Карпаторусска Емиграция и Карпатска Русь

Ци потребна нам народна организация?

Понад пятдесят літ тому почалася массова емиграция нашого народа из Карпат и до первой світовой войны половина нашого народа нашлася ту, в Америкі. Невеличка Карпатска Русь, то єдиный край старого світа, котрый выслал половину свого населения на емиграцию, што єст найліпшым доказом найтяжшого политичного и економичного положения нашого Родного Краю в старом світі. Лем єден такий край в Європі, котрый выслал на емиграцию половину свого населения — наш старый край.

Нашым первым церковным и запомоговым организациям в Америкі минуло пятдесят літ. Спочатку, при основі тых первых церковных и братскых организаций мы не ділилися на “угорщанов” и “галициянов”, мы чувствували себе тым самым народом из Карпат. Но позднійше почали к нам приходити пропагандисты из старого краю и они почали проповідувати нам, што мы не єдно, што “угорщане” другы люде, а “галицияне” другы люде, што каждым из них треба мати свои церковны организации, свои церкви, свои братства. Пришли в Америку агенты мадьярскых панов, то проповідували, што угорскым руснакам треба держатися особно от галицкых. Пришли галицко-украинскы националисты, римскы и німецкы агенты, то проповідували, што нам треба основувати свои украинскы националистичны организации и церкви для борьбы з руссофильством и православием. Потом пришли и православны батюшкы и ширили свою православну и царефильску пропаганду. Вся тота пропаганда ширилася по церквам, нами побудованым. Церквей мы почали будувати столько, на сколько религийных групп нас поділили. В нашых большых карпаторусскых колониях мусіло быти што найменьше штыри церкви для того самого народа с Карпат: Найперше мусіла быти “угорска греко-католическа церков”, т. є. така, до якой мы належали в краю под режимом мадьярскых панов. Потом галицкы будували свою “греко-католицку” церков, котру прибывшы из Восточной Галичины называли “украинском”. Коли пришол православный рух, то мусіла быти знов “угорска” православна и “галицка” православна. По поділі на церках ділилися и запомоговы братства попри церквах, котры федерувалися потом в запомоговы организации.

За сорок літ нашой емиграции мы набудували многожество церквей и запомоговых организаций, не для даякого объєдинения нашой карпаторусской иммиграции, а для єй поділу. Но на єдно народне руководство, на даяку культурно-просвітительну организацию, котра бы поставила за свою ціль просвіщение и объєдинение нашого народа на емиграции, мы за первых 40 літ не здобылися.

Нам казали, што нам не треба такой особной организации, бо мы не ниякий особный народ. Єдны казали, што наше руководство в Римі, другы, што в Пешті, треті в Петербургу, четверты в Відню, а для самых нас непотребно свойой народной организации, бо то был бы “сепаратизм”.

Та ище недавно, коли мы издали свою народну газету “Лемко” на народном языку и основали народну организацию Лемко-Союз, всі тоты стары патриоты закричали о “сепаратизмі”. Єдны кричали, што мы всі “русскы”, и мы не смієме иначе писати, лем “на русском литературном языку”, а другы кричали, што мы “украинці”, и не смієме иначе писати, лем “на литературном украинском языку...”

А тым часом мы виділи, што наш народ, хотя запомоговы организации за примусову плату членов издают для него много газет, не читат тых газет, бо они пишутся не на його народном языку.

Выпущена 12 літ тому назад газета “Лемко”, то перва газета на емиграции, котру нашы люде из Карпат почали читати и почали учитися из ней читати другу газету. То была перша газета, котру наш народ, с цілой Карпатской Руси, так з галицкой Лемковщины, як с Пряшевщины, як и с Подкарпатской Руси принял за свою, бо люде почали за тоту газету присылати предплату сами, без запомогового примусу. А то єст такий доказ, што нам такой газеты было треба, што ничым, ниякым аргументом збити того доказу немож.

Дальше поширение и рост нашой организации и издательства, доказали, што нам они были потребны, што без них наша карпаторусска емиграция вымерла бы без ниякого культурного сліду по собі, без ниякой культурной помочы свому Родному Краю.

