Год 1947 в жизни Лемко-Союза

СТАРЫЙ КРАЙ

Лемко-Союз с первых дней свого существования уділял всегда много увагы положенню нашых родных братов в старом краю, а в первой мірі самым западным частям Карпатской Руси — галицкой Лемковщині в Польщі и Прящевщині в Чехословакии, котры, як найдальше закиненны не лем под чужу власть, но и меже чужы народности, были выставлены на найбольший культурный, политичный и економичный натиск. Так и теперь наш обзор 1947 года в жизни нашой организации мы начнеме зо старого краю.

Найбольша частина нашых старокрайовых братов и сестер находится ныні в преділах Совітского Союза. Подкарпатска Русь была присоєдинена к Совітской Украині и сегодня она под именем Закарпатской области составляє неотдільну часть Украинской респубдикы СССР А с Лемковщины и Пряшевщины за послідны рокы наш народ в великой массі переселялся в Совітску Украину на основі соглашений меже Совітскым Союзом и Польшом и меже Совітскым Союзом и Чехословакиом о выміні населения. Около 70 проц. всіх лемков переіхало из Польшы на совітску территорию, штобы жити в свойой национальной державі. Из Пряшевщины близко 2,000 родин переселилось в началі 1947 г. на бывшы чешскы колонии в Ровенской области.


Sokolnik
Д. Вислоцкий в Сокольниках, под Львовом, бесідує с молодыми лемковскыми переселенками: Ольгом Бідник (сліва) и Євом Якимик.

Прошлого года в нашом Календарі было обширно описано за житье переселенцев-лемков в Сталинской и Тарнопольской областях Совітской Украины. Разом со статьом были поміщены численны фотографичны снимкы. Материал прислал бывший редактор газеты “Карпатска Русь” (“Лемко”) Д. Вислоцкий, котрый находится ныні в Совітском Союзі. Літом 1946 г. он объіхал лично ряд районов, где были розміщены лемковскы переселенцы, и ознакомился ближе с их житьом.

Літом 1947 г. Д. Вислоцкий іздил другий раз в отвидины к старым лемковскым переселенцам в Тарнопольской области, а при той нагоді посітил и молодых пряшевскых переселенцев в Ровенской области. Його интересны корреспонденции с той подорожы печатались в “Карпатской Руси” (в сентябрі и октябрі 1947 г.).

Д. Вислоцкий посітил также первый лемковский колхоз во Львовской области — в Сокольниках, под Львовом, где поселилось много краянов из Мшанны и Гировы, Кроснянского повіта. И в самом Львові Д. Вислоцкий встрітил так много лемковскых переселенцев на ріжных роботах, што к свойой корресопонденции из Львова он добавляє слідуюче примечание: “Взагалі, во Львові мож днеска встрітитн лемков, як в Юнкерсі або в Пассайку.”

Из корреспонденции Д. Вислоцкого видно ясно, што нашы лемковскы переселенцы в Совітском Союзі малися далеко лучше літом 1947 г., як при первом посіщении их Д. Вислоцкым літом 1946 г. Причина не тилько в том, што в августі 1947 г. они собрали уж первый богатый урожай и могли видіти всюду, як быстро залічує Совітский Союз воєнны раны, но и в том, што нашы лемкы в Совітском Союзі знали уж о трагичной судьбі тых своих краянов, якы пооставались в родных селах под Польшом. Єсли перше многых переселенцев в Совітском Союзі не опускала мысель о повороті в любимы родны стороны в Карпатах, то теперь каждому стало ясно, што в нынішных условиях о таком повороті не можна и думати.

Меже нашым народом в Америкі єсть много “невірных Фомов”. И то интересны “Фомы” неправді, циганству они дуже скоро повірят, але правду все подозрівают. Так коли в “Карпатской Руси” печатались корреспонденции Д. Вислоцкого из Ровенской области, Тарнопольщинны и Львова, то тым интересовались дуже и такы краяне, котры перше “К. Р.” не любили и не читали.

Находили там и имена своих односельчан, але по старой привычкі не хотіли вірити, што то правда. Гдеякы говорили: “Може Гунянка там и не был, и никого не виділ, лем пише под примусом, што большевикы прикажут.”

В корреспонденции Д. Вислоцкого из Львова был, меже иншым, такий урывок:


* * *

“Иде шумне здорове дівча улицом Львова. Выраз лемковский.

— Ты переселенка?

— Так. А як вы знате? Я Анна Щерба зо Свіржовы.

— А што робишь во Львові?

— Шию в фабрикі женской одежы.

— И родиче во Львові?

— Во Львові. Няньо, Емилиан Щерба, працуют листоношом на почті Львов 21, и мой брат на той почті працує. Другий брат працує учителем.”


* * *

О пару дней послі появления той корреспонденции в редакцию “Карпатской Руси” пришло из Акрон, О., слідуюче писмо:

“Дорога Редакция, засылаю вам лист от моєго брата Емилиана Игн. Щерба. Не за то я его посылаю, што хочу фамелийны діла давати в газету, а за то, што была в “К. Р.” описана подорож Д. Вислоцкого во Львов, то посылаю писмо от брата на доказ, што акуратна правда всьо, што Д. Вислоцкий подал до газеты. Бо люде невірны, не хотят вірити, так я можу доказати, што у мене в листі то само, што и в газеті.”

Брат Емилиан пише зо Львова под датом 18 августа 1947 г. так:

“Дорогий брате, довгий час як я не маю жадной відомости от тебе. Скоро буде рік, як мы приіхали до Львова, и скілько листів не написался до тебе, но годі дочекатися отповіди. И пару фотографий юш выслал до тебе. Я достал два листы на Донбассі, а два листы переслали нам до Львова нашы знакомы. Я на всі даю отповідь.

“Як тобі відомо, у мене жінкы нема — померла ище дома, так што приіхали мы без мамы и до сих пор так жиєме. Діти вже дорослы, кажде робит на себе. А робиме так: я роблю со старшым сыном на почті листоношами, розносиме листы и газеты. Я достаю місячно 380 рублей, а сын достає більше — 420 рублей, бо он єсть агентом, заступлят начальника почты. Молодший сын єсть учителем и директором школы — он має місячно 500 рублей. Дочка єсть також учителька, но дітей не учит, а єсть завідуючом клубу, має місячно 380 рублей. Хліб и продукты достаєме так, што можна жити. Урожай гев дуже ладный, то всьо подешевіло.

“Женитися сыны не хотят, а я юш старый. Господаркы не маємо, лем роботу дост добру — пару годин денно тілько прогулятися.

“Нашых людей, котры осталися дома на Лемковщині, то полякы вывезли деси на захід. Мы гев маме найблизшых сусідів от Кросна, з Радоцины дві фамелии и зо всіх сторон.

