Свобода Карпатской Руси в славянской дружбі

Друга світова война — то, головно, война славянско-німецка, война славянских народов против дикого гитлеровского німецкого империализма, який поставил собі за ціль завоювание всіх славянских крайов, частичне вынищение славянского населения и поневоление остального, перетворение го в німецкых рабов. Што тота война головно славянско-німецка, — показуют жертвы славянских народов и німецкы страты, нанесены славянами, знищение головных сил німецкой воєнной машины на славянских землях, славянскыми войсками и партизанами.

Славяне побідили німцов и их фашистскых союзников, завдяки найбольшой и найсильнійшой славянской державі — Совітскому Союзу, завдяки найбольшому славянскому — русскому народу.

Славяне пережили найтяжшу и найстрашнійшу войну в свойой истории. Славянскы земли опустошены, их городы и села розвалены и спалены, десяткы миллионов безборонных людей вымордуваны німецкыми фашистами. Ци можливо, штобы тота война не змінила отношения меж славянскыми народами, штобы она не научила их жити в ліпшой згоді, як жили до войны. Но, то неможливо, штобы тота война ничому не научила славян. Бо то означало бы, што славяне не способны до житя, розвития и прогресса. Такыми представляли собі славян німцы. Но война показала иначе. Война доказала, што восточны славяне от минувшой до нынішной світовой войны зробили такий прогресс культурный, индустриальный и социальный, який не зробил в так коротком часі ни один народ в истории, и своими способностями, на всіх полях, от научного до воєнного, удивили цілый світ. Не може быти, штобы западны славяне — полякы, чехы, словакы, або южны славяне — сербы, хорваты, болгаре были меньше способны от восточных славян — русскых, украинцев, білоруссов. Они лем не мали такой школы за послідны десяткы літ, яку мали восточны славяне послі Великой Русской революции. Они лем были затровлены німецком “культуром”. Война очистила их от той німецкой “культуры”, усунула єй вплывы на мышление западных и южных славян, як усунула вплывы німецкой “культуры” на мышление восточных славян Русска революция.

Западны и южны славяне не переживали Народной социальной революции до войны, яку пережили восточны славянскы народы и яка змінила их житя до войны. Длятого тепер, разом с войном, западны и южны славяне переживают и социальну революцию, котра змінят их житя и отношения меж ними.

Война родила ціль у славянскых народов, якой они не мали до войны.

Выше мы вспомянули о німецкой ціли войны, котром было завоювание славянскых крайов и поневоление славянскых народов, як “низшой” расы.

Нападены німцами славянскы народы не мали ниякой общой ціли в той войні, лем каждый славянский народ мал свою ціль — як бы то сохранитися самому, як бы спасти свою свободу и житя. Чехам, словакам здавалося, што найскорше спасут своє житя, коли поддадутся німцам и будут выполняти всьо, што они им прикажут. Полякы вірили, што они такы великы и моцны, што зможут змірятися сами с німцами, побідити их и оборонити независимость свойой державы. Так учили польский народ його предвоєнны учители и политичны и воєнны руководители. Так учили югославов и болгар их учители и руководители. Война показала иначе. Война доказала славянам, малым славянскым народам, што они, каждый сам заслабый оборонити независимость свойой державы.

О России учили их, што она великан на глинных ногах, што Русска революция не лем не дала єй силы, но ище больше ослабила. И ту война показала иначе. Розгром німецкой воєнной машины Красном Армиом на русскых землях доказал малым славянскым народам, што они мают великого и сильного славянского брата, котрый освободит их от німецкого ярма и отплатит німцам за их злодіяния на славянскых землях.

Так што славянско-німецка война зродила и у славян славянску ціль. Ціль, штобы послі розгрома отвічного врага славянскых народов, німецкого милитаризма-империализма, остановити раз навсе німецкий наступ на славянскы земли т. з. “дранг нах остен” — на вічны часы. Штобы не допустити больше николи до пустошения славянскых земель німецкыми наіздниками, до вынищувания ними славянского населения, до такого несчастья и горя, якы пережили славяне в той послідной славянско-німецкой войні.

