Отвидины Родного Краю

Приходит близко сто роков, як наша лемковска емиграция начала приізжати в Америку. Около впол миллиона нас краянов с обох сторон Карпат пришло за тот час до Америкы. Лем мала часть с того громадного числа вернула даколи до краю, бо громадне большинство остало ту на все. Многы десяткы тысяч пережили свой вік и померли, але многы десятку тысяч доживают свойой старости вічно видячи перед собом незабыту красоту свого родного и прадідного краю Карпатскых гор. Того місця, где они родилися николи не забыли и забыти не можут, они все думают за край, котрый в день привиджатся им, а в ночы сниют о ньом.


TourGroup64

Нью Йорк — На Айдивелд аеропорті члены першой лемковской екскурсантской группы всідают на джетовый аероплан линии САС, дня 16 июля 1963 року, котрым они перелетіли до Копенгагы и Варшавы и назад. Екскарсанты забавили в Європі три тыждні часу.

По причині той любви и тугы за родным крайом, так само десяткы тысяч из нас ходили на отвидины до краю и по I Світовой войні и в междувоєнном часі и по II Світовой войні. Выходили отвиджати родный край єдиницы, выходили парами муж зо женом, приятель с приятельом або и ціла родина. Але такых отвидин родного краю, якы отбылися тамтого літа, 1963 року, ище николи попередно не было, ани никто бы не предповіл, што даколи до того приде, абы така громадна нас группа из 50 людей полетіла єдным аеропланом отвидіти родный грай. А таке сталося минувшого року, и напевно часто повторится в будучности. То, што буде в будучности ище увидиме, але то, што сталося минувшого літа оста???? невыкопаным придорожным знаком в истории нашой эмиграции.


Tylicz64

Тылич — Лемковина. Минувшого року в осени село Тылич, коло Крыницы торжествовало 600-літие свого существования. Теперь там жиє 7 лемковскых родин. (Фото Гр. Майчака).

Сталося то при Лемко-Союзі. Завдяки Лемко-Союзу зышлося высше пятдесят його членов и приготовили группову поіздку до краю джетовым аеропланом. Аероплан приготовила нам Скандинавска Аеропланна Линия, в скороченню САС, принадлежаща Дании. Завдяки той компании, была издана брошюрка с информациями, як приготовлятися до подорожы и туристичный росписаник. Назва той брошюркы “Велика тогорочна группова поіздка-екскурсия членов Лемко-Союза до Старого Краю на Лемковину”. На основі той брошюркы не лем же завязалася, группа из 50 людей, але высылка єй екскурсантами сотками до Европы побудила великий интерес до приізжающых меже родином и ширшими кругами народа.

Вылет джет-аеропланом из Нью Йорка мал місце дня 16 июля. Но не для всіх то был початок подорожы, бо меже екскурсантами были люде с так далека, як Калгари, Теронто, Монтреаль в Канаді, штат Иллинойс и Калифорния в Соєдиненных Штатах, то дакотры из тых участников были уж по пару дней в подорожі. Подорож тота была дуже весела и счастлива.

Правда, што така подорожь с такым числом особ має свои дуже добры стороны, но але треба встрічати и всякого рода трудности. Таку группову поіздку отвидны родины можна бы больше поровнати до даякой научной експедиции, где треба вшиткого сподіватися и переходити зле и добре, но як результаты добры, то каждый признат, же вартало и росходу и часу и усилия. Таком научном експедициом была и наша группова поіздка. По повороті из ней вшиткы признали, што то была не лем приятна, але высоко научна лекция, якой николи не мали.


КОПЕНГАГА-ВАРШАВА

Опорожнивши аеропорт в Нью Йорку гдеси около 9 год. вечером мы утратили ночь, бо ледво што примерклося, то о 12 годині на наш час начало розвиднятися, бо сходило солнце. Мы не встигли полнестися на свою высоту над хмары около 38 тысяч футов, як нашой группі, котрой было уділене центральне місце аероплана обслужниці начали демонстровати ужитья маск и парашютов. От того гдекотры настрашилися, што певно с аеропланом штоси зле. Тото обслуга запримітила и пояснила, што то єст звычайна формальность, котру они согласно аеропланному правилу должны провести, а зараз потом подали дуже смачну вечерю.