“Молодший сын теперь здає егзамен до университету, хоче ходити до школы. Мы думаме гев жити во Львові.

“Часы у нас дуже добры, урожаи ладны. Маме капку бавдурок посаджено, так што теперь юш не купуєме. Мы жиеме за грошы: на грошы робиме и за грашы жиєме. Новости из дому не маєме и не интересуємеся. На роботу ходиме штодня, и так скоро нам час проходит.”

(С писмом пришла и фотография цілой родины, но снимок робили сами, то “кат” не вышол бы ясно в Календарі. На фотографии всі члены родины выглядают дійствительно добре, — Примічанне Ред.).

Из писма краяна Щербы мы зараз вдиме, яка огромна переміна наступила в житью нашых лемков цослі переселения из Польши до Совітского Союза. В Польші краян Щерба не мог бы николи стати листоношом в таком великом місті, як Львов, бо в Польші он належал до приниженного национального меньшинства, В Совітском Союзі он и його сын мают почтову службу, другий сын был учительом и теперь сдал екзамен и буде учитися в университеті, а дочка также учителька, бо в Совітском Союзі они суть в свойой национальной державі и мают ровны, права до всіх школ и до всіх урядов. На примірі той одной переселенчой родины из Свіржовы мы видиме. який великий переворот наступил в житью всіх лемков, переселившыхся из Польшы на Совітску Украину, Два рокы послі переселения простьш хлопец из маленького села сдає екзамен в университет, а проста сельска дівчина завідує робочым клубом.

Такы возможности мают перед собом нашы переселенцы и их діти в Совітском Союзі. Они ровноправны граждане, бо они в свойой державі. Послі богатого урожая 1947 г. они мают подостатком хліба, и каждый може получити роботу, яку хоче, як лем покаже способность и упорство. Тоты нашы братья и сестры, нашлися теперь в великом и богатом краю, и можеме быти певны, што они бідувати больше не будут.

Но велике горе, правдива катастрофа звалилася в прошлом году на тых лемков, якы по той або другой причині не хотіли выізжати из своих родных сел в Польші на переселение до Совітского Союза, лем осталися дома. По приблизительному обрахунку в Польші осталося около 60,000 лемков. Поздном весном 1947 г. польскы власти с помочом войска выгнали всіх тых людей из их родных сел в западны части Польшы, где их роскинено по пару фамелий меже польскым населением на пустых незасіянных землях и в розбитых доныні неотремонтованных домах. А господарство выселенных лемков, их засівы, домы, домашны приряды мебель и запасы были отданы, навезенным из другых районов полякам.

Тото примусове выселение лемков в Польші носило всі признакы национального пресдідования. Поляк или римо-католик, єсли який жил в лемковском селі, оставался на місци. И мішаны фамелии, где муж или жена были полякы, так само оставались на свойой землі. Центральный Комитет Лемко-Союза на свойом засідании 22-го июня 1947 г. поднял протест против такого преслідования нашого народа в Польші. Через Польского амбасадора в Вашингтоні Польскому правительству была переслана слідуюча резолюция:


Mr. Jozef Winiеwicz,
Ambassador of Poland,
Washington, D. C.

Your Excellency:

The Central Committee of the Lemko Association of the United States and Canada at the plenary session held on June 22, 1947, at the Carpatho-Russian American Center, 556 Yonkers Ave., Yonkers, N. Y., after hearing reports of forcible expulsion of the Lemko people from their villages and native land in South-Eastern Poland to the western parts of Pomerania, adopted the following resolution:

A majority of our Lemko people in Poland have taken advantage of the Polish-Soviet agreement of September 9, 1944, regarding voluntary exchange of population, and emigrated to the Soviet Ukraine. But about 35% of the Lemkos remained in Poland, mostly for sentimental reasons, as they were deeply attached to the land of their forefathers. We, American Lemkos, sincerely expected that in new Poland our brothers and sisters would enjoy freedom and equality in accordance with the principles of new people’s democracy and Slav brotherhood, governing the post-war relations among the Slav countries of Europe. It is most regrettable that criminal Ukrainian Fascist bands, ejected from Eastern Galicia, have chosen that mountainous Carpathian region for their last hiding place and were able for two years to continue their marauding existence, inflicting terrible sufferings on peaceful population of Lemkovschina. Those Fascist bands committed many criminal acts, most despicable of which was the cowardly murder of a great Slav leader and antifascist fighter, the General Karol Swierczewski. Now the Polish authorities in order to clean that region from Ukrainian and other Fascist bandits began a forcible removal of the entire Lemko population to the western parts of Poland, implying that this population was helping the Ukrainian Fascist bands in their criminal activities.

For two years we are receiving letters from our relatives who remained in Poland and we bear testimony to the fact that while in some villages there were insignificant groups which cooperated with those Fascist criminals, a great majority of our Lemko people in Poland were innocent victims of a tragic situation over which they had no control. Ordered by the Polish authorities to surrender all arms, they could not by themselves take any action to protect their homes and life against incursions by the Fascist bands. And the Polish authorities did not even try to organize among the local Lemko population a people’s militia for selfdefense.

Under these conditions it would be cruel to blame the whole Lemko population in Poland for criminal acts perpetuated by roving Fascist bands from neighbour countries, and on this account order a wholesale removal of the Lemko people from their native land. We hope that the present forcible expulsion of the Lemko people from their land in the Carpathian Mountains is meant only as a temporary and purely tactical measure to open a way for a quick and complete extermination of the Ukrainian Fascist bands operating in that part of Poland, and that after this task is completed the Lemko people will be allowed to return to their native land and be recompensed for material losses suffered during removal.

As Secretary of the Lemko Association, I ask your Excellency to bring this resolution to the attention of the Polish Government.

Respectfully yours

Yaroslav Koban

Secretary General of the Lemko Association of U. S. and Canada.


Польский амбасадор Юзеф Виньевич дал слідуючий отвіт:


AMBASSADOR OF POLAND
WASHINGTON

June 28, 1947

Mr. Yaroslav Koban,

Secretary General
Lemko Association
of U. S. and Canada
556 Yonkers Ave
Yonkers 4, N. Y.

Dear Sir:

I acknowledge the receipt of your letter of June 26th dealing with the problem of the Lemko people in Poland. In accordance with your kind request, I shall bring your resolution to the attention of the Polish Government.

In the meantime, I assure you that there is no intention on the part of the Polish authorities to impose any hardships on the transferred population. In the process of resettling our new Western territories, we also have to move Polish families there. It is a rule that, when transferred, they receive better farms with better buildings and good soil.

The activities of Ukrainian Fascist bands had forced us to take very drastic measures in order to prevent bloodshed. I am very glad you do understand this position. It is the intention of the Polish Government to bring to Poland normal and peaceful conditions as soon as possible, from which the whole population would benefit. I can assure you that those among you Lemko people who are peaceful and cooperative will also be able to enjoy these benefits.