Ци славяне можут досягнути тоту свою ціль? Война показала, што можут. Єсли сами восточны славяне нашли у себе силы для розгрома головных сил німецкой воєнной машины, то объєдинены для обороны своих земель славяне створят таку силу, што німец не осмілится напасти на найменьший славянский народ.

Польскому, чешскому, словацкому, хорватскому, сербскому, болгарскому народам тепер аж стала ясном правда, што єсли бы они были объєдинены для свойой обороны до сей войны, то німцы ани не отважилися бы нападати на славянскы земли, а глядали бы згоды зо славянами, як ровны с ровными.

Так што война стала великом школом для малых славянскых народов, там на их родных землях. Што славяне скорыстали из той тяжкой школы, мы видиме по их новых руководителях, за якыми они идут в борьбі против німецкых наіздников, в устройстві свого нового национального, социального и политичного житя, и установлению отношений меж своими братскыми славянскыми народами.

Як жили славяне?

Кто жил в довоєнной Польші, тот знає, як жилося нашому народу в одной державі с поляками, выховаными национально польскыми панами. Полякы ненавиділи нас, мы ненавиділи поляков. В том, што у нашого народа не было в Польші прав на национальне житя, мы обвиняли всіх поляков, коли направду тому были виноваты лем учители и руководители польского народа и польскы правители. Наш народ так зненавиділ поляков, што нашы люде радувалися німецкому нападу на Польшу и єй знищению. Полякы радувалися нападу Гитлера на Чехословакию и помагали німцам розберати єй. Словакы так ненавиділи чехов, што коли німец напал на Чехословакию, то они витали німцов як своих освободителей и зрадили чехов. За што словакы ненавиділи чехов? Бо чехы не уважали их за ровных собі и на каждом місці показували им свою “высшость”, заперечували им права на самостоятельне национальне розвитие. Но найбольше кривдженым, понижаным и ошукованым народом в Чехословакии был народ наш. Найперше он был розділеный на дві части — Подкарпатску и Пряшевску Русь. Подкарпатска Русь была як бы чешска колония, в котру Прага посылала чешскых урядников и жандармов с “колониальными” плацами, як англичане в Индию або французы, голландцы, бельгийцы в свои колонии в Азии и Африкі. Урядник чех получал два и три раз большу плацу от такого самого урядника карпаторусской народности в Карпатской Руси. Наша школа, язык, народна культура были понижаны и осміваны тыми німецкыми чехами, якых наіхало десяткы тысяч в Подкарпатску Русь. Днеска признают то сами честны чехы и “обіцуют, што тото всьо поправится послі войны...” Нич дивного, што коли пришол тяжкий час на Чехословакию, она не нашла опоры в карпаторусском народі. А може зо словаками жилося ліпше нашому народу в Пряшевской Руси? Ніт. Чехы понижали словаков, а словакы ище больше понижали руснаков, так далеко, што ани не признавали их истнувания. Патер Глинка кричал, што всіх руснаков зо Словакии вывезе на єдном драбняку. Чисто русскы села словакы позаписували насильно словацкыми и насильно садили словацкы школы в русскых селах. Всьо то знаны факты из житя славян в Чехословацкой республикі.

Не ліпше жили балканскы славяне. Меж двома балканскыми славянскыми державами, Югославиом и Болгариом, не было згоды и взаимности, сербы и болгаре ненавиділися. В самой Югославии ненавиділися сербы, хорваты и словены, бо сербы уважалися державным народом, як, приміром, чехы в Чехословакии; а хорваты уважали себе за высший культурно народ, як западной и католицкой культуры люде.

И нич дивного, што тоты славянскы державы упали под первым ударом німцов. Они были подготовлены німецком политиком и німецком “культуром” до такого упадку.