Но многым из нас все ище не было ясно до недавного часу, чом мы уперамеся так при свойой организации, чом нам не объєдинитися з русскыми або украинскыми организациями. Кто уважат себе русскым, най иде до русской организации, а кто украинцом, най иде до украинской. Чом нам отділятися? Мы говорили, што нам треба свойой карпаторусской народной организации не лем для дальшой культурно-просвітительной роботы меж карпаторусскыми народными массами ту, аде и для культурно-политичной помочы Карпатской Руси. Розуміючи географичне положение нашого Родного Краю и його национальный характер, мы знали, што он становит свою географичну єдиницу и свою национальну группу, завдякы свойому географичному и политичному положению.

Найліпший доказ тому маме ту на емиграции в том, што до нашой карпаторусской массы не мают доступу ни руководителі галицко-украинскых, ни русскых организаций, ни в єдных ни в другых ніт карпаторусскых членов, у карпатороссов свои особны церковны и запомоговы организации и потому доступ до карпаторусской народной массы може мати лем карпаторусска культурно-просвітительна организация и карпаторусска газета. И тепер то стало ясным. У русскых из России и у галицко-украинскых емигрантов были давнійше культурно-просвітительны организации и газеты, но они не нашли доступу до нашой емиграции, не могли робити меж нами народну роботу, коли наша организация и газета за короткий час зробила огромну культурно-просвітительну роботу.

Тых приміров старчит для розвитых политично людей, што потребна была нам своя карпаторусска культурно просвітительна организация и газета.

Но тепер ясно уже и для мало розвитых политично людей, бо до Совітского Союза была присоєдинена недавно Западна Украина, яко географична єдиница, а вся тота территория, котру представлят наша организация, т. є. Карпатска Русь, была оставлена поза границы Совітского Союза, ни єдна часть из той территории в Галичині, за Саном, не была присоєдинена. Ци не ясно, што тота лемковска территория за Саном творит разом с Пряшевском и Подкарпатском Русьом єдну географичну єдиницу, котра має быти объєдинена с Совітскым Союзом яко така єдиница?

Мы наперед знали, што галицка часть Лемковщины не належит географично до Восточной Галичины, а до Карпатской Руси через Пряшевску Русь, и потому мы творили карпаторусску народну организацию по политичной и географичной причині, по географичном положению нашого Родного Краю и його национальных и языковых особливостях.

Тепер уж всім нам ясно, што коли бы мы не мали такой народной карпаторусской организации, не было бы кому представляти наш Родный Край, не было бы кому говорити в його имени. В имени нашого краю не можут говорити галицко-украинскы ни русскы организации на емиграции, для того уполномочена лем организация емигрантов из той территории, то єст Лемко-Союз и Карпаторусский Народный Комитет.


Дві головны задачы нашой организации

Пред нашом организациом стоят дві головны задачы: 1. объєдинение и культурне поднесение нашого народа на емиграции и, 2. культурна и политична помоч нашым родным в Карпатской Руси в их борьбі за своє освобождение.

Насколько мы выполнили свои задачы? Ци мы объєдинили и поднесли культурно нашу емиграцию? Ци мы дали даяку культурно-политичну помоч нашым родным в борьбі за освобождение?

Што тычится первой нашой задачы, объєдинения и культурного поднесения нашого народа на емиграции, то мы за минувшых десят літ зробили огромну роботу. Найперше што до объєдинения, то мы створили вколо нашой организации и газеты ядро нашой карпаторусской емиграции, собрали найліпшых нашых роботников без взгляду на религийный и старокрайовый политичный поділ нашого народа. В нашой организации стоят и нашу газету читают емигранты из всіх частей Карпатской Руси, почавше от Попрада и Дунайца по Сан и Тису. Дальше в том самом календарі його читателі найдут образкы “Зо старого житя”, написаны емигрантами из всіх частей Карпатской Руси — от Спиша аж по Мармарош, от православных и греко-католиков, “угорщанов” и “галициянов”. Ци то не доказ, што ліпшы, сознательнійшы емигранты из всіх частей Карпатской Руси группуются вколо нашой организации? Где, в якой ище другой, церковной або запомоговой организации, в якой запомоговой газеті або запомоговых календарях (бо лем такы сут), в якой церкви мож найти карпаторусскых емигрантов из всіх частей Карпатской Руси? Лем в нашых народных организациях — Карпаторусском Народном Комитеті, в Лемко-Союзі, в Карпаторусском Американском Центрі, в нашой газеті и другых изданиях нашой организации.