Sincerely yours,

Jozef Winiewicz
Ambassador of Poland.


В отвіті польского амбасадора сказано, што переселенцы получают на новых містах, в западных районах Польшы, лучшы фармы и лучшы домы, як они мали дома перед переселением. В “Карпатской Руси” было объявлено много писем, полученных нашыми лемками в Америкі от их близкых родные, переселенных из Лемковщины на запад, но ни в одном письмі не упоминалось, што переселенец получил лучшу фарму, або лучшы будинкы, як мал дома. Так єсли польске правительство в Варшаві дало подобны инструкции польскым урядам, котры занимаются переселением, то місцевы польскы власти забыли совсім о тых инструкциях при переселении 60,000 лемков из Лемковщины на отзысканны от Германии польскы земли. Лемкы были выгнаны из добрых будинков и забраны с земли, котру они обробили и засіяли, но послі переселения они получили розбиты домы без окон, дверей, пецов и без домашной утвари. Многы из них были посланы на роботу в державных фольварках, и ниякой земли для свого власного господарства не получили. А тым, котры получили свои господарства, была приділена пуста, незасіянна земля. Лемковскы родины с малыми дітми и немощными стариками были оставлены без всякой опікы со стороны місцевых польскых властей.

Так само невірно, што польскы власти приміняли к лемкам тоты самы нормы, што и к полякам. Польский амбасадор говорит, што польскы фамелии были переселены наровні с лемками на отзысканны от Германии земли. Но всі писма от нашых переселенцев говорят што на Лемковщині місцевы польскы власти выганяли лем греко-католиков и православных, а поляков и мішаны польско-русскы родины не рушали с місця.


ДЕЛЕГАТ ЛЕМКО-СОЮЗА НА МЕЖДУНАРОДНОМ
ФЕСТИВАЛІ ДЕМОКРАТИЧНОЙ МОЛОДЕЖИ В ПРАГІ

В літі 1947 г. в столиці Чехословакии в місті Прагі отбылся грандиозный съізд демократичной молодежи с цілого світа — Международный фестиваль демократичной молодежи.

Фестиваль в Прагі продолжался цілый місяц — от 21 июля до 17 августа. В нем участвовало понад 17,000 человік, котры представляли молодежь 67 краин світа.

AnnaChacho
Делегатка Л. С. на Международный Фестиваль Демократичной Молодежи в Прагі Анна И. Чачо, (фото-снимок сділаный в Прагі, в августі 1947 г.).

Правление Лемко-Союза постановило послати представителя нашого молодого поколіния в Амерцкі на тот великий съізд демократичной молодежи в Прагі. Делегатом от Л. С. была выбрана 20-рочна студентка Барнардского (женского) калледжа при Колумбийском университеті Анна Ивановна Чачо, редакторка английской страницы в газеті “Карпатска Русь”. Выбор был дуже удачный. Анна Чачо, не взираючи на єй молоды рокы, интересуєся живо положением нашого народа в Америкі и в старом краю, знає добре язык свого народа и ориентуєся правильно в теперішной світовой политикі. Родиче Анны Чачо лемковского роду: няньо, Иван Чачо, родился в Карнеги, Па., в родині емигранта из Высовы, пов. Горлицы, Александра Чачо, а мати — из Пряшевщины. Родиче, просты робочы, працуют тяжко на утриманье многочисленной фамелии (десятеро дітей). В минувшу депрессию родичам приходилось дост тяжко, и Анна Чачо, як найстарша дочка в родині, розуміє добре проблемы роботных людей в Америкі и их борьбу за лучшы условия житья и за права робочого класса в капиталистичном світі.


SummerCamp
Группа дівчат в літном лагері для дітей в Чабині, на Пряшевщині.

AnnaAndFriend
Анна Чачо с подругом Євом Фейешовом в Кошицах перед Памятником бойцам Совітской Армии, павшым в борьбі за освобождение Чехословакии.

AnnaObrucne
Анна Чачо в кругу родственников по матери в селі Обручне, на Пряшевщині.

AnnaCousin
Анна Чачо с двоюродным братом Василием Колдуном из Русской Воли, учеником русской гимназии в Пряшеві. (Фотография снята на дорогі из Обручного до Русской Воли)

AnnaTeacher
Анна Чачо с учителем А. Єдинаком в Габурі, окр. Межелаборцы, на Пряшевщині.

Выіхавши на Фестиваль молодежи, Анна Чачо пробыла в Европі три місяцы. Она посітила ріжны місцевости в Чехословакии, особенно на Пряшевщині, и цілый ряд европейскых краин — Францию, Германию, Австрию, Швейцарию, Данию, Швецию, Бельгию, Голландию и Англию. Из той подорожы она присылала интересны корреспонденции в газету “Карпатска Русь”. Анна Чачо встрічала ріжных людей, старалась всьо видіти и точно описати, и тому єй корреспонденции из Европы дуже полюбились всім читателям “Карпатской Руси”.

Редакция “К. Р.” получила много писем, в котрых читатели выражали признательность делегаткі Анні Чачо за єй корреспонденции с подорожы по Европі. Для приміра, приводиме тут несколько из тых писем.


* * *

Мария Костик, из Гарфильд, Н. Дж., писала:

“Дорога товаришка Анна Чачо, засылаю ти сердечный привіт, и хочу подякувати за тоты дописи, котры ты нам посылала, с твойой подорожы по Европі. Я ани сама не знам, як ти тото описати, бо ниодин человік не може свое сердечне чувство ани словами вполні выразити, ани на папері описати. Я барз любила читати тоты твои дописи в нашой газеті, и все єм мала на мысли, же як вернешься до Америкы, то подякую лично тобі и так само пожелаю як найліпшого успіха и всього добра в твойом житью.”


* * *

Михаил Павляк, из Нью Бритейн, Конн., писал:

“Дорогая и глубокоуважаемая товаришка Анна Чачо, сердечно я вас благодарю за ваш труд, охоту до познания правды, смілость и бодрость, што вы так красно, мило и любо описали в нашой газеті “Карпатска Русь” свою подорож на Фестиваль демократичной молодежы в Прагі. Слава вам! Слава и вашым родичам!

Читал я за цілый час с великом увагом вашы дописи, бо вы были по тых городах и селах, по котрых и я вандрувал ище молодым хлопцем. В Прагі вы были с моим фамелиянтом д-ром Григорием Карлом из села Лосье, пов. Горлицы, так то мене дуже обрадовало, бо из ватой дописи я узнал, где он жиє. Желаю вам счастья, здоровья и доброго успіха на всю жизнь.


