ФЕЦКО
Правдива и Фальшива Віра — 'Фецко'
ВЕЛИКЫМ ворогом людскости єст фальшива віра. Я кладу натиск на слово “фальшива”, бо даякий религийный шпекулянт може зараз подняти крик, што я нападам на християнску віру и науку. Дуже богомольный и насліпо віруючий парафиянин, коли видит в газеті або чує устно от кого тото слово “фальшива” религия, то нияк не може вырозуміти, длячого и як чловек може собі кпины и смішкы робити з религии и называти религию фальшивом. Он нияк не може сам поняти, жебы то могла быти и фальшива религия, опруч той доброй, справедливой религии, котру голосил сам Христос. И такий фальшивыми попами затуманеный бідачиско, як увидит в газеті тото слово “фальшива” религия, то он таку газету уж до рук больше не хоче взяти, бо думат, што така газета грішна. А як чує устно тото слово “фальшива” религия, то готов вас ножом пробити, бо он думат бідачиско, што то он нибы то Богу помагат, нибы Бога боронит, и думат, же сой велику ласку у Бога тым робит. Он ани не подумат, што в религии пише, што Бог всевідущий и всемогущий, и он всьо може зробити без помочи такого темного бідного затуманеного и дуже маленького, и як моль слабого, земного хробака. Такий бідный парафиянин єст так грубо закопченый фальшивым духовенством, што ани му николи не приде на мысель, же єсли бы Бог не любил што на нашой землі, то — єсли судити и вірити по религиозному — он даже не мусіл бы ниякой силы уживати, абы перемінити то, што он не любит, на то, што он любит, бож он всемогущий. И єсли брати по религийному, то всьо, што єст створене на нашой землі, то єст створено Богом, а не кым иншым, и єсли ся трафит чловек невіруючий, то нашто тут ся на него злостити або го страшно ненавидіти, бо такого Бог хотіл и такого має. Єсли бы Бог такого не хотіл, то дуже легко и без ниякого троблю, без уживаня моцы и силы, он мог бы такого невіруючого чловека обернути в одной минуті. Значит, дал бы му таку мысель, жебы ся в минуті стал дуже богомольным и щиро даючым парафиянином. Направду, дуже смішно и глуповато выглядат, як бідный политично темный, а религийно засліпленый наш брат, пробує сознательного чловека, котрый читат, студиює и розберат, што то єст религия, и понимат світову политику, што ся в світі діє, переробити на такого темного, як он сам.

I

Нераз ся притрафит, што придут сознательны люде коло церкви и принесут зо собом прогрессивну, дуже поучну газету, из котрой ся можна много а много научити, и там абсолютно ничого не пише против Бога або церкви, хыбаль против фальшивых попов, то наш бідный брат летит и кричит: “Вы большевикы, итте с тыма чортовскыма газетами отталь гет, не робте ту пропаганду против Бога.”

Таку глупу роботу треба залишити гет, бо Бог сой с тым порадит, бо Бог абсолютно не жадат того, абы кого от церкви отганяти, Бог ся абсолютно тых ани ниякых газет не боит, бо як бы хотіл, то бы их не было. То лем фальшиве духовенство ся боит прогрессивной газеты и литературы. Но сут и такы справедливы попы, котры люблят свой народ и желают му добра, то они ся не боят ниякых прогрессивных газет, они ся ище тішат, як наш народ ся бере до прогрессу. Такых попов наш народ має в сердци и любит оповідати за них добры истории.

Дорогы читателі, прошу не мати за зле, же так отверто пишу. Я абсолютно не мам на мысли ся посміяти над нашым братом парафиянином, я лем зато так отверто пишу, бо газета “Лемко” иде з рук до рук, то неодному такому парафиянину попаде под рукы, што ище не читал робочой газеты, то такому треба так отверто вытлумачити, абы скорше даяк порозуміл.

Ано давай посмотриме и розбереме, што то єст правдива, а што фальшива религия.

