Погляд в Рот Вулкана — Илья Чура
Volcano
Коли вулкан закашле.

Вулкан Килоиа находится на склоні вулканичной горы Моана Лоа на острові Гаваи, найбольшом из группы Гавайскых островов. Гора вызерат так, як и там в нашых прекрасных Карпатах “Полянкы” або “Долинкы”, лем ужасна горячость огня выпалила туннель в боку горы, котрым выбухат огненна лава. Тота лава текла боком горы и по мірі охлаждения ставала ровнійшом и поднималась все выше, коли одна верства лавы накрывала другу. Но ближе туннеля лава не затвердла цілком, лем вызерат як озеро. В нижньом боку того лавиного озера осталась глубока діра, котру містны люде называют “Гейл Мома” (“Домом вічного огня”). Она подземно мусит быти соєдинена с головным огньом вулканичной горы Моана Лоа.

Гейл Мома притягат много людей своим страшным, но чаровным видом. Люде приступовали на самый край и дивилися на кипящу лаву, котра все мінятся. Часами цілком вытекла гдесь под землю, а потом знова двигалася так высоко, што переливалась через верх берегов.

Штобы достатися до озера кипящой лавы, треба было пішком перейти по застылой твердой лаві. На пути человік встрічался со всякыми несподіванками. Гев-там пара бухала из-под потрісканной лавы, што люде варили там яєчка, картошку и инше. Лава была так остра, што коли человік вернулся с такой прогулькы, то мусіл обувь латати.

Я служил при американском войску в отділі морской піхоты (“Юнайтед Стейтс Маринс”), и так с ними пришол на Гавайскы островы. В том часі тут было много войска на островах, а не было чым занятися. Войсковых вправ, або екзециркы, было мало в тых часах, то головне занятие для вояка было чистити гвер и другы войсковы вещи. На то была все инспекция. Вояк должен был также от часу до часу идти на варту и на воєнны парады. А поза тым не было для вояка ниякого занятия. Може про тоту причину воєнны власти поставили близко Килоиа воєнный кемп отдыха для вояков и привозили туда периодично вояков на отпочинок. Матросы и морска піхота могли также отдыхати в том кемпі. Так и я подал просьбу и получил позволение іхати туда на отдых. И який то был отдых! От чого треба было отдыхати? — От лежанья!

Мои очы все были голодны лем видіти и больше видіти, хоц ногы уставали их носити. А причина того любопытства моих очей была в том, што я научился снимати фотографии. И то мене тягло на отдых в кемпі близко вулкана. Я драпался на горы, прескаковал пропасти, котрым не можна было видіти дна. Страх обнимал сердце, но любопытство тягло заглянути в найчорнійшу пропасть, сняти с ней фотографию, котру можна было продати за грошы. В том часі мало было фотографов, то и воякы охотно куповали на памятку снимкы с природы. А мні сдавалось, што я в одну клітку злапал дві птицы: наслаждался сам красотом природы и получал грошеве вознаграждение за свои фотографии.

Окрем воєнного лагеря, был там и готель, котрый называли “Волкано Гауз”. Он находился майже на краю вулкана Килоиа, но несколько сот футов выше, на склоні горы. Мало дальше были и другы будинкы, где люде пребывали.

На одной стороні вулкана был прекрасный ліс, дуже густый, и коли человік зашол туда без проводника, то легко стратился в нем. Мы часто ходили там глядати потраченных людей, котры заблудилися. Ниже того ліса тягнеся ланцух кратеров. Подземно они суть соєдинены с туннелями, выпаленными лавом. В декотры из тых кратеров люде входят подивитися. Ціла тота околица покрыта всякого рода великыми рослинами, котры прикрывают всьо — и тоты пропастны роспукы земли.

Так представлялась мні тота околица при первом мойом отдыхі коло вулкана. Потом я приіхал другий раз “на отдых”. Причином мого другого приізда было ненормальне поведение Гейл Момы. Пришла вість, што Килоиа выбухла!