* * *

А. С. Наумик, из Филадельфии, Пенн., писал:

“Поздравления, наилучшие пожелания и благодарность Анне Чачо за ее труды “Письма с подорожи по Европе”, которые с большим интересом читались всеми читателями “Карпатской Руси” в Филадельфии.

Пожелаем Анне на будущий 1948 год побывать в стране работчих, чтобы мы могли читать ее письма из жизни рабочих и крестьян в Советском Союзе.”


* * *

Василий Чепа, из Гамильтон, Онт. Канада, писал:

Уважаема гражданка Анна Чачо, вашу подорож на Международный Фестиваль демократичной молодежи в Прагі, а также объізд Пряшевщины и других стран Европы, ваши встрічи с карпаторусскими и другими культурными и политическими діятелями вы описали прекрасно. Принимаючи во внимание ваш молодый вік, вы исполнили порученну вам роботу отлично. Вірю, што мое мніние поддержит на 100% каждый, кто читал ваши дописи. Мы гордимся вами, як и Лемко-Союзом, што воспитал, вас в любви к карпаторусскому народу и вообще к славянству. Так позвольте мні выразити вам искренну благодарность за ваш труд. Желаю вам найлучшого успіха в продолжении ваших наук, и надіюся, што ваша любовь к родному народу и к славянству никогда не угасне.”

Теодор Кохан, из Сейнт Бонифас, Ман., Канада, писал:

“Дорогая Мисс Чачо, я дуже интересовался Вашими дописями в “К. Р.” из Вашой подорожи на слет молодежи в Прагі, а ище больше интересовался тым, што Вы так удачно ориентовались в проблемах, с якыми приходилось Вам встрічатися в Европі, особенно же в проблемах нашого народа на Пряшевщині и Лемковщині.

Єсли Лемко-Союз єсть инициатором Вашого выбора на тот слет, то дни направду знали, кого выбрати.

Єсли Вам интересно знати, кто Вам пише, то я походжу из села Флоринка, повіт Грибов, Лемковина. До Америкы я приіхал в 1894 году, служил при американской армии 6 літ — 3 года подчас американско-испанской войны 1898 г. и на Филиппинах (1899-1901), а 3 года в офисі для набора рекрутов в Филадельфии, Пенн., писарем и сержантом. Прздравляю Вас сердечно.”

О самом Фестивалі молодежи в Прагі Анна Чачо написала коротку информацийну статью, котру приводиме ниже.


* * *

На Фестивалі демократичной молодежи в Прагі

PragFest
Вход до будинку Выставкы Світово и Федерации дем. молодежи на Фестивалі в Прагі.

“Новый наізд молодежи всіх континентов на Прагу — мы сердечно привітствуєме! Многы из вас напевно знают, што я сам маю немало добрых знакомых и друзей меже молодыми людьми в гдеякых краинах. Я люблю побесідувати с вами, молоды люде, люблю вести дискуссии с вами и почути вашы суждения — даколи дуже мудры замічания, без огляду на то, ци я соглашаюсь с тым, ци не соглашаюсь.

“Прага, сдаєся, грає немаловажну ролю в вашом воображении, и вы показуєте, што сте задоволены приіздом в Прагу. Я дякую вам за добры слова.

”А теперь вы покажте нам старшым, старым и найстаршым, што то можна найти взаимне порозуміние во многых вопросах, не отказуючись от своих честных принципов. Всі вы без вынятку являєтесь гражданами такых краин, в котрых огромне большинство народа хоче мира и заслугує на мир. Я не вірю, што войны все ище представляют историчну неизбіжность. Ци атомна война должна быти неизбіжном? Никто не може переконати мене в том — вірю, што и вас, молоды люде, никто не переконав в том.

“Так подумайте, порадтеся разом, а потом дайте свою раду нам старшым. Я довіряю вам и «люблю вас. И желаю, штобы вы провели приятно свой час в нашой крайні.”

Так, в немногых сердечных и ободряючых словах, привитал Ян Масарик, чехословацкий министр заграничных діл, делегатов Світовой Федерации демократичной молодежи на Международном Фестивалі Молодежи, який отбывался в Прагі от 21 июля до 17 августа 1947. Його тепле привітствие было звернене к многым молодым представителям робочых, культурных и спортивных организаций — к тысячам молодых людей с цілого світа, котры приіхали на великий Фестиваль Молодежи, штобы выявити свою объєдиненну волю за мир, єдинство и демократию, а также за лучшы условия жизни для всіх народов. 67 краин світа было представлено на Фестивалі в Прагі. Состав заграничных гостей мінялся постоянно, бо одны приізжали, другы уізжали, но каждого тыждня за тоты 4 тыждни Фестиваля в Прагі было поверх 5,000 посетителей.

Участникы Фестиваля явились якбы амбасадорами молодежи, амбасадорами мира. И славянска Прага принимала всіх радушно, гостеприимно. Делегаты из ріжных краин чувствовали себе в Прагі членами одной великой родины.

Цілый місяц большинство тых молодых людей было занято от 9 год. рано до 12 ночы. Час был выполненый ріжными занятиями: происходили спортивны и танечны змаганья, шахматны турниры, митингы, лекции, конференции, дискуссийны собрания, концерты, устроювались, демонстрации фильмов, вечерны костры под открытым небом и товаришескы забавы. Делегации отдільных краин давали представления, концерты, устроювали выставкы, штобы показати культурны достижения своих народов. Каждый день выступала инша делегация. Американска делегация выступила с программом, в котрой принимали участие білы и негры. То был концерт, в котрый вошла классична музыка, негритянскы співы, пастушескы баллады западных прерий и американский “джес”.

Совітский Союз прислал численну делегацию в составі многых лучшых артистов, котры дали ряд концертов и показали славный русский балет. Совітскы выступления были дуже популярны, и их треба было несколько раз повтаряти, штобы дати всім посітителям можность видіти их.

10 августа группа 75 нашых молодых школяров из Пряшевщины, в народных костюмах, выступила с интересном программом карпаторусскых співов и танцев. Они мали громадный успіх на Фестивалі. Потом они дали ряд концертов в ріжных містах Чехословакии, и всюда публика принимала их с великым ентузиазмом. В самом ділі, нашы молоды лемкы с Пряшевщины пописалися дуже добри на Фестивалі в Прагі.

На дискуссийных собраниях и конференциях послі обсуждения данного вопроса, делегаты принимали резолюции. Напримір, одна из резолюций, принятых на Фестивалі, относилась до теперішного положения в Греции. Доклад о Греции дал один из делегатов греческой молодечой организации ЕПОН. В принятой резолюции были різко напятнованы гонения на демократичну молодежь в Греции, особенно на организацию ЕПОН. Тота резолюция была послана организации Объєдиненных Наций, а также дотычным правительствам. Американска делегация переслала также от себе телеграмму в организацию ОН и Президенту Труману с требованием прекращения гонений на упомянуту демократичну молодечу организацию в Греции.