RusskoyeUstye

Устье Русске на Лемковині, собране на весні 1963 року. По лісах квитнут дикы черешні, котры даколи были по межах орных загонов и перечни. Село переименоване, віриме тымчасово, на Устье Горлицке, было головном точном, до котрого вибралася организована екскурсия, по причині открытия там памятника партизанам Лемковины.

В нашой группі из 50 людей не было ани четверо, котры бы даколи перед тым везлися аеропланом, и была обава, што дакто похворіє. Яко лидер группы, я наперед звернул увагу на то залогі аероплана, абы дали особливый позор на нас. Но моя просьба была даремна, бо позору не треба было, нашы екскурсанты знакомилися єдны с другыми и розвели таку голосну бесіду, як даколи в краю на ярмаку, а на остатку пустилися до співу. При співі мы увиділи берегы Европы, закрыты от нас фиранком дост густых хмар. За сім годин лету мы остановилися на твердой земли в столици Дании Копенгагі. Там нашу группу розділили и двома меньшыма аеропланами послали до Варшавы. На малых аеропланах подали нам знов ідло, при чом оглядали зме землю европейскых крайов, по причині хмар, не дуже ясно виджену.


Krynica

Крыница, перворядна здравница Лемковины и цілой Польшы, богата минеарльными водами. Крыница была и буде перла Карпатскых гор.

Варшавский аеродром вызерат больше на дике поле, но має уж порядно установленый реставрант. Загранична багаж там представлят ище дост много клопоту, но ревизия, не така страшна, як предвіщали. На аеродромі на декотрых с нашой группы ждала родина, а меже ними было троє лемковскых интеллигентов, двоє зо Ржешова и єден из Зеленой Горы. Двох мужчин и молода дівчина. Они іхали цілу ночь, штобы выйти нам на встрічу и мі, яко лидеру группы вручили голузку митру. Был то символ привітствия от предсідателя будовы партизанского памятника в Устью Русском Михаила Донского, котрый по причині браку часу послал за себе делегацию.

Покля надлетіл аероплан о пару годин с другом половином польска державна установа до транспортации т. з. Орбис прислала сбои два автобусы, котры забрали нас до нового готелю Гранд серед міста Варшавы. Варшава, котра была страшно знищена в часі войны, отбудована веце, як на половину в центрі, а теперь начинат будоватися вокруг найпышнійшого не лем в столици, але и в цілой Польші здания Дворца Культуры. Окраины Варшавы с верха вызерают, як раненый человік. Многы домы, што не были збурены войном, все ище пошиты кулями, як решето.


Vikova

Вікова, повіт Новый Санч. — Осадникы-гурале пасут овцы на полях бывшого лемковского села Віковы.

Народ на улици, хоц прилично убраный, и напевно гордый, што приходит до отбудовы, выглядат задуманый. Напевно от того, што через муры новых домов он все ище видит призрак страшных руин, а може и своих близкых, котрых никто привернути до житья не може. Хоц по шторах можна уж всього достати, но так, як от курения и питья народ отвыкнул. Корчмы и табаковні ту непопулярны и рідко их видно. Замічательне и то, што місто очищене от жебраков, всякых вагабунд и ошустов, якыми всі великы міста даколй были переполнены. А то доказ доложеного труда в напрямі поднятия культуры. Так само не видно того, розперающогося локтями паньства. Где бы сте не зашли, то найдете просто убраных людей, хоц они интеллигенты и вшиткы приятно относятся до людей, ци они знакомы або ніт. А то дуже важна и приятна зміна на ліпше.