Правдива религия то єст десятеро божых приказань. Єсли вірити и судити по религиозному писанию, то Мойсей мал получити их от самого Бога на каменных таблицах, и єсли то вірити и судити, же Бог всемогущий, всевідущий и неомыльный, так он ся не помылил, и он дал Мойсейови таку религию, ци лучше сказати — религиозну конституцию, яку он сам хотіл ци хоче мати, и ниякий чловек, без разниці, як высоко ученый, або до якой одежы ся уберат, не має права жадны чудны додаткы докладати до той религии, котру Бог дал Мойсейови.

Тота правдиво божа религия єст дуже добра, честна, справедлива и корыстна про всіх людей, бо она ся дуже мало што разнит от сегодняшного социализма, бо там выразно єст написано: Не кради, не убий, не чужолож, люби ближного, як сам себе, чти отца и матер свою. И єсли добре розобрати, то дуже легко мож видіти божу идею из тых десятеро божых приказань, же Бог стоит за то, што и робочы организации и их газеты: за справедливость. Так тут всьо єст на корысть в тых десятеро божых приказань для бідного честного трудящогося народа, и єсли бы духовенство держало ся той наукы, то абсолютно никто бы не мал ниякой причины критикувати духовенство, або называти религию фальшивом.

Лем ціла біда в том, што фальшиве духовенство подокладало разны смішны, чудны, фальшивы и дуже шкодливы додаткы до той правдивой религии, котру Бог дал Мойсейови, и тым духовенством, а не Богом выдуманыма шкодливыма и фальшивыма додатками одогнали велику массу честных и здорово думаючых парафиянов от религии, и длятого видиме, же сегодня тота религия с тыма фальшивыма додатками провадит зо собом лем такых людей, што мало або зовсім не думают, не читают, не студиюют, не розберают, лем на сліпо всьо вірят, што духовенство прикаже, и міряют, звязуют попа разом с церквом, с Богом. Значит, єсли кто што сказал против попа, же поп ся не тримат так религии и не проводит, не выполнят религиозных обовязков так, як слідує, то скажут дораз: “О, он против Бога выступат”. Но а тут, што Бог або церков, то не поп, бож каждый, котрому хоц троха розум робит, то знає, же попы бывали мордерцами, злодіями, чужоложцами, самолюбами, одным словом, робили всьо то, што єст заказано в десятерых заповідях божых. И якжеж ту можна міряти попа с Богом и так думати, же єсли кто што сказал против попа, то значит против Бога. То зовсім мыльно и по дурному, бо здорово думаючий чловек дуже легко може видіти, же тоты уж позднійше повыдумуваны додаткы нияк не пасуют, не належат до правдивой религии, и парафияне с лучшым розумом давно лишили тых фальшивых попов яко протест против тых фальшивых додатков до правдивой религии.

Фальшиве духовенство, абы держати тых ище не прозрівшых парафиянов на даякий час коло себе, то пробуют очернити тых парафиянов, котры попов уж лишили, тым, што кажут, же то безбожникы, же до них злый дух приступил и панує над нима, не позволит им навет до церкви придти, и такых людей ся треба варувати, єсли кто ся хоче до неба достати.

Но и тоты бідачиска вірят в таку глупоту и ся страшно злостят на тых розумнійшых своих братов, же чого приняли злого духа до себе, и готовы даже кров проляти зо своима мудрійшыма братами, бо так мыслят, же Богу помагают. Так бідачиска сут грубо и чорно засліплены.

Отжеж мы тут уж видиме, што то єст правильна религия. А сейчас посмотме, якы сут тоты фальшивы повыдумуваны уж позднійше додаткы до правдивой религии.

Один найбольше фальшивый, несправедливый и дуже для религии и всіх людей шкодливый додаток то єст тот, што духовенство каже: “Треба терпіти, то будеш спасеный.” Такий один фальшивый додаток дуже ся причинил до того, што народ терпит таку велику нужду на нашой земли меже дуже великыми богатствами.

Тот оден фальшивый додаток помагат людям терпіти голод коло величезных куп хліба, котры сами го наробили, помагат людям терпіти жестокы холоды, зимна коло великых куп угля, ходити босыми напол голыми коло великой массы наробленой нима самыми одежы. Одным словом, тот кто терпен, тот спасен — страшно помагат бідных людей морити и нищити и тримати их в великой біді, а богатому кляссу дуже а дуже помагат експлоатувати, выкорыстувати и нищити бідных честных и справедливых людей.