Велике значение мала также выставка, проготовлена Світовом Федерациом демократичной молодежи. В той выставкі участвовало 30 краин. Они привезли на выставку такий материал, який мог найлучше в конкретной формі показати житье тых краин.

В американской секции выставки посетитель виділ ряд рисунков школьных дітей. Тема тых рисунков взята переважно из Библий. Так само были показаны фотографии великых американских міст, місточок и фарм.

Совітска секция выставкы была надзвычай богата и ріжнородна. Там так само вы виділи рисункы школьных дітей. Из тых рисунков можна было познати взгляды совітскых дітей и их таланты. Греческа молодежь показала правдиве лице теперішного режима в Греции, где прогрессивных молодых людей преслідуют, мучат и убивают.

Устроювались также встрічы делегатов ріжных краин, штобы дати можность делегатам одной краины ознакомитесь ближе с положением молодежи в другых краинах. Така встріча была устроєна меже американском и советском делегациями.

Много делегатов голосилось на роботы по отбудові знищенных войном районов и по уборкі урожая в Чехословакии, Болгарии, Югославии, Италии, Польші. Много американскых делегатов мало охоту іхати на роботу при будові молодечной желізной дорогы в Югославии, но американске правительство заборонило им посітити Югославию.

На Фестивалі выдавались єжедневно бюллетени, в котрых объявлялась программа на каждый день, поміщались тексты ріжных бесід и резолюций и давалась коротка информация о роботі отдільных делегаций за минувший дець. Так само выходила єжедневна газета “Фестиваль”, яка печаталась на 4 официальных языках фестиваля: чешском, английском, французском и русском.

На Фестивалі в Прагі представители 67 краин, говорившы от имени перешло 45 миллионов особ демократичной молодежи, показали на ділі, што то можна жити и працувати разом. И никто не в силі знищити тоты дружественны связи, якы молодежь ріжных краин установила меже собом на Международном Фестивалі в Прагі.


ХІІІ ГОЛОВНЫЙ С’ІЗД ЛЕМКО-СОЮЗА

Adamiak
ИВАН АДАМЯК
Головный Предсідатель Л.С.

На 6-ом головном съізді Л. С. в місяці сентябрі 1937 г. в Нью Иоркі было рішено, што слідуючий головный съізд организации должен отбытися в місяці октябрі 1938 г. в Карпаторусском Американском Центрі в Юнкерс, Н. И., “єсли наша Народна Будова буде закончена до того часу”. Наша Народна Будова в том року не была цілком закончена в середині, но была прикрыта дахом, так што 7-ый головный съізд мог отбытися уж в Карпаторусском Американском Центрі в Юнкерс в назначенном часі. Засідания отбывалися в нижнбй бочной галі, где ныні поміщаєся типография и редакция “Карпатской Руси”. На том же 7-ом головном съізді был законченый контест на Карпаторусску Газдыню, и по тому случаю в нашой новой Народной Будові была устроєна велика народна забава.

Послі того цілый ряд літ головны съізды Лемко-Союза отбывалися в нашой Народной Будові в Юнкерс. Делегаты трималися того правила, што раз маме свой народный центр, то ніт смысла скликувати съізды Л. С. в другых місцевостях, где организация мусіла бы нанимати чужы гали на засідания и предприятия. Так от 1938 до 1945 г. всі головны съізды Л. С. отбывалися в Юнкерс, в К. Р. Ам. Центрі.

AnnaKononchuk
АННА КОНОНЧУК
Головна Містопредс. Л. С.

Но на 12-ом головном съізді, в декабрі 1945 г., делегаты кливландекых отділов Л. С. объявили, што лемкы в Кливланд, Огайо, так само мают свою Народну Будову. Они купили прекрасный будинок с великом гальом на народны предприятия. Так было рішено делегатами 12-го съізда устроити слідуючий головный съізд Лемко-Союза в Лемковском Народном Домі в г. Кливланді в 1947 году. Згодно с тым рішением Правление Л. С. созвало ХІІІ Головный Съізд до Кливланду.

На съізді присутствовали 47 делегатов от отділов и округов и 15 членов Ц. К. — разом 62 представители с рішаючым голосом. Робота съізда была выполнена в двох днях — 30 и 31 августа.

Наибольше увагы и часу делегаты того съізда посвятили трьом справам: 1) справі газеты, 2) справі покупки фармы для Л. С. и 3) справі старого краю.

TimFetsitsa
ТИМОФЕЙ ФЕЦИЦА
Генеральный Секретарь Л. С.

Менажер и редактор в своих докладах сказали, што газета “Карпатска Русь” має ныні больше подписчиков, як коли-нибудь перше за всі рокы существования Лемко-Союза. Но читатели домагаются, што бы газета выходила частійше: єсли не три разы на тыждень, то хоц два разы. Делегаты в один голос подтвердили то, што наш народ всюду любит газету и єсть, готовый платити больше за ню, но хоче, штобы газета выходила хоц два разы на тыждень. В дискуссии над том справом было выяснено, што головна трудность с частійшым выходом газеты єсть в редакторах. Послі выізда Д. Вислоцкого в старый край, в редакции “Карпатской Руси” працує лем один редактор. Штобы выдавати газету два разы на тыждень, треба мати непреміно в редакции двох отповідных людей, котры могли бы розділити роботу меже собом и выполнити єй. Но найти другого отповідного редактора, котрый мог бы самостоятельно выполнити призначенну му часть роботы, в данный момент дост трудно.

Grabsky
АНДРЕЙ ГРАБСКИЙ
Рекордовый Секретарь Л. С.

Послі всестороннього обсуждения справы съізд поручил новому Центральному Комитету Л. С. сділати всьо можливе, штобы до 6 місяцев найти ище одного подходящого редактора и пустити газету два разы на тыждень.

Глубокий интерес у делегатов возбудила, справа фармы. Делегаты передавали от своих отділов, што наш народ в Америкі хоче мати свою народну фарму, на котрой можна бы было провести в кругу знакомых и краянов вакации, на котру можна бы было послати дітей на літны вакацийны місяцы, и на котрой член организации на стары рокы, коли останеся без фамелии, мог бы доживати свою старость. Делегаты говорили, што меже нашым народом єсть много старшых людей, котры охотно дадут на фарму свой сбережения и запишут свою ассекурацию, єсли лем така народна фарма буде под добрым, честным зарядом.

Emil Betley
ЕМИЛЬ БЕТЛЕЙ
Головный Кассир Л. С.

В справі фармы делегаты ХІІІ Головной Конвенции рішили, што народну фарму треба купити, и што така фарма должна быти записана на Лемко-Союз. На съізді были два предложения: 1) штобы выбрати чартер на нову организацию, як, напримір, мы маме Карпаторусский Американский Центр в Юнкерс, Н. И., и штобы тота нова организация владіла и управляла народном фармом; 2) штобы не закладати нову организацию, лем записати новокупленну фарму на Лемко-Союз, котрий буде ней владіти и управляти.