Аж в німецком фашистском ярмі славяне прозріли и увиділи своє грішне житя до войны, за котре пришло им тяжко отпокутувати. Ци можливо, штобы славяне вернулися назад до того грішного житя? Ніт, неможливо, потому што они в німецком ярмі откинули тых своих старых учителей и руководителей, котры завели их до такого грішного житя, а пошли за честными народными руководителями, якы повели их до борьбы с німецкым наіздником.

Приміром такого руководителя, то руководитель южных славянскых народов — маршал Тито. Маршал Тито хорватской народности, но за ним идут всі балканскы народы, як своим вождем, так в борьбі с німецкыми наіздниками, як и в будові нового житя балканскых славян, в творению славянской дружбы и обеспеченой будучности южно-славянскых народов, на основі их ровности и национальной справедливости. Вколо маршала Тито группуются всі честны патриоты югославских народов, а вколо них народны массы.

Тот примір южных славян стал приміром для западных славян — поляков, чехов, словаков. За польскыми патриотами под руководством великой польской патриоткы и писателькы Ванды Василевской идут польскы народны массы. Польскы патриоты творят дружбу польского народа с восточными славянами и зо своими западными братьями чехами и словаками, на основі ровности и национальной справедливости. Они отказуются от польского панования над украинскым и білорусскым народом, отказуются от земель тых народов, бо они розуміют, што при таком панованию не може быти славянской дружбы, а без славянской дружбы Польша не може быти обеспечена пред новом німецком агрессиом.

Кто днеска твердит, што послі той войны повинны быти привернены стары польскы границы на востокі, тот не друг, а враг Польшы и польского народа. Найбольшыми врагами Польшы и польского народа польскы паны, тоты його бывшы учители и руководители, котры учили го ненавидіти своих славянских братов и допровадили Польшу и польский народ до того великого несчастья, яке он днеска переживат. Польскы паны нияк не можут погодитися с тым, штобы не панувати над білоруссами и украинцами, а тым самым над польскым народом, бо для того они паны. Таж и югославскы паны не признают славянску дружбу на Балканах, но признают єй народы, а тото має силу. Так само тото має силу, што признає польский народ, а не то, што польскы паны.

Так што с новым, народным польскым правительством, як и зо самым польскым народом у нашого народа в краю не буде тяжкых споров на национальных границах. Раз нове народне польске правительство признає ровность и национальну справедливость, то границы меж новом Польшом, Украином и Білоруссиом можут быти вытычены легко, ци то за помочом народного голосования, ци можут вытычити такы границы справедливы учены с одной и другой стороны.

Треба подчеркнути, што зо стороны нашого народа также повинны быти уступкы, як и зо стороны польского при установлению границ меж славянскыми державами, штобы нашы люде, происходящы зо западной части Карпатской Руси не были росчарованы. Знаме, што польскы села заходят далеко помеж русскы села на украинскых и білорусскых землях, а русскы села помеж польскы на польской землі. Так што ниякы мудрецы не можут повести таку границу меж тыми державами, штобы всі польскы села присоєдинити до Польшы, а всі украинскы и білорусскы до Украины и Білоруссии.

Приміром, вся западна часть галицкой Лемковщины положена в горах. Правда, што нашы лемковскы села лучатся зо собом через горы, но всі дорогы с гор ведут не на восток, а на сівер, в Польшу, в польскы окружны повітовы центры, в такы польскы міста, як Ясло, Горлицы, Новый Санч, Новый Торг, — и на юг, в Пряшевску Русь, но с бывшыми омадьярщеными, тепер ословачеными окружными центрами, як Бардиов, Прешов. За карпаторусскы мы можеме уважати лем такы окружны місточка-села, як Свидник, Стропков, Межелаборец.