Каждый оден парафиянин, котрому хоц троха розум робит, то дуже легко мог бы то увидіти, єсли бы троха думал над том религиом, же то не была божа идея така, жо кто терпен тот спасен, бо як бы Бог тото хотіл, то на той каменной таблиці, што передал Мойсейови, было бы написано одинадцате: Терпи, то будеш спасен.

Таж, якбы так Христос голосил, же кто терпен, тот спасен, то бы николи не был замордуваный, бо то бы было як раз на руку богатому кляссу, бо уж каждый сегодня знає, або должен знати то, што Христа лем зато замордували, што он голосил слово правды, справедливость для бідного народа. Через тот оден фальшивый додаток миллионы народа по всей земли терпят и принимают навет з охотом величезну біду, нужду, експлоатацию, рабство, покору, муку, длятого, што не знают, што то умысно придумано на помоч богатому кляссу и шпекулянтам. Оден такий додаток робит цілу религию фальшивом и при таком додатку она мусит упасти сама от себе.


ІІ

Другий фальшивый додаток — то єст тот, што фальшиве духовенство каже, же худобным ся буде легко достати до неба, а богатому так тяжко, як через игляну дірку верблюдови. То тоже не єст божа идея, бо як бы бог того хотіл, то на Мойсейовой таблиці бы біло написано: 12: — Худобный пиде просто до неба, а богатый ніт. Як бы Христос того учил, то бы го не роспяли на кресті. Тот додаток тоже на корысть богатым, а на шкоду бідным. То на то, абы бідны от себе отдали скорше, што мают, и жебы не заздростили богачам, лем жебы были задоволены с того, же сут бідны, бо зато будут мати небо.

Такий фальшивый додаток робит цілу религию фальшивом и в таку глупоту вірит лем дуже темный и нерозважный чловек.

А решту фальшивых додатков, котры шкодят в поступі, в справедливости, не буду перечисляти, бо их єст много. Напримір, такым додатком єст сповідь, даваня на службу, приношеня для бога жертвы, як хліб, грошы и разны другы річы, гнаня бідных людей на войну, мордерство, уживаня религии на помоч капиталистам, фашистам и фальишивым патриотам и т. д.

Ано сейчас посмотриме, ци духовенство заховує тых десят заповідей божых так, як слідує, якбы должно было их заховувати.

Там выразно на тых таблицах написано: Не убий. Так всьо духовенство должно бы ся того тримати.

А ци тримаются того? Та где там. Сегодня уж и мала дитина то знає, што духовенство при помочи своєй религии и креста помагат мордерцам гнати бідный народ на войну, на мордерство, на убийство. Но и як же таке духовенство назвати? Та не иначе, лем фальшивым. Лем простый, темный, ничого недумаючий чловек може сказати, же то справедливо и назвати таке духовенство справедливым духовенством.

Перед мном лежат вытинкы из газет, як итальянске духовенство благословит тенкы, машиновы карабины и друге мордерче оружие, котре має быти выслане до Етиопии на мордувание найстаршых християнов на нашой земли, жен и дітей. Тото мордерче оружие лежит перед мном на фотографии.

Но и ци не єст то фальшива религия?

Другий такий вытинок показує на фотографии, як фальшиве етиопске духовенство выходит с процессиом, с хоругвями и крестом наперед фашистов и витат их сольом и хлібом, яко збавителей етиопского народа.

Циж то не фальшивство першой кляссы зо стороны духовенства?

Третий такий вытинок из газет показує ище за царя, як русский поп з большым крестом провадит русску армию, дуже слабо озброєну, на мордерство под германскы каноны и машиновы карабины и обіцує им вічне царство небесне за тото мордерство.

Циж то не обман и фальш?

Четвертый такий вытинок показує, як японске молоде духовенство, котре только што покончило семинарии и было высвячене, як оно с оружием в руках робит воєнны маневры, приготовляєся до воєнного мордерства.