Дакто може сказати, што мы ище барз мало нашых людей объєдинили што вколо церквей и запомоговых организаций єст больше нашого народа. Но у нас ядро нашого народа на емиграции. Грекокатолицке Соєдинение має все ище около 70 тысяч членов, то правда. Часто урядникы в свойой газеті хвалятся, што “Соєдинение найбольша карпаторусска организация на світі”. Но котра организация сильнійша культурно? Яка газета сильнійша культурно, ци орган Соєдинения, ци наша “Карпатска Русь”?

Соєдинение печатат свойой ггзеты парудесят тысяч за примусову предплату. Но єсли бы попробували издавати таку газету за добровольну предплату, то для их газеты не нашли бы ани пятдесят добровольных предплатников. Нияка карпаторусска церков, нияка запомогова организация при добровольной предплаті не найде больше от сто предплатников на свой орган. Так звана карпаторусска восточна церков, епархия, издає (може уж перестала издавати) газету Вістник. Недавно на соборі нарікали, што нияка предплата за газету не приходит. И мы знаме, што не може приходити, бо тота церковна организация не має ниякой культурной силы, ниякого культурного вплыву на десяткы тысяч своих членов. И нияка друга церковна або запомогова организация, не лем карпаторусска, но и украинска, не має культурной силы, бо такы организации не операются на просвіту, лем на темноту.

Итак, на нашой емиграции мы маме лем єдну народну организацию и газету, котры мают культурну силу, а то єст Лемко-Союз и газета “Карпатска Русь”. Лем тота єдна газета може издаватися на добровольны народны средства и организация може провадити роботу без посмертных обіцанок.

Без объєдинения вколо той организации и газеты найліпшых нашых людей, ядра карпаторусского народа на емиграции и научения розуміти их значение народной организации и єй культурной роботы, мы такой роботы провадити бы не могли. Так, мы не объєдинили всю карпаторусску народну массу вколо нашой организации, може лем єден процент читат нашу газету и литературу, но тот єден процент стал культурным руководителем массы, выразителем єй стремлений и желаний.

Мы знаме, приміром, што руководителі церковных и запомоговых организаций ненавидят Совітский Союз. Што єдны з них хотіли бы видіти нашу Карпатску Русь в дальшой неволі мадьярскых панов, другы в гитлеровской неволі. Но они того членам церкви або запомоговой организации сказати не можут. Они мушены скрыватися пред своими членами с посылком телеграм мадьярскым панам. Они мушены скрывати пред своими власными вірниками свои желания.

А сколько то раз трафилося, што церковный предсідатель на даяком собрании, банкеті выразил публично желание в имени членов церки, абы наш народ в краю был объєдиненный зо своими восточными братами, штобы Карпатска Русь была объєдинена с Совітскым Союзом. И всьо собрание, всі члены церкви приняли таке заявление церковного старосты с воодушевлением, всі хотят для Карпатской Руси того самого, чого хочеме мы, а не того, чого хоче их пан превелебный. И то члены всіх карпаторусскых церквей и всіх карпаторусскых запомоговых организаций по отношению до свого Родного Краю того самого хотят, чого хоче наша организация. То значит, што мы выражаме стремления и желания не лем членов нашой народной организации, але цілой карпаторусской народной массы на емиграции по отношению до нашого родного Краю. В том объєдинена вся наша карпаторусска трудова емиграция, а Карпаторусский Народный Комитет руководитель того объєдинения, выразитель його стремлений по отношению к Карпатской Руси.


Ци мы помогли Родному Краю?

Уж самым своим существование на емиграцки наша организация помогла политично и культурно Карпатской Руси.

Наш Родный Край был розорваный политично, поділеный политичными границами. В краю мы даже не могли публично говорити, не могли писати о объєдинению нашого краю и народа. Даже за чешскых часов, в чехословацкой республикі не мож было говорити и писати о объєдинению нашого народа и краю. Така мысль была выражена за чешскых часов в календарі “Лемко” и в “Карпаторусском народном букварі”, и за тоту мысль обі тоты книжкы были конфискованы чехословацкыми властями. Розумієся, што тым меньше мож было говорити або писати о том в панской Польші, або тепер в панской Мадьярии. В интересі нашых угнетателей было, абы мы як найменьше о собі знали, абы мы нич не знали о собі. Лем ту на емиграции мы могли говорити и писати свободно о объєдинению и освобождению Карпатской Руси, могли мы основати правдиво народну культурно-просвітительну организацию, писати на свойом родном языку, издавати свободну независиму газету. Уж тым самым, што мы досягли того сами о своих силах, мы доказали, што наш народ в краю способный до наукы, культуры и прогресса, и тым мы доказали його право на свободу.