TyliczPlow

Тылич, коло Крыниці на Лемковині. — Милько Павлишак в Тыличу тягне першу скибу на свойом поли в 1963 року. (Фото Г. Майчака)


КРАКОВ — НОВА ГУТА — ОСВЄНЦІМ

Послі двох ночлегов мы отправилися двома автобусами на Краков. Іхали мы цілый день через Желязову Волю, Лович, Лодзь и Кельце до Кракова. Всьо пространство, то прекрасна ровнина в большинстві засіяна зернами. Жнива уж были в полом розгарі. Машинерии мало где видно, а дорогы барже пусты от автомобильов. На змерку мы вступили в Краков, котрий припоминат собом направду историчный забыток. Краков не был доткненый войном. Вечеря наша была во “Французском” готелю, а ночлег в готелю “Полония”, пару минут пішого хода парками. При готелю “Полония”" ждали нас краяне, переважно из Устья Русского, котры товарищили нам за час побыту в Кракові. Меже ними был гость зо Львова — Ваньо Похна. Другого дня пришли ку нам учителька Вислоцка с дочком, проф. А. Гумецкий и др.

Для поляков Краков так, як для єврейов Иерусалим — ненарушима святыня. Нич ту не бурят. Як будова падат, поправляют єй так, як и была даколи. Зато новы фабрикы и новы домы будуются на предмістях. Такым чином выросла Нова Гута и наибольший желізный завод в Польші. Там в його околици побудуваны массивны апартменты для мешкания трудящихся и с Кракова и Новой Гуты. Нову Гуту мы отвиділи в супроводжению Ганчовской учительки Вислоцкой, котра ту мешкат.


Warszawa

Варшава. — Участникы I лемковской групповой екскурсии до Европы, послі отвидин народного музея на рынку в Старом Місті в Варшаві.

До Освєнціма, котрый находится в боку, около полтора годины ізды товаришил нам проф. университета Андрей Гумецкий. Тоту страшну мордерску місцевость никто с нас больше не хотіл бы видіти. Конзентрацийный табор, огородженый высокым кольчастым плотом, складатся из 28 мурованых єдноповерховых будинков. Даколи ту квартеровало австрийске, а потом польске войско. Ту был людскйй шляхтуз, мордерня народа, котрый ту убивали ріжныма способами на скоро “на писворк”, вішали, стріляли, дусили газом, палили 6 миллионов людей зо всіх крайов Европы привозили и ту замордовали. Мордовали переважно жидов, но великы десяткы тысяч помордували людей и другых народностей, поляков, русскых, чехов, словаков и лемков.

Теперь в Освєнцімі не стоит войско, як даколи, он остає страшным музейом для истории, котрый приходят звиджати народы цілого світа. Они с огыдливым чувством смотрятся на тоту потворну місцевость. Што то за чорна карта до истории. Они называют го млином смерти.


ЗАКОПАНЕ — КРЫНИЦА — УСТЬЕ РУССКЕ

Знов по двох ночлегах нашыми автобусами под опіком нам приділеных проводников мы рушили в горы, в Татры и Карпаты. Скоро за Краковом начинатся подобна околица до нашой Лемковины, звана Подгальом, но стиль сел и хат, инший, а вмісто церквей спичасты костелы. До Закопаного мы дошли перед полудньом, и то як до даякого котла с мурянчом купом. Народа ту полно, як на ярмаку, котрий пестріє густо ясным гуральскым убором. Под гором, на котрой єст славный реставрант “Гобудьовка” десяткы запаркованых автобусов зо всіх сторон Польшы. Там на высоті гдеси с хмарами помішаны кудерявы верхы гор, так, як бы перевернены вісіли над нами. До реставранту мы досталися “инклайном” возом тягненым дротовом линвом, штоси два и впол километра. Но из реставранту и так ище не видно верху горы. Закопане непритягаюче на красоту деревяне місто, но с реставрзнтами барже в каждом домі для спортивных туристов.


VikovaChurch

Вікова, повіт Новый Санч. — Старинна церковця в селі Вікова.