Пятый такий вытинок показує, як римский папа шле благословенство Франкови до Испании и одобряє єго мордерчу роботу. Та гдеж тота божа заповідь “не убий”?

Лем робочы организации и их газеты поддержуют тоту божу заповідь на демонстрациях, вічах, конференциях, а головно Совітский Союз поддержує тоту божу заповідь, готовый ся розброити в каждый момент.

Совітский Союз доказал то на ділі в Женеві в Лигі Народов, як дал пропозицию, абы кинути до “скрепу” всі мордерчы воєнны приряды всіх народов. Зато духовенство Совітский Союз и робочы организации называт безбожными и грішными.

Єсли бы всьо духовенство всіх языков на земли учило так, як написано на тых таблицах то николи бы не было войны, мордерства такого, як зме виділи в світову войну. Єсли бы духовенство всіх языков в 1914 р. кричало по всіх божых домах тото слово: “Не убий”, бо бог того не хоче, бо мы всі божы діти, то мордерцы, грабителі николи не отважили бы ся воювати.

Но коли в світову войну было вымордувано миллионы бідного народа, коли оставлено миллионы калік, сирот, коли плыла кровь ріками, потоками з невинного народа, то сам наш розум нам говорит, же никого так зато немож винувати, як фальшиве духовенство всіх языков. Никто так добре не знає, як тоты солдаты, што были на фронтах, як духовенство их сповідало, заохочувало до мордерства, же зато будут збавлены и увидят царство небесне.

Каждый, кто читал и интересовался світом в 1914, то дуже добре памятат, як святый отец в Римі дал благословение Францу Йосифу и австрийской армии, абы тота армия мала добрый успіх в мордерстві, а позднійше Италия выповіла войну Австрии, то знов дал благословение для итальянской армии, абы итальянска армия мала добрый успіх в мордерстві. И так обі дві тоты армии, зложены из темных бідных католицкых вірников, поблагословены римскым папом, мордували одны другых на божу славу.

Но и якжеж то, дорогы братя, мож назвати? Не иначе, лем фальшивством и обманством першой кляссы.

Сегодня, коли фашисты мордуют невинный народ в Испании и в Китаю, слугы божы должны бы выполняти слово боже: “Не убий”, должны бы всі, як оден, закричати: “Рукы проч от испанского и китайского никому ничого невинного народа!”

А ци они то роблят, ци выполняют тоту заповідь?

Та где там, они того не видят, они на то сліпы. Они видят лем Совітский Союз. Як Совітский Союз мусіл росстріляти пару бандитов-шпекулянтов, шкодников, найгоршых ворогов честного народа, котрых дуже небеспечно было держати живыми помеж тым честным народом, то всьо фальшиве духовенство на чолі с фальшивым святым отцом кричало, што большевикы мордуют невинный народ, и отправляли специальны службы божы и просили, молили Бога, жебы Бог покарал большевиков.

Лем робочы организации выполняют тоту божу заповідь “Не убий”, на демонстрациях против войны, то фальшиве духовенство зато робочы организации называт безбожными, грішными и помагат пануючой кляссі пхати робочых лидеров в тьюрму.

В той правдивой божой религии, котру Бог передал Мойсейови, написано выразно: “Не кради”, а мы видиме, што оден божий сын хитрійший окрадат другого божого сына на всі стороны, шпекулює, выкорыстує оден другого, як лем ся даст, даже при помочы куль, газов, палок, машиновых карабинов, бо уж и мала дитина в колысці то знає, не лем духовенство то должно знати, же никто не може назбивати честным справедливым трудом и житьом так як Бог приказал, хоц бы жил и тысячу літ, лем мусит когоси окрадати, выкорыстувати, мусит грабити чийси труд. Но и ту духовенство всіх языков бы должно поддержати тоту божу заповідь “Не кради” и не давати окрадати людей, должны бы тлумачити народу, же Бог так не хоче, абы оден окрадал другого, же Бог сотворил богатство на землі для всіх, а не лем для одиниц. Должны бы тлумачити бідному народу, в який способ и што робити, абы знищити тото несправедливе рабство шпекуляции. Они бы то могли дуже легко зробити, бо духовенство разных языков має величезну массу народа под свойом контрольом.

