Як Защищали и Добывали Кріпости в Стародавны Часы

Коли западно-европейскы експерты будували Линию Маннергейма на Карельском перешейкі, то были переконаны, што ніт такой силы, абы тоты модерны укріпления могла пробити. Увірены в силі тых своих укріплений, нагуцканы западными империалистами, финскы білогвардейцы спровоковали свого великого сусіда. Бо то и была кріпость тота Линия Маннергейма! Обыйти не мож, бо з обох сторон вода, хотя и замерзнена зимом, но артиллерия може розбити леды и затопити людей. Ясно, што єсли бы западны експерты и финляндска команда предвиділи, што тота их линия буде розгромлена, то они бы не будували єй собі на гибель. Бо треба знати, што тоты подземны форты и казаматы стали гробом для финляндской армии, а не єй обороном. Мощна совітска артиллерия заляла желізном лавом тоту линию подземных укріплений так, што для скрытой там финляндской армии не было спасения. Там, в тых кріпостях погибли найліпшы части финляндской білогвардейской армии, так што Финляндия была мушена капитулювати. Красна артиллерия доказала западным знатокам укріплений и стратегам, што ніт такой кріпости, котру бы не розгромила модерна совітска артиллерия.

Однако на западі не рішилися ни англо-французы добывати германский Вествал, ни германцы Мажино. Германцы, корыстаючи во зрады французскых генералов, обошли Мажино с сівера, через бельгийску территорию. Так што на западі не было рішено, ци модерны кріпости устоят против модерной артиллерии. То рішено было на сіверо-востокі. Там показалося, што совітска модерна артиллерия и механизована армия бере найліпшу модерну кріпость. А то значит, што западны експерты и стратегы мушены придумувати ище модернійшы кріпости, абы они могли устояти.

*      *      *
*      *      *

В стары часы люде не знали такых подземных фортов и укріплений. Кріпостьом называлося місто оточене муром, а даже высокым кріпкым деревяным частоколом, єсли город был тымчасовый — осада, колония. Но мурованы, стары городы были дуже сильны кріпости против наіздников в стары часы, коли не была знана ище артиллерия. Звычайно таку кріпость не мож было добыти, треба єй было брати облогом, голодом. Грекы мали облягати Трою долгы рокы, аж, по преданию, взяли єй хитростьом. Побудували величезного деревяного коня, в котрого середіні покрылися греческы воякы. Потом грекы отступили из-под города и отплынули в море. Троянцы, думаючи, што неприятелі уж навсе отступили, пробили сами отвор в мурі и втягнули в город того деревяного коня. Ночном годином скрыты в том коню воякы вышли и запалили Трою. Грекы вернули, вошли в город и захватили го.


*      *      *
*      *      *

В 334 року до Христа греческы войска вдерлися в Персию под командом найславнійшого полководца старых часов, царя Александра Македонского. Над ріком Граник Александр розгромил огромну перску армию. Лем невеличка часть спаслася бігством из поля битвы, и замкнулася в укріпленом городі Галикарнассі.

Галикарнасс был перворядном кріпостьом на тоты часы, оточеный высокыми каменными мурами. Александр, хотячи закончити розгром перской армии, приказал взяти город приступом.

В темну ноч подошли войска Александра под город. Почался штурм. Быстро подступили грекы под мур, подставили драбины и почали дертися по них на мур. Но на мурах, заслонены муром, уж ждали на греков перскы воины, и хотя их было не много, але муры были их великом перевагом. Они могли разити греков из муров, котры их засланяли перед греками. Коли грекы дерлися по драбинах, персы тымчасом разили их каменями, стрілами и списами. Кто досягал верха мура, того встрічали мечами и слыхали вдолину.

Грекы мушены были отступити з великыми стратами.

Настало рано. Под мурами города видно было много греческых трупов и много раненых, котры стогнали, просячи ратунку. Страты были так великы, што Александр не осмілился повторити приступ. Здавалося, што город не може быти добытый, што покаль тоты муры цілы, то ніт такой армии, котра бы могла вступити в город.

Александр постановил перейти до осады города. Он рішил проломити муры кріпости. Треба розбити муры, бо лем так мож вдертися в город и поргнати його защитников. Лем так приступ може удатися.

Но мечами и копиями муру не пробьеш. Для пробитя муру потребны специальны машины. И вот, берутся грекы до роботы. Идут в ліс, рубают дерево, везут под город и ту майстры приступуют до будовы деревяных машин. На четвертый день машины побудованы.