Остатня дорога началася пополудни через Старый Санч и лемковскы села Рыбень, Склады, Ростоку, Лабовец, Новевсу, (Нову Весь), Угрин, Лосье, Ростокы, Крижовку и Солотвины. Дагде ніт написов, бо по горах проведены туристичны шляхы, то автобус не входит в село. До Крыницы, як направду до здравницы, мы вступили ище далеко до заходу солнца. Там с квітами вышло на автобус и привитало нашу группу дівча Пеляка, зобране по лемковскы а от Лемковской секции УСКТ Григорий Майчак и Меляния Пырч и другы молоды интеллигенты. На наше удивление меже ними был и предсідатель передового отділа Л. С. с Кливленд Осиф Дзямба, його жена и швагерина Пелягия Сыпляк.


Mishinka

Мушинка — Забыткова церковь в селі Мушинка коло Крыниці. Єй исполнилося 400 роков.
(Фото Гр. Майчака).

В Крыници розділили нашу группу до двох готельов “Бельведер” и “Адрия”, на двох противоположных концах міста, а реставрант находился в третьом готелю “Ягельонка”. Крыница, напротив всього, што зме виділи в Польші, то диамент в перстеню. Всьо окружение указує вам, што ту святыня здоровья. Не было коли много часу сбавляти в Крыници, бо слідуючого дня з рана была наша остатня высота — поіздка до Устья Русского, но нашы енергичны туристы и так мали часу оглянути місто, напитися щавы, увидіти артиста-лемка Никифора в його працовни, закупити крыницкых совениров.


Electricity

На тло Карпатскых гор и село Білянку в Горлицком повіті на Лемковині, кинул свою тінь высокий трансформатор, котрый припровадил до села електрику для освічення и упряжы в машины. Он начал давати Білянчанам свой ток в осени 1963 р. Початок тому был Лемко-Релиф Комитет, котрый жертвувал на тоту ціль єден тысяч долларов, 72 тысячы зл. Правительство доложило 428 тысяч зл.

В понеділок рано 22 июля, то день открытия памятника в Устью Русском, но высоко торжественне напряжение было замітне уж в Крыници. Автобусы, котры стали перед реставрантом Ягельонка начали обступлятися народом. Орбис призначил додатковых роботников, котры ладували на дорогу закускы и выпивку, включаючи щаву. На автобусы для совмістной поіздкы впросилося таке число молодой лемковской интеллиген????, што близко удвоило нашу группу.


KrynicaTour

Крыница. — Екскурсанты Лемковской группы из Америкы и Канады засідают до своих двох автобусов “Орбис” перед выіздом до Устья Русского на открытия памятника, в понеділок 22 июля 1963 р. С екскурсантами познакомлятся Меляния Пырч, завідующа готельом “На Дептаках”. Она разом с группом поіхала до Устья.

Автобусы рушили в дорогу. На горі над селом Криживком, где было видно далеко на всі стороны, кромі высше упомянутых сел ???? дорогым можете видіти Лабову, Котов, Берест, Камяну, Поляны, Флоринку, а понад Мохначку за Избами высоку маму гору Лацкову. Поступило предложение стати, зыйти и взяти в той найчудеснійшой околищи фотографию и фильмы. Четырі апараты брали фильмы, котры вышли чудесно. Щекотали и фотографичны апараты, но фото с них ище мало выручено. Дальша подорожь наша была через Берест, Поляны и Флоринку до Грибова, а с Грибова через польскы села Гродек и Pony назад в горы через Лосю и Климківку до Устья Русского.


DearGuests

Устье Русске. — “Витаме дорогых гостей”, так гласит напис на брамі входа на Затоку, где видно платформу для выступлений. Заросла гора, то Лазы и Камяный Горбок, а далеко Червена Горка.

До Устья пришли мы около 10 годины рано. Автобусы зволнили свою быстроту, бо вход до бывшого рынку густо был покрытый народом. Ище крок, и ище крок и споза листвы деревины свіжым колором начал выглядати білый камінь памятника, овитый через половину червеным полотном. Ище пару кроков и мы увиділи цілу высоту памятника. Громадность каменя дає впечатліние силы и могучести физичной, но для каждого лемка он надає такой самой силы духа и гордости.

Автобусы нашы повольно заверталися и остановилися на проконечатии бывшой гостиниці Антоня Гумецкого. Скоро они остановилися, волна народа звалилася в их сторону и здавалося, што оба автобусы перевернутся от утиску.