Мы не можеме знати, як буде переведена политична граница в западной части Карпатской Руси меж Польшом, Чехословакиом и Совітскым Союзом, но віриме, што нашому народу буде предоставлено право самоопреділения. На каждый случай, тым нашым селам, котры останутся поза свои национальны границы, буде предоставлено право переселения в свою национальну державу — Совітский Союз. Тоты, котры останутся в Польші або Чехословакии, будут зровнаны во всіх правах с поляками и словаками. Такого, штобы русске село записували насильно польскым або словацкым и насильно накидували польску або словацку школу — больше не буде.

* * *

Наш народ в Карпатах не належит до западных славян, а до восточных. О том не спорят ни полякы, ни словакы. У нас самых єст лем наш домовый спор, ци мы “русскы”, ци “украинцы”. Тот спор рішиме мы сами. Мы думаме, што то совсім не на місці, штобы рішали тот наш домовый спор чехы, словакы, полякы. Приміром, чехы покликуются на Пражску академию в домовых спорах нашого народа. Но мы ище не слышали, штобы Русска або Украинска академия рішала такы споры меж чехами, мораванами и словаками. Русскы и украинцы оставляют такы домовы национальны споры самым чехам и словакам и они их сами рішают. И мы рішиме сами. В том єст тоже признание ровности меж славянскыми народами, што єст необходимым условием славянской дружбы и братства.

До сего часу нам здавалося, што найтруднійше буде нам будувати славянску дружбу и братство с польскым народом, так як панска Польша цілы столітия панувала над нашым народом и польска шляхта с польскым католицкым духовенством затровила польский народ и його интеллигенцию особливым польскым панскым фашизмом по отношению до його восточных славянскых братов — русскых, украинцев и білоруссов. Здавалося, што у польского народа в найтяжшы часы для него и всего славянства не найдеся такых розумных и честных руководителей, котры бы повели польский народ по славянской дорогі и працували для ровности, братства и дружбы славянскых народов. Но они нашлися такы польскы люде, правдивы польскы патриоты, што очищают польский народ от старого панского шляхецкого гною. Тоты польскы патриоты, в имени польского народа и новой народной Польшы отказуются от русскых земель, от насильного держания украинцев и білоруссов в польской державі, т. є. признают им ровность с поляками, бо признают право тым народам на свои национальны державы. Они порозуміли, што лем так мож збудувати дружбу меж польскым и його восточными братскыми народами, без котрой не може быти независимости и свободы для самого польского народа и його национальной державы. И мы переконаны, што не за польскыми панами и их “правительством” в Лондоні, а за тыми правдивыми патриотами пойде польский народ, и меж польскым, русскым, украинскым и білорусскым народами настане вічна дружба, котра обеспечит свободу всім им на вічны часы.

Чехословацке правительство на емиграции заключило договор и союз дружбы с Совітскым Союзом. Мала славянска держава с великом славянском державом. Не може быти ниякого сомніния, што огромне большинство чехов и словаков за таку дружбу будучой Чехословакии с Совітскым Союзом. За таку дружбу славянскых держав каждый щирый славянин.

Но як меж польскым и восточными славянскыми народами основом взаимной дружбы мусит быти ровность, так и меж чехами, словаками и их восточными славянскыми братьями основом их дружбы мусит быти ровность меж ними.

Народны польскы руководители порозуміли то, и всі они признали ровность нашому народу и право на объєдинение в свойой национальной державі. Єсли кто из поляков не признає такого права украинцам або білоруссам, то ясно, што он не признає ровности тых народов с польскым, а тым самым не хоче дружбы с ними, а хоче пановати над ними. Такых поляков народны польскы патриоты откидают, як империалистов. Польскы патриоты приняли за основу славянской дружбы национальну справедливость и ровность, як и их восточны братья.

На жаль, мы не можеме сказати того о чехах — чешскых и словацкых, ци чехословацкых патриотах. Бо хоцбы кто як из них толковал чехословацку политику по отношению до Карпатской Руси, яку ведут чехословацкы представители на емиграции, то ясно из ней видно: што они не признают ровности нашому народу с чешскым и словацкым народами, бо заперечают Карпатской Руси, єй народу рішати о свойой национальной будучности, лем рішают о ней сами. А разом с тым они бесідуют много о дружбі славянскых народов, о чехословацко-русской и чехословацко-украинской дружбі.