Такы деревяны машины, из котрых мож метати великы скалы и колоды. Были то великы процы, котры натягали по шестьох и больше хлопов и выпускали на місто скалы по 40 и 50 килограмов ваты. Они ударяют в городскы муры и отбивают по фалатку з мура. Дакотры скалы пролітуют до міста, пробивают дахы домов, убивают людей.

Така метальна машина, як вспомнено, нагадує процу, рогатку, с котрой діти мечут каминчикы. Лем што вмісто тых рожков, то сильны столбы вкопаны в землю. Заміст гумкы, грубы канаты, якы скручены з воловых жил и кишок. Тоты канаты натягали за помочом дручка або колеса, а коли натягнули, закладали затримку и вкладали в обойму скалу або колоду. На даный знак всі машины выпускали скалы и колоды на город. То была єдна стародавна облогова машина. Она кидала скалу на 400 до 500 метров. Называлася тота машина — балиста.

Друга стародавна машина для метаня скал называлася “катапульта”. Головна єй часть была подобна до великой ложкы выточеной в долгой и грубой колоді. Канатами из воловых кишок она была прикріплена до мощных грубых столбов закопаных глубоко в землю. За помочом корбы тоту ложку пригинали до самой землі. Коли лем натягнену ложку пустят, єй конец кинеся в гору, ударится о моцну перекладину — и кине свой каменный снаряд з великом силом; камень, зробивши круту, высоку дугу, летит до єдного километра далеко. Грекы не все метали скалы из катапульты. Вот раз они кинули из той машины в Галикарнасс бочку. Бочка, упавши в середину города розлетілася, а из ней заметалися на всі стороны ядовиты гады. Другым разом кинули смердячу падлину зо здохлого пса, потом ногу здохлого коня, штобы занечистити воздух в городі. То была артиллерия стародавных часов и єй “снаряды”. Падлина, то были труючы “снаряды”, котры заступали модерны газовы бомбы.

За тот час, коли иде бомбардуваня из тых леревяных машин Галикарнасса, грекы подвозят ку городскым мурам купы землі и засыпуют ров перед городом. Бо стародавна кріпость была оточена не лем муром, але и ровом, звычайно тот ров был наполненый водам. Дармо персы кидают на головы греков каміня, ліют горячу смолу. Грекы крыются за тот час в приготовленых на колесах булах, потом выходят и продолжают роботу, аж удалося им зробити насып — 100 метров долгий, 25 метров широкий. Уж тягнут по насыпі на катульках дві величезны облоговы башты. В каждой башті по 5 поверхов.

Ледво башты подсунули ку мурам, уж починают росколысувати грубу, тяжку и тверду колоду, што висит на ланцухах в нижном поверху башты. Росколысавши колоду, силом ударяют в муры. Сыплеся на всі бокы мур фалатками.

Так працує таран. Он долбе мур до того часу пока не продолбе го на другу сторону.

Персы усилуются запалити башту, ліют з муров горячу смолу. Але на верхних площадках вежы стоят легкы балисты и катапульты — меленькы сестры тых дальшых тяжкых. Канатами служат ту туго скручены воловы жилы. Тота “легка артиллерия” проганят персов зо стін кріпости, не дає им подпалити башту.

Пару неділь тягнеся осада. За тот час житя в Галикарнассі стає нестерпиме: камені летят градом и руйнуют будинкы, трупы людей и звірин роскладаются и роспространяют смрод и заразу. Городский мур поддаєся под ударами таранов.

Наконец грекы переходят до рішаючого штурму. Приготовлена для персов нова несподіванка. Катапульты кидают в город запалены бочкы зо смолом. То “запальны бомбы” греков. У Галикарнассі почалися великы пожары.

Ище залп. На місто сыпутся соткы тяжкых скал. В тот сам час грекы с криком кидаются до штурму, лізут в город з осадных башт и в пробиты таранами проломы в мурах.

Персы не выдержали: Галикарнасе добытый.

Так добывали кріпости, и так их обороняли в стародавны часы, коли ище люде не знали и не употребляли стрільного пороху.


Стрільный порох

Переходит от осады и добытия Галикарнасса 16 соток літ. 1342 рок по Христі. Испанский король осадил город Алхесирас, занятый тогды арабами.

Испанскы войска уж готовятся до штурму. Раптом на мурах міста появляются якыси до сего часу невиданы машины: Долга труба, подставка — вот и вся машина. В трубу штоси закладают. Потом ку трубі подходит чоловік. Он не натягат канатов, бо их и ніт, як в старых машинах. Он лем подносит до трубы огонь — раптом чути гром, с трубы летят дым и поломень, а потом летит желізне ядро.