В тот момент наступила головна встріча родины, приятелей, краянов, радостных, сплаканых и недовіряющых собі, ци направду то брат, або сестра, ци направду то мама, або няньо, ци друга родина. По 30, 40, або 50-х роках не хотілося вірити в правдивость встрічы. Ци то не дивный сон, а не правдива встріча. Там была не лем родина с близкых и дальшых сел Лемковины, там пришли люде з далекого заходу, от Вроцлава, Легницы, Ополя, Шпротавы, Ольштина, Зеленой Горы, а с позаграницы зо Львова и от Тернополя в Совітском Союзі. Солнце всім тепло усміхатся, а красота гор перевершат оповіданкы о раю.


LemPart

Устье Русске. — Памятник Лемковскым партизанам, погибшым в борьбі с оккупантом в часі II Світовой войны, торжественно открытый дня 22 июля 1963 року, при участи тысячов лемковского народа, собравшегося там со всіх частей світа, где лем он жиє. Памятны занимат почетне місце в центрі села Устья Русского

Через годину, котра была так коротенька, наступило открытие памятника. С музыком примашерувала оркестра и впровадила на платформу представителей повітовых и воєводскых властей, партизанов и державных діятелей, а с ними заграничных гостей зо Львова и Пряшева и ряд запрошеных партизанов лемков, котры проживают в Совітском Союзі. Открытием памятника руководили правительственны власти на официальном в Польші польском языку. Послі привітствий, переданых властями для всіх присутных и заграничных и американскых гостей с головным докладом выступил бывший командант лемковскых партизанов Михаил Донский, в котром он указал на заслугы партизанов лемков в борьбі с оккупантом за свободу народа, за што многы отдали житья. Он отчитал цілый ряд имен погибшых лемков. При конци он отчитал жертвы зложены на будову памятника и на першом місци жертвы собраны и пересланы через редакцию “Карпатской Руси” из Америкы в суммі 428 долларов и передал сердечну подяку всім жертвователям.

В остатной части официального открытия молодежна организация спорта отдала салют, а Михаил Донський знял червене полотно на памятнику, на котром указалися два вырыты на мраморі и позолочены написы, єден в польском языку, а другий русскими буквами в лемковской правописи. Послі того представители правительства зложили свои вінкы у подножья памятника. На безконечных фотографичных знимках кончилася официальна церемония открытия памятника партизанам.

С полудня на приготовленой платформі ниже села на Затоці, началися культурны выступления ансамбльов, польского из Ржешова, украинского из Варшавы и лемковскых из Білянкы, Лосі, Зындрановы, Грабу и др. Лемковскыма ансамблями руководил Павел Стефановский, а украинскым из Варшавы лемко Ярослав Полянский. Представление из Зындрановы было под руководством Теодра Точа. Всі три высще упомянуты руководители, то люде великой способности, енергии и отданности культурі и традициям свого народа. Так им, як и всім участникам належится признательность и подяка за таке поднятие духа в народі тым пречудным концертом.

Подчас торжества люде дальше познавалися. Меже иншыми людьми, с котрыми я мал особливу радость познакомитися был профессор др. Рейнфус руководящий институтом народного творчества и член Польской Академии Наук. Проф. др. Рейнфуса нашы лемкы всяди знают и почитают так, як он интересуєся близко культуром лемков и написал много трудов о лемках и все встає в их защиті. На сильне моє удивление проф. др. Рейнфус передал велике признание Лемко-Союзу, што напечатал книжку “Село Ганчова”. Он просил старатися о печатание веце подобных книжок, што они мают особливо историчне значение для лемков.


Crowd

Устье Русске, Лемковина. Народны массы, собраны в рынку села при открытию памятника Лемковскым партизанам дня 22 июля 1963 року. Меже участниками находятся присутны члены І лемковской групповой поіздкы из Америкы и Канады в числі 55 особ. По середині, перед школом и церквом біліє четырігранный марморовый памятник.

