Winter Sheep
Несчастна Лемковина — Яков Тм. Дудра
Ой несчастна Лемковино,
Бідных лемков мати,
Чому-ж пришло Тобі в житью
Так горко страдати?

Кормила Ты свои діти
Бідно в своих горах,
Бо не мала-с той землиці,
Што мают на долах.

Не мала Ты того хліба
Зо всходной пшениці,
Дала-с зато своим дітом
3 овса кыселиці.

Тай кус ярчаного хліба,
Што звеме — осуха,
И до того черствой воды,
Чистого воздуха.

И тот ярчаный осух,
3 овса кыселиця,
Мальовали на ружово
Твоим дітом лиця.

Хоц ты была с том земличком
От другых біднійша,
Але зато из природом
Здравша, веселійша.

Не мала Ты тых доставків,
Што мали на всході,
Але прото Твои діти
Не жили в голоді.

Кормила Ты нас, як мати
Через долгы літа,
Мало знали Тебе люде
Из широкого світа.

Аж як пришли тяжкы часы.
Война зо всіх сторон,
Насходилося ту людей,
Як с кычеры ворон.

Першы пришли из заходу,
Звалися германы,
А за нии вшелиякы
Их вірны контманы.

Пришли они з велькым гуком
Як бы громы били,
Скасовали, як у нас было,
Нове зарядили.

Присіли нас так, як зерно
В поли чорны крукы,
Повязали, поковали
Лемковині рукы.

И мусіла Лемковина
В кайданах страдати,
З жалем, плачем и покором
Германцов слухати.

И так бідна Лемковина
С том горстком народу,
Безсильна под вражым ярмом
Стратила свободу.

Уж нас теперь не притуляш,
Мати Лемковино,
И уж Ты ся нас не звідаш —
Як жиєш дитино?

Хоц мы были вірны Тобі,
Звали ся лемками,
То нас швабы поробили
Украинерами.

Розказы зме выполняли
Бо зме так мусіли,
А они нас по свойому
Мучили, гнобили.

Заберали контингенты,
Людей и худобу,
Зерно, волну, масло, яйца,
А навет из дробу.

Вшитко кульчиком значили,
На папір списали,
Теля, ягня, навет куру
Зъісти нам не дали.

И дерево треба было
В день и ночь возити,
А до того постном, стравом
Скупо ся живити.

И хоц лемко з ног упадал.
Та не было віры,
Били и рычали на людей,
Так, як дикы звіры.

Фердункель все заряджали.
Бо ся бомб бояли,
Лямпу в вечер заблеснути
Хрань Боже не дали.

Як кто блесул на минуту
Уж во дверях німец
И здавалося, же вшыткым
В хаті буде конец.

Не вільно было на голос
Навет заплакати,
Лем ище грошевом краом
Битку доплачати.

И не сміл ся поскаржити
Наш лемко никому,
Бо го зараз заберало
Гестапо из дому.

Не было уж вытриманья
С тыма швабискамй,
Бо марна річь, то уж єс там
В ляграх за дротами.

Так минали тоты літа
Войны и неволі,
Ожидали братья лемкы
Все той ліпшой долі.

Фашисты нам представляли:
Гитлер “вызволитель”,
Але лемкы о том знали,
Же Гитлер гнобитель.

Но нарешті пришол конец
Гитлеровской силі,
Втічут німці на зломкарку,
Зміна в єдной хвилі.

И скончилася “доброта”
Тых вызволителей,
Очекуют братья лемкы
Всходных спасителей.

Зашло сонлце, ноч настала,
Громы не устают,
Братья лемкы встают рано
Катюшы витают.

И тішили ся біднята,
3 радости плакали,
Але што их дальше чекат,
То о том не знали.

Ой не знали, не думали,
Откаль могли знати,
Же аж теперь вельке горе
Будут проживати.

Вражы каты з нашой землі
Што лем ся забрали
И ище лемкам добри слезы
Не поосыхали.

Ище лемкы не одотхли,
Не пришли до силы,
Уж настают для них часы
Страшны и не милы.

И знов плачут в горком жалю
Свободы не мают,
Бо их з родной землі и хаты
Нагло выганяют.

И знов собі с плачом радят,
Мы все без помочы,
Боже, Боже, зас зле з нами
Нам все вітер в очы.

Плачут лемкы и нарічут,
Так аж до замлітья,
Таж они ту пережили
Великы столітья.

Таж они тоту природу
От Бога достали,
Никто ту перед тым не жил,
Звіры ту гуляли.

Тысячы літ русскы лемкы
Тяжко працували,
Пусту и дику природу
Для ся удобряли.

Горы, берегы карчили,
Поляны орали,
На плечах тромы носили.
Хаты будували.

И тоту горску краину
За свою все мали,
Цілым сердцом єй любили,
До ней привыкали.

И за тоту свою родну
Наймильшу краину
Жертвовала Лемковина
Остатню дітину.

Хоц єдного сына вдова
При старости мала,
Та и того найменьшого
На войну послала.

Аж лісы в горах шуміли,
Так лемкы співали,
Як в русску добровольску
Армию вступали.

Войовали за свободу,
За права и волю,
За славянску и лемковску,
Тоту ліпшу долю.

И там под Остравом Прагом
Головы поклали,
Про то, штоб на родной земли
Своє право мали.

А гдеж твой сын єдиначок,
Вдово Пелагио?
Або где твой Василь, Ольго?
И твой Гриц, Марио?
Вшиткы они на Мораві
И в чехах зостали,
За родину своє житья
Молоде отдали.

Там их притулила к собі
Славянска Морава
И уж на их гробах росне
Зелененька трава.

А ты бідна стара мати
Без сына и вдова.
А гдеж твоя родна хата
До того и нова?

Сына я охотно сама
На войну послала,
А с хаты мене прогнали
Без вины и права.


Писано в 1947 году в Лосю,

повіт Горлиці.

Яков Тм. Дудра.


[BACK]