, але його здоровья показувало на нем, што он упадат скоро на здоровью, лишают го силы, и в такых годинах д-р. Пыж нас просил, штобы держатися того природного закону, што и нам, як и всім другым, належится свобода; належится свободне процвітание нашого краю. Hepаз в редакции в бесіді зо старыма духовниками, а специально з о. прот. Иваном Кушвара, котрый часто заходил в редакцию послі того, як уж Вислоцкий отошол до краю, — д-р. Пыж объяснял трудну ситуацию нашого народа.


* * *

Коли уж было видно ясно, што на Лемковщину нашы люде барз мало вертаются, бо польске правительство законом заборонило им тото, то нашы люде тут в Америкі, котры рыхтувалися свои старшы рокы дожити в краю, начали напоминати Лемко-Союз, штобы он старался за даяку народну фарму, где бы стары и молоды, а специально нашы пенсионеры могли доживати свой старший вік. Єсли бы польскы коммунисты, єсли можна сказати, же коммунисты, не зробили того з нашым народом, што они зробили, то нашы емигранты из Америкы тягли бы ся в родный край на старшы рокы. Они бы отбудовали тот край так, як и всі другы народы в Европі то зробили, котрых емигранты из Америкы им в том помогли.


* * *

В єден июнский день, (10-го июня 1957 р.) по Юнкерс и по цілой Америкі розышлася вість о смерти д-ра С. Пыжа... Величественны похороны доказали велику значительность його короткого житья. Он помер на 63-ом року житья. Заплакал наш народ на емиграции, бо уж, як заявил наш патриот зо Шелтон, Адам Баган: “... уж мы веце Твоих статей в нашой газеті не будеме читати...”— то в тот час заплакал над сѵдьбом свого народа и Петро Гардый. Он взял в свои рукы приготовленый меморандум к польскому правительству, организовал Лемко-Релиф и достал на таку организацию чартер на цілу Америку, котрый позволят соберати жертвы грошами и материалами для помочы свому народу в краю. Нашы члены и читатели не всі отнеслися благоприятно к тому ділу. Представте собі, што каждый лемко, жебы хоц дал єдного доллара на помочь своим родным, то мы бы зробили велику сумму гроша. Но при тяжкых обставинах діла и так были доведены к успіхам. Наш народ почувствовал себе так, як бы д-р. Пыж был живый. Правда, за житья мы дуже от него научилися, а он тоже от нас научился, але с том науком он не помер, а оставил для нас, штобы мы сами себе лучше порозуміли в будучности. Максим Новак, котрый жиє в Юнкерс, и трудится от самых молодых літ для Лемко-Союза и для Карпаторусского Центра, сказал нераз: “Штефан, мы мало выкорыстали великы знания д-ра Пыжа. Не было на то часу, бо треба было робити на хліб насущный и на своє житья и житья своих фамилий...”

Сего року исполнится 10 роков послі смерти д-ра С. Пыжа. Тот календарь мы присвячаме його великой памяти и клониме разом с цілом организациом нашы головы низко перед його трудами, перед його памятью, бо он помер на роботі для свого народа. Даколи нашы историкы опишут то широко и выдвигнут його имя высоко, бо он того собі всеціло заслужил.