Делегаты великым большинством голосов одобрили 2-е предложение — штобы фарма належала до Лемко-Союза, бо наш народ має уж довірие до той организации, и уряд Л. С. може скорше собрати фонды на фарму и потом може лучше надзерати над роботом менажеров такой фармы, як нова организация.

SememPysch
Д-Р СЕМЕН ПЫЖ
редактор газеты “Карпатска Русь”
официального органа Л. С.

Для покупкы фармы была выбрана на съізді специальна комиссия, котра має найти подходящу фарму и в порозумінии с правлением Лемко-Союза купити єй. Тота комиссия в порозумінии с правлением выробит правила финансования и заряду такой фармы, а потом призве всю нашу емиграцию присылати жертвы и пожичкы на фарму. Розумієся, всі пожичкы будут гарантованы не лем самом фармом, но и всім маєтком Л. С.

Найширша дискуссия на съізді розвернулась над судьбом нашого народа в старом краю, особенно на Лемковщині. Коллективне мніние делегатов съізда было выражено найлучше в двох резолюциях, принятых єдинодушно делегатами: 1) в резолюции о лемковскых переселенцах в Совітском Союзі и 2) в резолюции о лемках в Польші.


Нашы переселенцы в Совітском Союзі

Большинство нашого народа, який жил на Лемковщині, находится ныні в Совітском Союзі. В 1945 и 1946 роках свыше 70% всего населения галицкой Лемковщины записались добровольно на переселение в свою национальну державу, к свойому народу, и были перевезены совітскыми властями на восток и росселены в ріжных областях Совітской Украины. Житья переселенцев на початках єсть всегда трудне. Так и нашы родны братья, лемкы-переселенцы из галицкой Лемковщины, на початках встрітились с многыми трудностями на Совітской Украині, котра была страшно опустошена німецкыми оккупантами в минувшу войну. Их трудности увеличились ище вслідствие великой засухы, яка навістила весь Совітский Союз в 1946 року. Многы из нашых переселенцев тратили духа и писали нам, што воліли бы вернутися назад в свой родный край, в горы Карпаты, як жити в Совітском Союзі.

Но даже из тых жалостливых писем, якы мы получали от нашых переселенцев из Совітского Союза за послідны два рокы, мы могли узнати, што в Совітском Союзі, нашы лемкы получили ровны права с остальными совітскыми гражданами, што діти переселенцев мают широкий доступ до всіх школ, и што совітскы власти оказуют всяку можливу помоч переселенцам. Так мы были певны, што житья нашых переселенцев в Совітском Союзі поправится скоро, и они будут Задоволенні, што переселились до свойой национальной державы.

Тот час уж наступил. Сего літа Совітский Союз собрал найбогатший урожай в истории России. И теперь тон писем нашых переселенцев в Совітском Союзі мінятся. Одна родина, котра ище рок тому писала родным в Америку, што в Совітском Союзі не можна нияк жити, теперь пише, што лем одной пшеницы они получили в колхозі 20 метров, и будут продавати пшеницу и друге зерно, бо сами спожити того не можут.

На початках сего року было переведене частичне переселение также нашых людей из Пряшевшины до Совітского Союза. Они были розміщены переважно в бывшых чешскых колониях на Волыни.

Мы делегаты ХІІІ Гол. Съізда Л. С. шлеме братский привіт нашым переселенцам из гал. Лемковщины и Пряшевщины в Совітском Союзі. Мы все были певны, што в свойой национальной державі, в великом Совітском Союзі, им буде лучше, як было дома под чужым владычеством. Мы радуємеся тому, што теперь и они сами начинают празнавати, што то правда.

Дорогы братья, переселенцы в Совітском Союзі, будьте певны, што вы поступили найлучше, коли вы рішили переселитися до Совітского Союза. Вы находитеся теперь в свойой державі, котра цінит найвыше труд и науку, и окружат опіком каждого, кто трудится честно для свого добра, для добра своих дітей и всего народа. Тота держава дає также помоч каждому, кто хоче учитися и розвити свои таланты. Так працуйте честно по своим найлучшым силам на той роботі яку каждый має. Тым вы отвдячитеся всему совітскому народу, котрый принял вас в найтруднійший час, як своих братов, и сділал вас гражданами великой прогрессивной краины, в котрой вашы діти мают перед собом такы широкы возможности до счастливого житья, якых нигде инде не могли мати. Мы в Америкі будеме радуватися, коли почуєме, што нашы краяне-лемкы в Советском Союзі выбиваются вперед меже передовых ударников на свойой роботі и получают признательность со стороны другых народов великой Совітской державы. Не бануйте за тым, што вы лишили, бо вы и вашы діти зыскали без поровнания больше, як вы лишили дома.


Лемкы в Польші

Послі завершения добровольной выміны населения меже Совітскым Союзом и Польшом, в преділах Польской державы осталось около 60,000 лемков. Они остались на свойой прадідной землі — в предгорьях Карпат от рік Сяна до Попрада. Часть из них не переселилась в свою национальну державу — Украинску республику Совітского Союза, по политичным мотивам. Но огромне большинство тых оставшыхся не записались на переселение просто из природного чувства привязанности к родимым сторонам, к землі своих отцов. А так як в соглашении, по ділу переселения, заключенном меже Правительством Совітского Союза и Правительством Польской Республикы, говорилось ясно, што переселение переводится на началах добровольности, в духі братской дружбы меже славянскыми народами, то и тоты лемкы, што остались на свойой родной землі, мали полне основание надіятися на то, што в новой народной Польші им будут обеспечены всі гражданскы права народні с польскым народом и во всяком случаю лучшы условия культурного розвития, як наш народ мал в панской Польші перед войном, или при старом австро-венгерском режимі.

Но случилось то, чого никто не сподівался от новой народной Польшы, освобожденной объєдиненными усилиями и жертвами всіх славянскых народов, а в первой мірі геройством и жертвами великого русского народа. Цілы два рокы послі привернения польской власти на Лемковині наш народ там на свойой родной землі были выставленый на люты гонения, насильства и издівательства со стороны місцевих польскых общественных организаций. Не тилько свобода культурного розвития, но и просты граждански права были отняты нашому народу. На каждом кроку тым оставшымся в Польші лемкам місцевы польскы власти давали почувствовати, што лем по причині свойой национальности и религии лемко в Польші не може мати ниякых прав и ниякой охороны со стороны польскых властей. На довершение той 2-рочной политикы издівательства польскы власти перевели поздном весном сего 1947 року поголовне насильственне выселение всіх лемков из их родных сідиб в Карпатах в западны районы Польской державы. Перед жнивами, коли селяне высіяли зерно и посадили ярину, в наши села приходили польскы войска и выдавали приказ всім жителям до двох годин забратися из своих хат и господарств. Выгнанных так людей перевозили под войсковым конвойом на запад и розділювали по пару фамелий меже польским населением, поселяючи их на пустых незасіянных землях и в розбитых, доныні неотремонтованных будинках.