Може єй наприкрилось забавляти туристов спокойным видом и кипящом лавом, бо нараз отворила рот и якбы закашляла огньом, выкидуючи высоко до воздуха с ужасном силом то, што мішало єй свободно отдыхати. Камінья огромной великости падали с высоты кругом вулкана. Попел, пісок и другы материалы из глубокого подземелья покрыли цілу околицу так, як глубокым снігом.

Воѳнны власти настрашилися, же вулкан погребе под своим попелом и воєнный лагерь, то начали евакуацию. Но о пару дней знова цофнулися, бо выбухы помалы уставали. Так и я в тот час знова пришол туда “на отдых”.

Я нашол там всьо направду переполошене. Люде были дуже нервозны. Ціла околиіца была покрыта попелом. На дорогі меже бухающым вулканом и нашым отдыховым лагерем стбяли воякы на стражі. Они не пропускали никого ближе к вулкану, то люде с дорогы дивилися на чудесне зрілище. Дым, попел, пісок, каміння — всьо то перемішане вырывалося с огромном скоростьом из рота вулкана и формовалось в образы разных видов. Там выскаковали цари, короли, королевы, шарканы, ворожкы, львы и всякы другы потворы. А всьо то постоянно и наремно мінялось. Очы человіка як бы прилипли до того зрілища, што трудно было оторвати их. Люде дивилися на то день и ночь.

Я не мог устояти на одном місци, лем бігал гев-там, штобы схватити найлучшы снимкы.

Перву ночь я нагло пробудился. Будинок зачало трясти и колысати. Скрегот и треск были страшны. То было землетрясение. Их было три або штыри в ночи. С початку я дуже настрашился и уж хотіл втікати на вонка, бо мні пришли на мысель страшны землетрясения в Сан Франциско и в другых частях світа, где много народа погибло под розвалинами домов. Но мало помалы я не лем привык на такы колысанья вулкана, но по пару ночах, як землетрясение уставало, я чувствовал, як бы што-то приятие хибило у мене.

VolkaStrength
Сила вулкана. Каменна глыба в 14 тонн вагы была выкинена при выбуху в маі місяці 1924 року.

Официальна заборона приступа к горлу вулкана розъярила мою жадость даяк достатися там и заглянути ближе. Я побесідувал с трьома сержантами и наговорил их идти со мнов в одну ночь к “Гейл Момі”. Они охотно согласилися. Як тилько стемніло мы вышли якбы на прогульку в противну сторону, штобы обыйти страж. Но коли уж стражникы не могли нас видіти, мы скрутилися в сторону вулкана.

То была чудесна ночь. Звычайно ночь означат тьму, а тут можна было все чисто видіти в мягком, приязном світлі місяца. Земля кругом была покрыта мягком мішанином от вулканичных выбухов, и было легко идти. Но было и небеспечно, бо стары роспукы земли были покрыты попелом, то можна было неосторожно провалитися под землю, откуда уж не было выхода. Я был як бы во сні. Тишина была прикро глубока, выбухы вулкана отражались на мні як дыханье невидимых духов, котрыми наполненый был воздух. Так то представлялось мні.

Мы пришли на край Килоиа. Тут треба было сходити около 600 футов просто долов пропастным каменистым завалом, штобы достатися на тото озеро лавы, по котром потом треба было пройти, штобы достатися к самому горлу. При добром світлі місячка мы успіли найти кутик, где мало помалы начали спускатися долов. Перед нами и за нами летіло долов камінья. Чудно, што ани одному из нас ничого не сталося. Уж там на дні мы отрясли с себе попел и позераме в гору мура с широко отворенными очами от удивления, як то мы могли долов таком пропастьом спуститися в долину. Но так то єсть на Гавайскых островах. Тут человіку нич не пошкодит, лем сам он може собі пошкодити, як переступит закон природы.