Солнце начало клонитися над Гомолю. Найбольше торжественна часть нашой екскурсии переходила в историю и нам треба было вертатися на нашу позицию в Крыници продолжати дальшу дорогу. Мні хотіло бы ся свои очы оставити в той прекрасной, а до того родной окружаючой природі.

Того вечера в Крыници отбылася прощальна вечеря. Общество ОРБИС, кромі специально богатой вечері, угостило членов нашой группы шампаном. Мы росходилися, кажде в свою сторону, кромі меньшой группы, складающоися с 25 людей, котрым разом продолжалася дорога в Совітский Союз — Львов и Києв. Слідуючого дня мы на свою руку наняли автбус до Перемышля. Но перед всім, мы должны были получити позволение от высшых властей в Новом Санчи, котре мы получили по телефону. Но автобус в день с нами не мог идти, не было свободных. Мы условилися так, што оставиме Крыницу о 10 годині в вечер, абы над раном автобус мог повернути до Крыници, и около полудня дал услугу иншым туристам отвиджаючым нашы горы.

Вечером вырвался наш автобус через Грибов, Горлицы, Ясло и Ржешов до Перемышля. Под Грибовском Гором мы ище виділи вывернувшийся автобус рано того дня с повертающыми на Заход лемками. В выверненом автобусі світилося, а при дорогі стояла группа людей. В день до Крыницы пришла вість о том, но смертного выпадку не было. Семеро людей были легко ранены, и забраны до шпыталя в Грибові и Новом Санчи. Наш автобус так спішил, што не мог остановитися. В ночкой тиші, через Горлиці, Ясло и Ржешов автобус так парил аж місто дудніло. На свитанию автобус оставил нас при готелю “Сан”, где мы порегистровалися, и пошли отпочати, бо о 1 годині в полудне мы сдаме на русский потяг.


Monument

Таблица на памятнику лемковскым партизанам — дословно гласит так: “Погыбшым в борьбі з окупантом Партизанам НГ—НА охотникам советской арміі и польского войска з Лемковины 1939 — 1945”. Другий напис єст такий самый на польском языку с другой стороны.

В совітский потяг, котрый поднял нас в Перемышли кромі нас 25 особ, мало кто вышол. Дескілька колхозников с зайдами повертали домів. В місточку Медыка нас провірила польска страж гранична, а в Мостисках совітска Провірка совітска была так строга, через яку никто нигда из той группы не переходил, и напевно каждый зарюкся от подобной поіздкы. Но зато о пару годин, прибывшы во Львов, як бы друга вывіска была перед нами. На желізнодорожной станции знов полно родины. Витают нас родины букетами цвітов, впроваджают нас до царского стиля готею “Интурист”. Всяды приятность и приятельство.


Editor

Редактор газеты “Карпатска Русь” Н. А. Цисляк, завідующий екскурсийном группом, познякомлятся с присутным на торжестві открытия памятника в Устью Русском профессором д-ром Романом Рейнфус, членом Польской Академии Наук и завідующым институтом народной штукы при ней. Проф. Рейнфус написал много трудов о лемках, защищат их права и честь. Лемкы с великым уважением и любовью выражаются о ньом.

Хоц никому из нашой группы не было дозволено идти на села в колхозы Львовской або Тернопольской области, то зато родині дозволено придти отвидіти нас во Львові. Всі, кто лем с нас был в группі, остали счастливы, бо виділи вшиткых, кого лем хотіли видіти.

Кромі родины во Львові мі было дуже приятно увидіти познатых в часі открытия памятника нашых молодых интеллигентов Петра Когутова, проф. Василия Дзямбу, Романа Соболевского и другых, так што я чулся, як дома, меже своими.


UstyeRusDance

Устье Русске — Такы танці, співы и музыка проводилися ціле пополудни на Затоці коло рікы послі официального открытия памятника лемковскым партизанам. Танцуе Білянский ансамбль співу и танцу под руководством Павла Стефановского.