Так протягом двох місяцев, мая и июня 1947 р., были насильственно вывезены всі лемки, до 60,000 человік. Тото выселение носило ярко подчеркнутый характер национального преслідования. Поляк или римо-католик, єсли який был в лемковском селі, оставался на місци. И мішаны фамелии, где муж или жена были полякы, так само оставались на свойом місци.

Мы делегаты ХІІІ головного съізда Лемко-Союза в США с чувством глубокого жалю и розочарования мусиме подняти голос протеста против такого нелюдского притіснения цілого нашого народа в новой Польші. Лемко-Союз, його отділы и члены принимали и принимают саме активне участие в роботах Американского Славянского Конгресса и все стояли за дружбу, братство и єдинство славянских народов, но теперь мы видиме, што тоты высокы идеи воєнных и послівоєнных славянских конгрессов в Европі и Америкі попираются грубо в освобожденной Польші, в єй политикі по отношению к малой горсткі лемков, якы остались в преділах Польшы.

Може дакто скаже, што лемкы то дуже мала и слаба народна славянска группа, из-за котрой не стоит робити шуму и критиковати политику великой славянской державы, яком является Польша. Но славянске братство найбольше потребно для защиты найслабшых членов славянской родины, и на отношении к найслабшым славянскым народам провірятся искренность новой славянской подитикы. Польскы представители в Америкі говорят нам открыто, што нова Польша хоче очистити свою территорию от всіх национальных меньшинств, включаючи в то и славян непольской народности, и тому приняла такы суровы міры по отношению к лемкам. Но така политика приведе к изоляции и вражді, а не к дружбі славянскых народов.


* * *

Мы апеллюєме к польскому правительству и всему польскому народу, штобы тоты насильства над нашым народом были припинены, и штобы выселенным насильно лемкам было дозволено вернутися на свою родну землю с вознаграждением из державных фондов всіх страт, причиненных им тым выселением. Єсли же правительство Польской республикы не найде возможным признати ровноправия всім славянскым жителям на свойой территории без огляду на национальну и религийну принадлежность, мы просиме всім выселенным лемкам, котры теперь послі той новой трагедии изъявят желание переселитися до Совітского Союза — дозволити им выіхати из Польшы и облегчити им такий выізд.

Выступаючи в защиту тых нашых людей, котрым не можна доказати ниякой провины против новой народной демократии и славянства, мы в той самый час умываме рукы от тых лемков, одурманенных украинско-фашистском пррпагандом, котры помагали фашистам в поневолении свого народа и другых славянскых народов. Не тилько не береме в ѣащиту такых людей, но мы требуєме справедливого розбора діла каждого виновного и наказания всіх по заслугам.

Съізд так само постановил, штобы Лемко-Союз совмістно с Лемковскым Релифовым Комитетом и Карпаторусскым Обществом в Канаді старался послати делегацию до старого краю, головно в Польшу для интервенции перед польскым правительством по ділу нашых лемков в той краині, так страшно укривдженных примусовым выселением.

Съізд выбрал нове правление Л. С. в таком составі: Иван Адамян (Бруклин, Н. И.) — предсідатель, Анна Конончук (Колдейл, Пенн.) — містопредсідателька, Тимофей Фецица (Ионкерс Н. И.). — ген. секретарь, Андрей Грабский (Бристол, Конн.) — рекордовый секретарь и Емиль Бетлей (Нью Иорк, Н. И.) — кассир.

В Устав Л. С. была внесена поправка, што редактор газеты и менажер типографии не являются членами гол. правления, и не выбераются на съізді. Редакторов назначає Ц. К. Лемко-Союза, а менажера назначає головне правление.

Центральный Комитет числит 15 членов. В Ц.К. входят всі члены головного правления. Кромі них, в Ц.К. были выбраны: д-р Семен Пыж, Ярослав Кобан, Петро Костишак, Иван Руссинко, Михаил Логойда, Антон А. Цисляк, Василий Вархоляк, Петро Гузлей, Юстина Халопий и Захар Мерена. Так само были выбраны два замістители членов Ц.К., а именно: Георгий Млинар и Онуфрий Юнак.

В Контрольну Комиссию были выбраны: Теодор Порянда, Георгий Шуфлат и Григорий Кунцик.


ЗАГАЛЬНЫ ПРИМІЧАНИЯ

Собравши разом всі тоты факты, можна сміло сказати, што Лемко-Союз и в 1947 году выполнял успішно культурно-просвітительну роботу меже нашым народом, для якой был основдный 17 літ тому назад.

Число подписчиков газеты “Карпатской Руси” значительно возросло в 1947 году. А то служит найлучшым доказом, што газета любится широкым массам нашого народа. Календарь (альманах) Л. С. на 1947 розышолся полностью. Так само в типографии Л. С. в 1947 году была напечатана нова оргигинальна театральна штука в 3 актах “Делегат”, котра была первый раз поставлена на сцені 26 октября 1947 г. в Карпаторусском Ам. Центрі в Юнкерс.

Но число членов в Л. С. не возросло в 1947 году. То єсть головный недостаток не лем в роботі Л. С., но и взагалі в народной жизни старой лемковской емиграции в Америкі. Нашы лемкы як в старом краю, так и в емиграции, знали и цінили лем одну организацию, до котрой вступали массово, и без котрой не могли обыйтися — а то церковь. Из всіх народностей в Америкі лемкы наставили найбольше церквей. Но своих народных организаций, культурно-просвітительных и политичных, лемкы не мали ци в старом краю ни тут в Америкі. Масса нашого народа трималася того взгляда, што такы организации не потребны, што без них можна офыйтися. И нашы лемкы обходилися и обходятся без своих народных организаций. Число лемковскых емигрантов в США доходило в минувшы рокы до 200,000 человік, но в Л. С., первой лемковской народной организации в Америкі, не стояло николи больше, як 2,000 членов, т. е. 1% нашой емиграции.

Сегодня мы всі болієме над трагичном судьбом свого родного краю и своих старокрайовых братов и сестер, котры были выселены примусово из своих сел, и потратили притом свои господарства и цілый доробок. Но головна причина той трагедии нашого народа лежит в том, што лемкы не были организованы як народ для обороны свого родного краю и своих народных интересов. Польскы власти не числились совсім с тыми лемками, якы остались в Польші, бо польскы лидеры знали, што тот народ неорганизованый, што он без свойой народной программы и не може объєдиненно выступити с протестом против чинимой йому кривды.