Теперь меже нам и котлом вічного огня не было жадной перепоны. Місце коло котла было добре попелом покрыте, то мы ступали, як бы по мягком карпеті. Вітру сильного не было, но воздух тягал в противну сторону от нас, што дало нам возможность приступити аж на самый край. Чым ближе к дірі, тым частійше лава была глубоко потріскана, а при концу треба было прескаковати с одной стороны на другу. Выбухы из котла утихли, а блеск огненного котла мінялся постоянно, то мы все мали перед собов нове зрілище. Но мы хотіли закукнути в рот вулкана, то мало помалы и осторожно приступовали на край. Нашы очы были так приліплены до чудного зрілища, што все друге исчезло. Мы ани не думали о том, где стоиме.

Так мы нашлися на краю пепельной діры. Треба было лем согнутися и заглянути. Но на то не было у жадного из нас надост храбрости, особенно у мене, хоц я был в службі славных свойом отвагом “Маринс”. Так мы полапалися за рукы и поставали один за другым, штобы два могли тримати того, котрый был на переді. Коли он насытился поглядом на дно пекельного котла, то отступал назад, а потом другий ишол заглядати. Наконец и я выщирил очы на штоси страшне и чудесне. Ніт такых слов в нашой бесіді, штобы можна описати тото зрілище. Я чувствовался якбы закаменілый, коліна стерпли, в ногах не было жадного чутья. Так хвилю я стоял и смотріл як запомороченый. Але в тот момент отвал лавы, на котром мы стояли, зачал рушатися под нами и зосуватися вниз из-под нашых ног.

— Назад, назад! — мы всі разом, якбы одным голосом, выкрикнули.

Сержант, котрый был на задньом концу, успіл достатися на тверду часть лавы и помог нам выдрапатися ку нему. Но мы там долго не затримувалися, а біжали со страхом от того котла пекельного огня, якбы крыла мали на ногах, хоц в них ділком не было чутья.

Страшны выбухы зрывалися за нашыми плечами. Гук, треск, а мы аж оніміли от страху, но біжиме што силы, боимеся позріти за себе назад, штобы не скаменіти от страшного зрілища, як то сталося Лотовой жені от огня Содомы.

Мы были вычерпаны из сил от страху и біжанья, то мусіли сме остановитися и отдохнути. Теперь мы были надост отдалены от огненного котла, штобы осмілитися посмотріти на місце, где мы стояли попередно, коли мы закуковали в горло вулкана. Там все перемінилося. Лава, на котрой мы стояли, исчезла, а и дальшы, попуканны части, отрывались кавалками и с оглушительным гурком провалювалися в глубину огненной діры.

OldGods
Стары богы на Гавайскых островах.

Стоиме и радимеся, што дальше робити: ци цофатися до лагеря тым самым путем, котрым мы пришли, ци глядати иншого пути. Идти по старому пути было дост далеко и майже невозможно было выйти наверх в том місци, где мы спустилися вниз. Я уже попередно ходил много тыми сторонами, то знал, же кедь пойдеме в противну сторону от того місця, котрым мы спустилися, то выйдеме легко наверх, а так на дорогу. Так мы пустилися просто в тоту сторону.

На той стороні Килоиа находится тот лантух кратеров, о котром я уж споминал — земля попукана и густо покрыта тропичными рослинами. В тот час всьо было покрыто вулканичным попелом. Мы мусіли, як щуры, перетяговатися под том гущавинов. Як скоро мы дотулилися и порушали крякы, то попел отрясовался и нас покрывал. Очы, волосы, нос, обувь, весь одів были полны попелу. А до того треба было идти дуже помалы, пробовати ногами наперед, ци ніт роспуков в землі.

Так мы перетяговалися дас пару годин и наконец выдрапалися на дорогу. До кемпу мы пришли уж по полночы.

На другий день рано командир кликал всіх и вопрошался, кто ходил в ночи до “Гейл Момы”, бо воякы на варті нашли сліды от кемпу в тоту сторону. Никто не озвался. Так не мог никого карати, бо не было доказу. Але за то заборонил всім выход с лаге ря на один тыждень.


Илья Чура,
Гавайскы островы.



[BACK]