* * *

Послі смерти Д-ра С. Пыжа тягость в редакции и типографии Лемко-Союза перешла на плечы дотеперішнього наборщика, долголітного роботника на литературном полю Лемко-Союза, на плечы Стефана Михайловича Кичуры. Головне правление призначило йому в помочь другого лемковского патриота, котрый от дітинства трудился в Лемко-Союзі, а то Николая А. Цисляка. Николай Цисляк занял місце редактора и оба зо Стефаном Кичура потрафили в тяжкых условиях провести газету вперед по такой дорогі, яку они уважали, што єст найбольше потребна и найбольше выгодна для нашого народа на емиграции, с єдной стороны, и с другой стороны они придержувалися статута Лемко-Союза о культурной помочи нашому народу в Старом Краю. Но и в той тяжкой помочи обох высше упомянутых редакторов, тяжко вредил свойом подпольном роботом Дмитрий Вислоцкий. Он писал до поєдинчых людей в Америкі и высмівал заєдно то всьо, што робилося в организации Лемко-Союза и писалося в газеті “Карпатской Руси”. По телефоні часто нашы люде передавали цитаты из писем Вислоцкого о нашой газеті, як он высмівался над нами. Toтo, розумієся, причиняло смуток в нашой редакции, але, розуміючи характер Вислоцкого, мы не звертали увагы на то, бо знали зме, што человік “прополитиковал” ціле житья, то на остатку хоче мститися на даком. Он был завсегда мстивым человіком, ничого не пропустил, абы не отомстися на своих друзьях и на своих врагах. Он робил так, як и теперь робит. Читаме найновшу брошюру “Наш голос”, яку “централисты” в Торонто выдали, и то выдали специальный номер, в котром Д. Вислоцкий в ганебном світлі представлят Гуликов, Цисляков, Кичуров, Гардых, Фетяшков и другых. (Брошюра ч. 9 за ноябрь місяц 1966 год). Наш народ совершенно забыл о Вислоцком и он хоче, штобы дакто ище о нем вспомнул, же он жиє. То мы скажеме вот таке: был и жил колиси Д. Вислоцкий, коли трудился для такого добра, штобы помочи лемкам выбороти свободу на ровне существование со всіми другыми народами світа, але теперь, коли Вислоцкий 20 роков тому назад отказался от той свойой наукы, пошол против свого бідного народа, котрый был знищеный войном материально, притісненый, и майже знищеный морально, — Вислоцкий уже давно перестал жити для свого народа. Лемкы давно уже отспівали йому “вічную память”, бо он сам собі так казал отспівати в свойом тестаменті, котрый он написал “Што лемкам треба знати в Америкі”.

Так при нашой газеті, в тяжкых условиях, бо при планном здоровью и при браку робочых в типографии, наша газета выходила регулярно за цілых тых 20 роков на емиграции. Слава и довірие к свойой газеті и организации, поволи, але постоянно вселялися в душы нашого народа. Лемко-Союз не остался лем на газеті, он издавал каждого року календарь-книжку, выдал много книжечок на свойой бесіді, между ними большу книжечку о подорожі Петра Гардого до Старого Краю, книжечку славного лемковского писателя Хиляка “Смерть и жена от Бога дарованы”. Выдал большу книжечку о селі Ганчова, котру составил Д-р. Ваврик, разом с другыми лемковскыми писателями, а в том взяла участь и учителька Анна Вислоцка из Ганчовы, котрой німцы разом с украинскыми националистами замучили родну дочку и родного сына в прошлой Другой світовой войні.

Теперь под руководством Лемко-Союза и газеты “Карпатской Руси” удалося зробити великий успіх в народном житью. Был купленый народный парк — Лемко-Парк. Вартость самой земли теперь считают больше, як на пол миллиона долларов. В Парку была перебудована галя, котра была названа именем Д-ра С. Пыжа. (Мы, приміром, предлагали, штобы в парку назвати даяку будову именем Д. Вислоцкого, но многы нам сказали открыто, што Д. Вислоцкий ище жиє, а к тому он пошол против свого народа, то такых людей най славит история, але Лемко-Парк не буде их ани ганити, ани славити). Лемко-Парк выбрал собі тоже свою дорогу, котром должен принести для лемков славу в свойой будучности.

За тот час в организации выросли на силачов-отділов такы отділы, як в Кливланді и в Бриджпорт. В Кливланді под руководством Осифа Дзямбы, як предсідателя, Акилі Барна, як предсідателькы, молодого послівоєнного емигранта и менажера Дома в Лемко-Союза Ивана Чергоняка, Григория Крестинича и десяткы другых — отділ взрос в лемковского великана, котрый прославился своими добрыми ділами в помощи свойой газеті, при будові Талергофского памятника и в другых политично-народных поступках. Отділ веде на місци таку политику, котра не ділит церковных людей и членов Лемко-Союза на партии, а иде разом вперед, як должны идти вперед русскы люде.

Отділ в Бриджпорт под руководством свого предсідателя Семана Федорка робит тоже велику роботу. Тот отділ присылат в головный офис организации Л. С. рочно больше, як за 500 членов членский взнос и соберат жертвы на Пресс-Фонд газеты. Отділ купил свой дом, а потом тот дом был перебудованый, отновленый, о яком то домі знают не лем нашы люде, але всі славяне и неславяне в городі Бриджпорт. Отділ интересуєся гражданскыми ділами, як приміром выборами и другыми справами.