Мы не удивлямеся старым политиканам, єсли они с одной стороны твердят о славянской дружбі, а с другой стороны хотят задержати панование над Карпатском Русью, земльом и народом, якы належат природно и национально к восточным славянам. Они може и не розуміют основы славянской дружбы. Им все ище здаєся, што дружбу мож написати на папері и подписати дипломатам, и дружба готова. Так установляют политичну дружбу правительства для политичных цілей. Они подписуют єй на даякий час: “На столько літ мы подписуєме дружбу...”

Но дружба меж славянскыми народами послі сей страшной войны и знищения не може быти паперова и часова. Она мусит быти сердечном дружбом самых славянскых народов, славянском дружбом на вічны часы. А таку дружбу мож створити лем на фундаменті национальной справедливости и ровности славянскых народов.

Ци може быти щира дружба меж нашым народом и чехословацкым, коли чехословакы заперечат Карпатской Руси национальне право на национальну свободу и объєдинение зо своими родными кровными братьями в свойой национальной державі? Николи, бо наш народ буде чувствоватися оскорбленным национально.

Рудольф Сланский, прогрессивный чех, пише о кривдах нашого народа в предвоєнной Чехословакии, и потішат, што в повоєнной Чехословакии уж змінится всьо, бо змінится чешска политика по отношению до Карпатской Руси. Чехы послі войны уж дадут Карпатской Руси и автономию и украинску культуру, и т. д.

Яка-ж велика разница меж Сланскым, а новыми польскыми патриотами, котры працуют за правдиву славянску дружбу! Та-ж Василевска бы также могла обіцати украинцам и білоруссам, якы належали под панску Польшу, всі национальны права и автономию и не признати им права на самоопреділение именно на основі того свого приречения. Она могла бы также задоволитися лем потуплением старой польской политикы по отношению до украинцев и білоруссов в бывшой панской Польші. Но она розуміє, што народна дружба польского с украинскым и білорусскым народами може быти створена лем на основі национальной справедливости и ровности тых народов. А ровность и национальна справедливость требуют, штобы каждый славянский народ мал свою национальну державу, и штобы меж тыми славянскыми державами были вытычены справедливы етнографичны границы, штобы ниякий славянский народ, ци його часть, не был насильно держаный в другой славянской державі, и тым самым оскорбляный и понижаный национально другым славянскым народом.

Не розуміют тоты славяне славянской дружбы, єсли они представляют собі єй так, што раз мы твориме славянску дружбу, то славянам повинно быти всьо ровно, як политикы поділят их народы и земли. Раз одного славянского народа меньше, то дочинити му з другого, большого славянского народа. А што найбольше восточно-славянского народа, то из него и його земель мож урізати и дочинити Польші и Чехословакии… Таке зровнание славянскых народов розуміют стары польскы и чехословацкы патриоты. Но то не славянский, а німецкий и мадьярский способ. При такой “ровности” немож створити славянской дружбы. То до войны, за всю свою историю — западны славяне старалися творити такыми способами — славянску силу. Польша перла на восток за русскыми землями, а свои земли и народ уступала німцам для онімечения. Уж час покончити с таком славянском историом. Най от той послідной войны каждый славянский народ буде направду славянскым.

Мы переконаны, што такыми правдивыми славянскыми народами станут послі той войны чехы и словакы, и они также признают нашому народу ровность и право на национальну свободу, як признаєме им мы.

Тогды лем родится меж нашыми народами правдива славянска дружба, яка обеспечит нам разом счастливу будучность. И мы переконаны, што они признают ровность и национальне право нашому народу в краю, бо им потребна правдива славянска дружба, далеко больше, як Карпатска Русь.

CarFreedomEnd

[BACK]