Спочатку наша газета шла в Польшу и Чехословакию. Коли была застановлена в Польшу, переходила из Чехословакии. В 1937-ом року была застановлена и в Чехословакию наша газета и литература, но она зробила свою роботу. Нашы братя дозналися много о нашой роботі на емиграции и почали ориентуватися на нашу программу объєдинения и освобождения Карпатской Руси. Посіяне зерно просвіты принесло плод. Уж сегодня ліпшы нашы люде в краю знают, што им треба працувати над объєдинениом и освобождением свого Родного Краю по нашой программі. В Пряшевской Руси розуміют, што лемкы по галицкой стороні, то их кровны братя, и што ніт для єдных свободы, єсли другы в неволі. В Подкарпатской Руси знают о том, што не лем они сами в неволі, але и их братя под гитлеровском оккупациом, ци то в Пряшевской Руси под опіком словацкых клебанов, ци галицко-украинскых панков, на службі у Гитлера, по галицкой стороні.

Тоты нашы люде уж не дадут себе отстрашити нияком пропагандом против Сов. Союза. Они стали в руководстві народной массы в єй стремлению к освобождению и объєдинению с Совітскым Союзом. Того стремления, той стихийной тягы к своим родным братям, к свойой державі, уж никто убити не може.


Частичне переселение в СССР

Коли по галицкой стороні Лемковщины было объявлено, што кто хоче, може переселитися на землі Совітского Союза, половина населения выразила охоту для переселения. Не так оно легко опускати своє газдовство, свою землю, свою хижу. Мы знаме, як нам тяжко было опускати свой край, хоц никто з нас не іхал с тым, што уж николи не верне на своє родне обыстя. В родной хижі оставалися нашы родиче, братя, сестры. При переселению на новы землі нашы родны знали, бо им сказали, што лишают своє село, своє поле, свои хижы навсе. А они лишали и шли в таку державу, о котрой слышали лем проклятия в церквах, школах, в урядах. Та и тепер, хотя уж не дают свободного выбору, из Подкарпатской Руси, с Пряшевщины, з галицкой Лемковщины біжит наш народ на восток, ку границам Совітского Союза, ку своим.

Часто звідуєме єдны другых, ци Карпатска

Русь буде присоєдинена к Совітскому Союзу? Розумієся, што буде присоєдинена, бо того желає собі наш народ в краю и на емиграции. Такой силы больше ніт, абы могла перешкодити освобождению и объєдинению кровных братов в краю, коли Красна Армия стоит на границі Карпатской Руси в Карпатах, коли народ того хоче. А мы знаме, што народ хоче того, ничого не желає собі сегодня так горячо, як свободы и объєдинения зо своими восточными братами.


Ширме свою народну газету

Сегодня мы уж видиме, што нашу народну организацию, народне житя завдячаме свойой народной газеті. Без наукы, яку нам дала и дає наша народна газета, мы не были бы способны до народного житя. И наша организация не истнувала бы, ни Лемко-Союз, ни Карпаторусский Народный Комитет, ни Карпаторусский Американский Центр. Мы были бы страченым народом в том бурном світі, так, як корабль на бурном морі без руля. И каждый з нас може тепер отвдячитися свойой газеті, а тым самым причинитися до укріпления самой организации через придбание новых читателей. Най то буде тепер головном задачом нашом — поширити “Карпатску Русь” дальше в массі карпаторусской емиграции.

Тепер каждый дотеперішный читатель нашой газеты може быти гордый на то, што он причинилися до той роботы, яку она зробила для нашой емиграции и Родного Краю. Но того ище мало, треба и потрудитися, штобы другы, вашы знакомы, сусіде, родны — так розуміли народне діло, як розумієте вы. Тогды вам буде приємнійше зыйтися и говорити з ними, бо вы будете розумітися.

Роспространение печатного слова, газеты и литературы народной культурно-просвітительной организации має огромне значение для культурного розвития народа. Через газету учатся тысячы роботников, стают єдной мысли з другыми своими братами. Так будуєся народна сила, котра народу так потребна в тых переломовых часах.


CRMap


[BACK]