Организация Лемко-Союза выслала за послідны 4 рокы в Старый Край, в родны стороны на Лемковщині, в Польші, в Совітский Союз — свои групповы туристичны лемковскы группы. Тоты группы мали за ціль ище больше навязати связь и порозуміние не лем между нашыми братьями лемками в старом краю, але и всіми лемками, где лем они жиют сегодня. Результаты тых туристичных групп были ріжного рода: єдны пришли обратно до Америкы задоволены с тым, што могли ище раз видіти свою землю Лемковщину, другы вернулися засмучены с того, што там виділи, но всі заявляли, што там иде к лучшому, всі признают тот факт, што помалы и нашым людям буде позволено вертатися обратно в родны горы, где бы могли доживати свой вік там, где они хотіли всегда доживати. Але як буде так дальше, як єст сегодня, то хоц бы американцы и хотіли доживати свой вік там во свойом краю, то не буде где, бо села сут пусты, население было выслано, єдно переселилося добровольно, або може и не всі добровольно пошли, а друге было силом выкинене польском армиом, як мы о том уж вспоминали на початку той статьи.


* * *

Єдным из достижений нашой организации в прошлых роках было выпродукование кольорового фильма “Лемковске Весіля”. Нашы лемкы, котры посіщали старый край, то єст Лемковщину и западну часть Польшы, где жиют нашы люде, зауважили, што нашы народны весільны традиции зникают из житьовой сцены. Просто принимают такий характер весільных обрядов, який сегодня существує в Польші. Они постоянно предлагали и писали в нашу газету, штобы зробити тут на емиграции фильм “Лемковске Весіля”. Правда, где-не-де там в старом краю, напримір в Білянкі, разом с другыми селами, може бы им удалося отограти и зділати таку фильму, котра бы выходила больше натурально и больше природно. Но с другой стороны неє нич певного, ци на таку фильму власти дали бы позволение, штобы потом можна было єй вывести заграницу, або послідный вопрос, то тот, ци ище єст там на дост нашого молодого поколіния, котре бы згодилося на свойом родном языку в фильмі говорити. Из того факта, што мы видиме тых молодых людей, котры пришли с краю, якы грают представления на сцені Карпаторусского Центра в Юнкерс, Н. Й., можна сказати, што таке весіля вышло бы всім на добру корысть. Приміром, таке весіля в будучности должна финансовати уж сама фильма, то значит, што она должна заробити на своих предприятиях столько цента, штобы слідующу фильму можна было зробити в старом краю. Такий фильм розышол бы ся не лем в Польші, но он мог бы быти показаный и в Совітском Союзі. В Совітском Союзі украинскы уряды твердят, што тут нема ниякой ріжницы между лемками, а украинцами, што лемкы розуміют украинский и русский языкы, то для них не треба ничого творити нового, особного. Єсли так, то длячого єст в Совітском Союзі украинский язык, єсли всі украинцы розуміют русский язык лучше даже, як лемкы розуміют украинский язык? Такы выводы сут фальшивы и против них треба выносити опозицию, треба домагатися, штобы на переселению в Совітском Союзі была издана, хоц єдна наша газета, котра бы писалася по лемковскы.


* * *

На послідном 23-ьом съізді Лемко-Союза, котрый отбылся в Лемко-Парку с початком сентября місяца в 1965 року, была принята резолюция, котра говорила, што в найблизшой будучности всім лемкам в цілом світі треба собратися на народный конгресс лемков. Всі учены лемкы и всі передовы лемкы должны бы присутствовати на том конгрессі. За таке діло нам треба братися уж в том року, штобы мы могли принести даякы оформлены проєкты на головный 24-й съізд Лемко-Союза, котрый знова отбудеся в Лемко-Парку.

В теперішных часах головне правление Лемко-Союза працує с цілыми силами за поширение нашой культурно-просвітительной народной роботы. Єст в программі набыти больше машин, наняти на роботу больше робочых, штобы можна было выпустити больше книжок, якы так сут потребны для нашых народных школ. Школа не може быти даже начата без подручника. Правда, учитель, котрый знає русский и наш язык, легко може нашы діти учити из русскых подручников, бо русска бесіда, то наша бесіда.