А ци они роблят так, як Бог приказал? Та где там. Они мают свои фальшивы додаткы и кажут до бідного обдертого народа: Терпи, то будеш спасен, за то пойдет до неба. Як с тебе берут сорочку, то дай им остатню. Кто на тебе каменем, то ты на него хлібом.

Но и ци не єст то, дорогий брате, правдиве ошуканство, обман и фальшивство?

Лем темненький чловек таку роботу може признати за справедливу. Таж як бы так Христос учил таку чудну смішну фальшиву науку, то николи бы не был замордованый богатом кляссом.

Лем робочы организации поддержуют тоту божу заповідь “Не кради” на пикет-лайнах, на демонстрациях, в голодных походах и на другых робочых предприятиях, то зато фальшиве духовенство робочы организации называт проклятыма, грішныма, же то гріх ся такых робочых организаций тримати.


ІІІ

Много а много бы можна писати и доказати фактично, як фальшиве духовенство разных языков не держит ся правдивых божых приказань, лем мают свои фальшивы додаткы, из котрых мают корысть лем одиниці, земны богы, а бідный честно трудящийся народ страшно страдат про тоты фальшивы додаткы. И не лем народ, але сама правдива божа религия на том дуже страдат про тоты шкодливы додаткы. Но робочы газеты дуже бідны и зато малы, и нема на всьо місця, абы всьо описати, бо бідны роботникы, затуманены фальшивыма попами и их мертвыма затуманюючыма запомоговыма газетами, не выполняют свою робочу должность. Заміст поддержати свою власну корыстну робочу газету, то они больше ся старают поддержати фляшку, попа и мертвы запомоговы газеты, и зато так роботник терпит, завсе му тот тягар лежит на сердци, што з ним и його дітми буде на завтра.

А но, давай посмотриме, як жиды оминают того другого ворога, котрым єст фальшива религия, и яку велику корысть с того мають

Жиды віруют лем в тоту одну правдиву божу религию, котру бог передал Мойсейови, то значит, десятеро божых приказань. Значит, котры віруючы, што віруют в религию. Бо треба нам то розуміти, што велика масса жидов зовсім, або мало што интересуются старом религиом, длятого што жиды сознательны, обчитаны и терезбы, бо читают прогрессивну литературу и прессу, бо у них такых чудных смішных затемняючых, шкодливых, за власны грошы запомоговых газет даже нема совсім, як напримір у нас карпатороссов. Жиды такы запомоговы газеты бы отдали до музею, абы их поколіня даколи виділо, якы то смішны газеты колиси были, яку чудну и смішну глупоту в них писали для затемнения читателей, за их власны грошы. И длятого, што жиды сознательны, терезбы и обчитаны, то жид на жида ся николи не злостит зато, што оден вірує, а другий ніт, бо терезбый жид дуже добре знає, што он за никого не мусит отповідати. И зашто ся гнівати, сердити, шарпати, надармо горло псути, нераз и кров проливати, коли бог того не жадат. Обчитаный жид дуже добре знає, што бог того николи не жадат, абы така бідна, мизерна, темна хлопина ся за него борола, ище и кров проливала, бо бог єст всемогучий и он має дост силы сам для свойой обороны. Он слабого чоловіка ся не боит, он бы го в минуті обернул нато, нашто хоче, и абсолютно нема причины ся злостити на невіруючого чоловіка. То лем фальшиве духовенство того хоче, абы як найбольше было политично и религиозно темных, на сліпо віруючых парафиянов, а не бог. Бо як бы бог того жадал, то на Мойсейовых таблицах бы было написано: Тринадцете: “Борися за мене з невіруючым, даже кров пролій, а увидиш царство небесне!”