— Нич то инше, лем чары — в замішанию думают забабонны испанцы: кто може выкидати з машины ядро, як не накручуют, не натягают канаты. Никто инший, лем чорт. Ну и як боротися против силы дьявола?

И королевскы солдаты зо страхом утікали от муров Алхесираса. Молитвом они стараются прогнати “нечисту силу”, махают крестом на городскы муры — и знов идут до штурму. Але “нечиста сила” не боится ничого. Знов ку чортовскым машинам подходит “чаровник”, подносит до трубы роспечену паличку... Знов с трубы вырываются дым и огонь, в испанске войско знов летит ядро. И даже ранит тых, што молятся.

Боротися з невидимом силом здавалося безнайдійным. Испанцы утікают дальше от муров города.

Быстро ширятся по всей Европі тревожны вісти “про невідому силу, яка с шумом и громом, з дымом и огнем мече ядра, не знає пощады и не боится даже креста.”

Але купцы, — бывали люде, што обышли много крайов, — разъяснюют своим краянам: ніт ту ниякого чуда. Уж давно відомо мудрым китайцам, што ко и змішати салитру, сірку и угля и до той мішанины приложити огонь, то тота мішанина в моменті вспыхне и быстро згорит, даст много дыма и зо силом откине всьо, што лежит в коло. Китайцы з давен-давна вырабляют тоту мішанину и стріляют на потіху на свои праздникы. А воювничы арабы замкнули тоту мішанину в трубу и примусили єй выкидати ядра. Та уж и дакотры европейскы майстры знакомы з огненном стрільбом. Уж три рокы тому назад в Англии было приготовано таке орудие.

И вправді, европейскы майстры быстро овладіли новым вынаходом. В коротком часі послі осады Алхесираса, в бою при Крессі, во Франции, англичане огненном стрільбом, дымом и громом пугали коней вражых рыцарей, каменными ядрами перебивали коням ногы. В том бою англичане наголову розбили французскых рыцарей.


*      *      *
*      *      *

В 1453 року туркы осадили Цареград (Константинополь). Под муры города подвезли осадны арматы. Ту были и стары машины, што метали камені, и новы — огнепальны.

Почалася осада.

Вот працує метательна машина — франдибола. Франдибола — не дуже сильна машина: она мече каміня заледво на двіста метров.

3 метательными машинами конкуровали новы огнепальны — бомбарды. Але з бомбардами трафлялися разны несчастны случаи. То єдна, то друга бомбарда розрывалася. При том она парила, ранила и убивала тых, што єй обслугували и окружали. Желізны стінкы бомбард не были сильны.

Турецкы воины боялися, сторонилися новых орудий. Говорили, што они больше небеспечны для своих, як для ворога. Инша річ — стара машина. Правда, ніт в ней дыму и грому, але до дыму и грому враг уж привык и його тым не настрашиш. А зо старом машином робота простійша и беспечнійшая

Най майстры, што вырабляют такы немоцны бомбарды сами стріляют зо своих выробов.

И майстры возилися сами зо своими дітишами: годинами они наводили свои бомбарды, то вынимаючи, то подкладаючи деревяны клины, штобы подняти або спустити орудие. Мірком они отмірювали порох для єдного выстріла. Нарешті майстер подпалювал гнот, а сам ховался в яму. То служило сигналом для осажденых. Они, видячи из муров, як крыєся майстер, то и сами крылися за каменны зубы в мурах, и ядро не причиняло великой шкоды.

Гордостьом турецкого войска была велика мортира. Она выкидала чорны каменны ядра около 400 килограмов вагы. Падаючи, таке ядро от свойой вагы наполовину врізувалося в землю. Але, правду повісти, оно не робило великой шкоды осадженым. Та и не часто падали такы ядра: клопоту з мортиром было столько, што она робила заледво сім выстрілов на добу. Нарешті, єй розорвало.

До дня штурму туркы остали лем при старых машинах. Майже всі огнепальны розорвалися. Штурм провадился по старому: тысячы людей дерлися на муры города. У турков было 50 воинов на одного грека — и то рішило конец боя. Византия пала.


*      *      *
*      *      *

Счасом огнепальны орудия поправляются так, што вытісняют совсім деревяны машины. В нашы часы артиллерия доходит до великой силы, досконалости и математичной точно ти, засыпаючи кріпости желізным градом. Ніт такой кріпости, котра могла бы устояти под огнем собітской артиллерии, як показалося на Карельском перешейкі. Правда, русскы все славилися, яко найліпшы: артиллеристы.

Fortress41End

[BACK]