При их помочы я мал можность во Львові отвидіти Холм Славы и Личаковске Кладбище, в добром стані Талергофский Памятник, памятник Галана, памятник Галицко-Русскых писателей и др. Што дня было надзвычай интересно. Приятно мі было быти в домі талергофцев Максима Карляка и Василия Р. Ваврика, котры сердечна по древнорусскому обычаю любезно угощали. Василий Романович показал мі дорогоцінности княжного Львова дом Ставропийского института и Успенский при нем Собор. У него я мог на ділі переконатся о його многых неоцінимых трудах, о котрых мні впервый раз припало дознатися.

Во Львові встрітил друга молодости Павля Юрковского, Михаила Котыргу и др. Встрітил я там и талергофца Е. Милянича и многых личных друзей, повернувшых на родину с Канады и США — Алексия Швигаря, Стефана Гудака, Василя Саламака, Ваня Похну и много другых.

Послі тридневного пребывания наша подорожь аеропалном продолжалася в Києв — матер русскых городов и древне жерело русской истории. Помимо того, што памятникы давнины на протягу віков исчезают в войнах, пожарах, новшествах — Києв пахне Русью. Печерска Лавра, Софийский и Владимирский соборы, памятник князю Владимиру, памятник Богдану Хмельницкому и другы, то така, туга печать истории, котру не зотрут грядущы вікы. Ріка Дніпр и Десна спокойны, но глубокы, подобно, як русска душа, плынут, як плыли за часов козацтва.


Sophia

Києв. — Софийский Собор, теперь народный музей в Києві, то еден из многых примірников древной истории Києвской Руси. В том соборі хранятся тлінны остаткы князя Ярослава Мудрого, котрый дал перший закон русской державі под назвом “Русска Правда”.

Повернувшы ище на тыждень в Карпаты, нам хотілося наново отвидіти Устье Русске, Климковку, Лосье, Ганчову, Высову, Квятонь, Смерековец, Луг, Ждыню, Гладышов, Панкну, Маластов, Бодакы, Пстружне, Бортне и Ропицу Русску. Переізжаючи высоку Магуру, мы остановилися на єй верху при воєнном кладбищі I Світовой войны, врозше в глубокы травы. На плытах вывертающыхся крестов многы имена уже затерлися, но все ище можна ту и там прочитати имя — Михалик, Павлик, Вархолик, Сим, Чиж и др.

Иншы члены группы пошли в свои села родной Лемковины от Шляхтовы в Новосандецком повіті аж до сел Лісского повіта. В группі были старикы от 60 до 80 роков, но найстаршым был Тимко Писарчик 86 літный из Рыхвалта. Были люде середного віка, половина, с котрых в Америкі рождены и николи в краю своих родителей не были. Они не брали своих родичов, бо их уж ніт в живых. Но они далеко по смерти своих родителей рішили отвидіти их край, штобы им самым была мильша старость. Были и молоды лемкы школьного віку. Им важнійше от вшиткых было отвидіти край своих родителей. То буде им придатне для наукы в школі, а ище больше придатне для приятельской связи с студентами, єднокровными братьями за морьом, бо то им придеся продолжати связь с Старым Крайом, коли мы старшы проминемеся. О той правді треба открыто бесідувати в очы, бо єй неє де подіти.

Минувшого року двери в дом отцов нашых были на стеж открыты. Екскурсанты той першой лемковской громадной группы не лем с высокым удовольствием выкорыстали свою подорожь, але и многому научилися, а найважнійше, што своим массовым участием выполнили важну историчну задачу. Они были свідками открытия памятника Лемковскым партизанам, котрых геройство признали польскы власти своим официальным участием в його открытию.

Мы желаме, штобы подобны екскурсии вошли в традицию и продолжалися каждого року. Особливый натиск должен ту быти положеный на молодежь. Єсли она познакомится с своими братами за морем, то она тоту связь буде шанувати и продолжати так, як то робили мы. И то буде приносити им таку радость, яку носили мы емигранты старого поколіния, любовно вспоминаючи свой родный край.


KrynicaSpa

Крыница — Центральна часть Крыницы при Дептаках, где находятся минеральны жерела вод для питья и купаня.



[BACK]