Длятого, што жид терезбый, обчитаный, то хоц ся не интересує религиом, но он ся николи не насміват з религии, то лем темный не обчитаный пяный чловек гдеси ся посварит с попом, бо поп от него задуже взял, то лишат парафию, церков, вступат в робочу организацию, абы попу на злость зробити, и кричит, як остатный дурак, же бога нема. Такий чловек страшно шкодит робочому руху. Вы николи не виділи, жебы группа жидов зышлася гдеси коло бары и сушили, мучили свои головы в ненормальном стані над тым, ци єст бог. Жид сознательный, терезбый, то он зна, же така бесіда, то єст пуста даремна, бо никто того не може доказати, ци єст або но, и каждый оден культурный чловек должен оминати таку пусту бесіду. Темнійшому брату признати рацию, а открыти з ним бесіду за живы річы, котры ся торкают його жолудка.

Єсли ся зыйдут два жиды оден віруючий, другий невіруючий, то они можут говорити даже цілый ден на разны темы, и николи троблю не знайдут меже собом, на религии, бо так віруючому, як и невіруючому зовсім не важно то, котрый в што вірит, або не вірит. Жид религию уважат персональным особистым ділом. Терезбому обчитаному жидови абсолютно даже не в голові, як кто вірит або не вірит. Жид зо жидом може жити в сусідстві долгы рокы и оден другого ся навет не спросит, где он належит, в што вірит, або якого рабина має. Для него дост то знати, ци он жид. Для жида спросити другого жида, як он вірит або до якой церкви ходит, то бы так выглядало, як для християнина спросити другого християнина, где он спит, а где його жена спит. Для жидов религия, то єст абсолютно приватна особиста справа.

А возте двох темных, наслідников віруючых христианов, най ся где припадково примухуют двери коло дверей, значит, будут сусідами, то найперше буде им обом в голові, где он тыж до церкви ходит, в што он вірит, а може большевик, як його поп в церкви співат, ци “вас всіх православных”, ци може “вас всіх правовірных”, и навет не можут выдержати, мусят ся оден другого спросити за религию. Но и як припадково оден православный, а другий юният, або оден віруючий, а другий невіруючий, то уж готовы оден другого за обшивку брати. И довго не вытримат, бо приде пейда, то подосыпуют до свого жолудка екстра алкоголю и уж готовый тробель. Нераз даже меже близкыма краянами або родныма братами сварка, ненависть, настроюваня даже дітей одных против другых, обчернюваня оден божий сын другого божого сына, а нераз и по судах волочиня ся. И то всьо на дурниці, бо єсли судити и вірити по религиозному, то бог єст лем оден и оба бідачиска ся до того самого бога молят, без разницы, як ся кто молит, на яком языку або в який формі отправляются религиозны церемонии.

А то лем длятого гдекотры христиане такы политично и религийно темны и вырабляют такы смішны некультурны штукы, бо не читают ничого прогрессивного, не идут вперед с прогрессом, лем так жиют, як их отец жил. В гавзі у них не знайдете ниякой газеты, литературы, опруч той запомоговой. Не належат до ниякой поступовой робочой организации, опруч тых мертвых запомоговых, и в голові им нич инше, лем фляшка и фальшивый поп. Но и єсли чловек жиє такым чудным и смішным некультурным житьом, то мусит быти темный, як ноч, и выставлят себе на разне некультурне варварство, хоц бы жил и тысяч літ. Длятого, што жиды вірят лем в справедливу віру, десятеро божых приказань, они не мают жадных екстра фальшиво выдуманых додатков до свойой жидовской религии, то як бы им их рабин сказал, же кто терпен, тот спасен, або якы другы смішны шкодливы додаткы, так як: кто на тебе каменем, ты на него хлібом — кто бере сорочку, дай му остатню — як тя вдарит в одно лице, то надстав друге — небесны птицы не орют не сіют, а жиют — бідному ся легко буде до неба достати, а богатому, як верблюдови через иглянну діру — кто дає щиро, то буде сторицею надгородженый — жебы ліва рука не знала, што права дала — и разны другы чловеком, а не богом выдуманы додаткы — то терезбый обчитаный культурный жид лем бы ся з него высміял, як з малого блазна и прогнал бы го от себе, або не дали бы пейду, а сказали бы: терп, то будеш спасен. Показали бы му птицу на дереві: “Смот, не оре, не сіє и жиє, то и ты ся не старай, бог ся за тебе буде старати.” Терезбы жиды бы дораз познали, што така лекция, то лем на корысть шпекулянтам вызыскувачам, пануючой кляссі. Жиды обчитаны, терезбы и они студиюют и розберают религию, они насліпо не вірят, они знают, же бог справедливый и он хоче справедливости для всіх людей, а не таке яке чудацство, жебы лем было на корысть богатым, а шкодливе працовитым людям.