Мы должны всі уяснити собі, што ныні судьбу народов рішают иншы силы, як 50 літ тому назад. До Первой світовой войны Европа была ище монархистична — управлялась царями, императорами, королями. Король мог передати другому королю территорию с народом, не интересуючись дуже тым, яке єсть желание самого народа. Русский царь мог забрати половину Польшы, не звертаючи увагы на волю польского народа. Австрийский император мал под собом до 12 ріжных народностей. Так єсли бы Европа осталась при старых порядках, то послі Первой світовой войны наша Лемковщина могла быти присоєдинена к России без огляду на волю самих лемков. В тых часах народ мог обыйтися без свойой народной организации, бо його и так не пыталися, як он хоче устроити свою судьбу, и куда хоче принадлежати. Русский царь мог забрати Лемковщину так, як забрал половину Польшы, и мог присоєдинити єй к свойой империи. И в тых часах, єсли лемкы хотіли быт присоєдиненными к России, то осягнути то могли найскорше через православие, бо царска Россия опікувалася особенно православными народами. Царске правительство не старалось бы дуже тым, як провести границу меже поляками и лемками в случаю присоєдинения нашого краю к России, бо на всіх жителей оно смотріло як на подданных царя.

Но Перва світова война розбила старый монархичный порядок в Европі. Русска революция и американский президент Вильсон выдвинули на первый план принцип самоопреділения всіх народов, великых и малых, и тот принцип получил всеобще признание в международном праві. Так при том новом порядку, який настал послі Первой світовой войны в Европі, каждый народ должен был старатися сам о себе и добиватися своих прав.

Но штобы постояти самому за свои народны интересы в сношениях с другыми народами и в международной политикі, каждому народу треба было мати свои народны организации. Вот тут нашы лемкы як дома, так и заграницом, занедбали послі Первой світовой войны свою народну справу. Нашы лемкы продолжали жити по старому, як бы в Европі ничого не змінилося. Продолжали триматися свойой старой церковной политикы, будувати дальше церкви, ділитися на религиях. А к своим народным, политичным и культурно-просвітительным, организациям они относились с великым недовірием, як непотребным, а даже шкодливым новшествам. Дуже мітко выразил тото настроєние широкых масс лемковского народа один селянин из Грибовского повіта. Послі выселения нашого народа с Лемковщины, он с Дольной Силезии в писмі к брату в Америкі писал так: “Мы гев не знаме, длячого нас вывезли. Мы не робили ниякы партии, не бавилися в нияку политику, мы сиділи собі тихо.” Но именно то было зле в новой народной Европі. При старых порядках, при царях, такому народу, котрый “сиділ собі тихо”, могло быти и добре, но при новых народных порядках в Европі такий “тихосидящий”, неорганизованный народ выходил зле, бо другы народы зараз брали його под ногы и бродили по нем.

Нашы лемкы тоту религийну науку, якой наслухались от священников в церквах, або вычитали в Библии, переносили а в світску политику. Религийна наука оператся на идеі о “спасителі”. Люде грішили, а потом пришол спаситель, взял их гріхы на себе, дал себе замучити, и тым выкупил грішных людей. Лемкам сдавалося, што и в народном житью так буде. Приде даякий “старший брат”, або даякий мудрый, всевідущий лидер и вызволит Лемковщину, хоц лемкы не будут ничым старатися, лем будут сидіти собі тихо. А што меже собом не надіялись найти такого сильного лидера, то глядали його-на стороні. Перед русском революциом вся надія была на русского царя. Потом лемкы поділились, бо не было такого, видимого кандидата на “спасителя”, в котрого всі, або хотя большинство могло бы повірити. Часть лемков все ище вірила в Россию, но другы глядали иншых спасителей: вірили то в римского папу, то в самостійну Украину, то в Масарика, то в німца. А штобы приподабатися тым будущым спасителям, лемкы навет ганьбилися признати открыто свой лемковский характер, лем старалися быти такыми, як и тоты спасители, в котрых вірили. Гуцулы, то така народна групца в Карпатах с характеристичными своими власными рисами, як и лемкы. Гуцулов меньше, як лемков. Но гуцулы гордилися и гордятся своим гуцульскым народным строем, своими обычаями, танцами. В своих народных костюмах гуцульска молодежь выступат в Москві, Киеві. А нашы лемкы, ци то в Америкі, ци в краю, як створили даякий хор, танцорску группу, то зараз одівалися або в русскы, або в украинскы, або в даякы иншы костюмы, лем не в свои народны лемковскы. Одітися в свой народный строй нашы лемкы ганьбилися, бо говорили: “Ей, та так никто на світі не ходит”. Но и так не ходит никто на світі, як ходят гуцулы, но они не старались тым, лем шанували свое. В совітскых журналах можете встрітити часто фотографии хоров, танцорскых групп и просто отдільных особ в гуцульскых народных строях. Выходит так, што коли даяка народна группа шанує сама себе, то и другы єй шануют.

Меже лемками вы можете встрітити много и такых чудаков, котры ганьбятся даже свого родного языка. Приде такий чудак меже людей из свого родного села, то пробує говорити по великорусски, украински, словацки або по польски, бо йому здаєся, што його родна бесіда “некультурна”. Всі великы народы мают, кромі общого литературного языка, ріжны диалекты, говоры. Простий итальянец из Сицилии не порозуміє итальянца из Ломбардии. Подобно и у німцев єсть много ріжных диалектов. Но образованны німцы або итальянцы говорят в свойом кругу литературным языком. Але коли такий образованный німец або итальянец приіде до свого родного села, то с місцевыми краянами он охотно говорит своим родным диалектом. Тым он хоче подчеркнути, што його родна земля и його народ не горшы от другых німецкых ци там итальянскых земель.

Так видиме, што нашы лемкы не лем не создали своих народаных организаций для обороны свого родного краю и своих народных интересов, но и не дбали за свой род. Правда, тут одно связано с другым. Народный организаций у лемков не было, бо лемкы вірили в чужых спасителей, а собі самим не довіряли и не цінили себе. Духовно лемкы выселились о много скорше из свойой Лемковщины, чым были физично выселены оттуда поляками.

И єсли, лемкы хотят отзыскати свой родный край, то мусят очистити себе от своих народных гріхов, якы причинили тоту трагедию. Мусят триматися разом, объєдинитися в своих народных организациях и научитися цінити самих себе, свой род. Живый народ все може отзыскати то, што стратил. Полякы отзыскали свои западны земли по уплыві близко одной тысячкы літ, коли каждому сдавалось, што то страчене раз на все, бо страчены земли были заселены уж начисто німцами. Но полякы достали то назад, а німцев выгнали в стару Германию.




[BACK]