В послідных часах Лемко-Союз и газета “Карпатска Русь” навязуют што раз то тіснійшы связи, приятельске отношение между Обществом Русскых Братств и Лемко-Союзом. Тоты дві организации за часов Д. Вислоцкого вели меже собом ворожу пропаганду єдна против другой. С того всього корыстали лем врагы нашого народа. Теперь діла повернулися в другу сторону. В Обществі русскых Братств сут люде, котрых так само болит сердце за своих родных в краю, як членов Лемко-Союза. Правду сказати, то сут діти єдной матери и єдного отца. Нам треба трудитися взаимно, бо разом мы можеме помочи больше своим людям, а перед очами врагов, а и чужых приятелей выглядаме лучше в их очах. Сейчас послі окончания Другой світовой войны в Америку почали приходити так званы “скитальцы”, люде без краю. Найбольше число их пришло из Европы. Там послі войны в Германии и Австрии были створены через американцов и другых союзников лягры-кемпы, где тымчасово уміщали тых людей, якы або не мали где вертатися, або отказалися вернутися до свого краю, бо послі войны настали инакшы порядкы. На долю нашого народа из Лемковщины припало так, што многы, хотя вернулися на Лемковщину, часто застали уже пусты села, бо наш народ в большинстві свойом переселился до Совітского Союза. Другы, якы осталися, были силом польского войска выкинены из свойой родной земли и переселены на западны земли Польшы. Почувшы о том в ляграх оставшыся нашы лемкы оставалися там на місци и начали глядати выхода зо свого тяжкого положения. Найбольша часть из тых лемков пришла тут в Америку до своих родных, знакомых и краянов. Но за тот час, чым они могли выйти из Германии и Австрии, они жили в тых упомянутых высше кемпах, где под руководством американской реакции были допущены в лягры всякы провокаторы, котры говорили тым страченым людям, штобы не верталися назад во свои краины, бо там запановали коммунисты. Директор УНРА, американской организации помочы тым несчастным людям, майор Нью Йорка Ла Гвардия, коли зашол в тоты кемпы, штобы поговорити с тыми людьми, то переконался, што тоты люде боялися вертати во свои краины, бо, як гварили, што там теперь єст правительство, з якым они не годятся...

Тогдашный майор Ла Гвардия сердечно розсміялся на такы заявления, и сказал им, што он уже 35 роков не годится в Америкі зо своим правительством, але зато он єст уж 16 роков майором найбольшого міста во світі, а то Нью Йорка.

Тогды в тых часах в Америку приходили массово и нашы лемковскы скитальцы. Люде они были бідны, аж жаль было посмотріти на них, они перенесли тяжке житья и пережили страшну войну на примусовой роботі в Германии. Но за тоты рокы, коли жили в ляграх украинскы самостійникы поробили з нашых дітей страшных чудаков. Тото чудацтво пришло потом к нам. То была наша кровь, нашы люде, але мы нияк не могли их познати. Они стали великыми ненавистниками такой того народа, котрый их освободил. Они стали ненавистиками русского народа. Так их научили в ляграх украинскы самостійникы и другы вшеліякы провокаторы, котры поутікали перед Красном Армиом из славянскых крайов. Для нас лемков, членов Лемко-Союза, читателей газеты “Карпатска Русь”, и взагалі для всіх русскых людей в Соєд. Штатах, — смотрячи на тых “попсутых” людей, был для нас страшный удар. Мы сподівалися, што послі той войны между славянами не найдеся ани єдна людина, котра бы была настроєна против русского народа. Бо лем русский народ спас их всіх от цілковитого вынищения, бо лем русский народ с помочом другых славянскых народов, освободил всіх славян. Но так оно не вышло. За тыми людьми в Америку начали приходити тоты самы украинскы провокаторы, котры там в ляграх так попсули розумы нашим родакам лемкам. Тут в Америкі нашлося лем пару с тых “новоприбывшых”, як их называют, што вступили в Лемко-Союз, або предплатили газету “Карпатску Русь”. Всі решта ворогували против свойой родной организации, против свого народа и против газеты, яку издавал Лемко-Союз. Мы не дивувалися им, што они такы пришли в Америку, бо мы знали, што до них был защепленый ядь ненависти против русского народа врагами русского народа. Но по сей день мало котры из них “выздоровилися” от той трутизны. Многы были забраны в госпитали умопомішаных, многы зробилися налоговыма пияками и так скоро, при помочы алкоголизму, покончили “своє самостійне украинске житья” скоро. Жаль нам было смотріти на тых людей. Гдеякы даже гонорово кричали, што всіх коммунистов, а даже всіх “коммунистов” в Карпаторусском Центрі они понищат. Посылали Стефану М. Кичурі неподписаны письма и грозили йому и всім другым, што они справлятся з ними. Але як вчерашна буря, так их грозьбы и их мизерны розумы успокоилися. Быти може, што многы из них сегодня ганьбятся того, бо в Америкі научилися дакус культурнійшого житья, але многы из них останутся ненавистниками до смерти, они останутся ненавистиками русского народа.