Каждый оден може дуже легко видіти, лем ся треба трошечка над тым застановити, же ничого лучшого уж не може быти про вызыскувачов, як тот кавалок фальшивой наукы, же буд терпен, то будеш спасен, бідный пойде до неба, а богаты ніт.

Разны вызыскуваче з грубыма грошами ідут за границу, так як до Китаю або инде в далекы колонии, где єст темный мало цивилизованый народ, и там достают великы концессии, нераз то и насилу заберают при помочы куль и темного народа, и будуют свои великы заводы, и коло заводов свои церкви, и посылают там своих миссионеров до тых церквей и тот народ, што робит в их заводах, женут до тых церквей, бо кто не пойде до их церкви, то и роботы не дадут. И фальшивы миссионере товчут до того темного народа тоты выдуманы фальшивы додаткы, и при помочы тых додатков выкорыстуют тот бідный темный народ наліво и направо, и бідный, политично темный народ ся тым тішит, же так бідує, робит близко задармо, бо вірит насліпо в то, же за свою нужду, горьку тяжку долю, покорну терпеливость, пойде просто до неба. Но меже жидовскым народом того неможно зробити, то длятого вызыскуваче и их слугы фашисты их так страшно ненавидят. Жид бы сейчас познал, же така наука, то лапка на хлопа.

Фальшивом религиом мож чловека так чударно и смішно задовпувати, засліпити, што встає в ночы, он ци она, бере бучерский нож и ріже свои діти, бо ся му так приснило, же бог того жадат.

Або бере и не іст абсолютно ничого, бо хоче доказати, што нибы чловек, як правдиво віруючий, може жити божым духом. И недавно был такий трафунок, што оден поп перестал зовсім істи, и уж в умераючом стані, зовсім выглядал як смерть, забрали го до шпыталя, и якоси насилу го дочутили.

Або добровольно дає ся вкусити найядовитшому змію, и тым хоче доказати, што не помре, бо єст в божой опіці. Были выпадкы, што на місци померали, коли змія вкусила, и ничого не доказали, а решту засліплены лем очы вытріщили.


ІѴ

Передомном лежит газета з августа 24, 1938, и пише, што одна насліпо віруюча жена в Калифорнии сама добровольно сой отрубала руку сокиром, бо вычитала от Матея 18-ой главі, што як рука, ци око согрішит, то лучше око выбрати ци руку отрубати, и пойти до неба, як з двома очами ци руками до пекла.

Длятого, што жиды віруют в правдиву религию без додатков, то у них нема сповіди.

Гдеж бы жид в таку глупоту повірил, што чловек чловеку може гріхы отпустити. Таж як бы рабин сказал жидови: прид до мене до сповіди, то тя высповідам и отпущу гріхы, то терезбый жид лем бы ся высміял с того, а дальше бы му сказал: прид ты до мене, заплат, то я тебе высповідам. Дальше бы му показал, што бог того не жадат, бо як бы того жадал, то на Мойсейовой таблиці бы было написано, штырнадцете: сповідайся.

Бо то направду смішно выглядат, як чловек чловека сповідат за грошы, и до того оба грішны, и то ище не знати, котрый з них грішнійший. Дуже ся разы так трафит, што грішнійший нибы то отпущат гріхы меньше грішному.