Но послі 20 роков по войні ситуация мінятся быстро. В Старом Краю выросли новы люде, у котрых сохранилася любовь не лем к свому народу, но взагалі до цілого русского народа, до цілого славянского народа и к всім людям, котры борются сейчас за мир во світі. Тоты люде, молоды и стары, діти и дорослы, начали приходити, як нова емиграция в Америку. Между тым нашлися такы, котры не побоялися свойой организации и вступили в єй члены. Многы предплатили собі газету “Карпатску Русь”. В тот час наша старша емиграция знова отдохла свободнійше, бо увиділа, што не всі нашы люде в краю уже дали себе перефабрикувати украинскым самостійникам на якысых чудаков.

При помочи новых емигрантов, ученых в славянскых краях, при Лемко-Союзі в Юнкерс, Н. Й. была 1-го апріля 1966 року организована танцевальна группа “Карпаты”. Директор группы Михаил Савчак. Тота группа уж успішно выступала на сцені Карпаторусского Центра в Юнкерс перед публиком свого народа. Дальше 1-го июня при Лемко-Союзі в Юнкерс, Н. Й. было основане Литературне Товариство новыми молодыми лемками-карпатороссами, емигрантами из Чехословакии и Польшы. 29-го июля 1966 года появилася в газеті “Карпатской Руси” перша “Литературна сторона”, издаваєма Литературным Товариством в Юнкерс, Н. Й. Редакторами той страницы являются Михаил Савчак и Теодор Докля. Страница появлятся кажды два місяцы.

12-го августа 1966 года по долгом перерыві появилася знова в газеті “Карпатска Русь” “Страница карпаторусской молодежы” на английском языку. Страницу выдают молоды лемкы-карпатороссы в Америкі рождены. Редактором страницы являтся Теодор Горощак.

Вся тота робота проводится в домі Карпаторусского Центра. Тут печататся газета “Карпатска Русь”. Тут сут и головны офисы редакции и организации Лемко-Союза. В Центрі отбываются пробы каждого тыждня танцевальной группы “Карпаты”. Центер наш знова, як по тяжкой бурі, овеселіл, омолод, окрасіл наново, бо ніт на світі ничого красівшого от самых людей, а для нас сут найкрасівшы нашы люде, откаль бы они не пришли, ци то они пришли с Польшы из Лемковщины, ци пришли зо западных земель из насильного переселения, ци из Пряшевщины, або из Подкарпатской Руси, або из переселения из Совітского Союза. В том нашом Центрі мы встрічаме гостей зо всіх концов світа, где жиют нашы люде. И зато из того Карпаторусского Центра мы всі разом поздоровляме наш народ в цілом світі. Не упадайте николи духом, бо мы зме русскы люде, а русскы люде духа николи не тратят, хотя бы находилися в яком неприємном положению. На світі иде к лучшому. И в нашой отечественной родині в Совітском Союзі иде к лучшому с каждым роком. Иде к лучшому и у нас в Америкі, бо наш американский народ, то такий самый добрый народ, як и русский народ, длятого, дорогы братья и сестры, через широкы моря, и через высокы горы, через густы лісы на земли, а через чорны хмары на небі, где теперь прояснилося — подаєме вам нашу братску руку и пригартаме Вас всіх к нашым грудям!


СТЕФАН МИХАЙЛОВИЧ КИЧУРА.
ЮНКЕРС, Н. Й.
15-го ноября 1966 года.



[BACK]