Як бы так рабин сказал жидови: “Дай на службу божу, то ся помолю за помершы душы”, то тот обчитаный и терезбый жид так бы ся с того реготал, аж бы ся за живот держал. Його розум бы му дораз шепнул: “Чловече, то обман, лапка, вылуди-грош. Як бы бог того вымагал, то бы написал на Мойсейовых таблицах: пятнадцете: нес на службу божу. Жид сейчас бы спросил рабина: “Чловече, ты мі перше докаж, ци ты сам не грішнійший от того, за кого ты ся за грошы хочеш молити”. А дальше бы сказал до рабина: “Слухай, чловече, то не на суді, абы лоєра брати за грошы, штобы лоєр в який фальшивый способ переконувал корт, же чловек невинный, або перекупити суд грошами, жебы выратувати чловека от тьюрмы. Но а ту друге діло, бо бог всевідущий и он знає, што такого дурака, як ты, або я, не буде слухати, што має робити, хоц бы я ти и всьо дал от себе, што мам. А подруге, єсли молитва помагат душам, то найскорше им поможе, як они сами за себе ся помолят там, где сут, бож они ближе Бога и Бог их скорше выслухат и змилуєся над нима. Жид бы сейчас познал, што ту ся росходит не о душы, лем о грошы, што то єст кавалок фальшивого додатку, в таке віруют лем темны насліпо віруючи христиане.

Жидови, як бы так його рабин в бужниці поставил мисочку на грошы, а коло той мисочкы святу фигуру, ци образ, то терезбый жид бы сейчас познал, што то лапка на грошы, шпекуляция за грошми одного божого сына над другым, при помочы святой фигуры и жид бы на таке не позволил, бо для него бы выглядало, же то смішкы, кпины з религии, зо святых образов, ци фигур. Жид знає, же святы до грошей, а грошы до святых абсолютно зовсім не належат, и таке не можна мішати одно з другым. Жид бы сейчас знал, же тот образ ци фигура подложены лем зато, жебы му сердце скрушило, жебы щирійше дал. Жидам, єсли треба грошей на даякы церковны росходы, то они зробят специальный митинг, поскладаются, зробят коллету, але не в бужниці, при помочы святых, лем гдеси на боці, и их рабин абсолютно за грошы ничого нема, он достає лем свою регулярну пейду на житя, он николи не кричит в бужници, як финансово стоит бужниця, кто што дал, якы приходы або росходы, он абсолютно о том ничого не знає, бо то не єст його діло. Його діло єст религия, десят заповідей божых, а не грошы, а грошы сами члены бужниці коллектуют, рахуют и контролюют жиды, бо николи на таке чудацтво не позволят в бужници, абы оден собі коллектовал, другий знов собі. Жиды бужницу мают и поважают за божий дом, а не за торговицу.

И длятого што рабин абсолютно не достає ниякы екстра доходы, зберанины, жебранины, опруч свойой регулярной пейды, то он николи не наганят своих прихожан до бужницы, он их не страшит, же кто не иде до бужницы и не приносит жертв, то не увидит царства небесного, он им не говорит глупоты, жебы “ліва рука не знала, што права дала”, або — “кто дає щиро, то буде сторицею надгородженый”, он не надставлят мисочку с фигуром, бо он знає, же он достане пейду без разницы, ци єго прихожане будут приходити до бужницы два три разы в неділю, або лем три разы в год. Рабин жидам каже правду, же єго молитва так буде принята в бужниці и таку буде мати саму силу, як и в яком небудь кутику, бо бог посреди нас. Рабин николи не страшит пеклом, смолом, чортом и разными другыми смішно придумаными страхами, бо он с того жадной особистой корысти не буде мати, хоц бы як страшил, або обіцувал.

И длятого жид не летит до бужницы два-три разы на день, бо жид ся помолит дома. Он поставит пару свічок перед себе в яком небудь кутику и собом повымахує, покиват на всі стороны, помолится, и по всьому. Свічок купит гуртом и заощадит час, жертву, стриткару и на другом. А до бужницы ся жиды сходят массово лем на великы рочны свята.

Та гдеж бы обчитаный терезбый жид выраблял таку смішну глупоту, ажебы брал мериндю на плечы и пакувал далекы милі на якыси фальшивы отпусты ся молити, же там єго молитва буде мала большу силу, бо нибы там ся гдеси в студни объявила матка боска, або якийсий другий святый? Жид терезбый, обчитаный живом прогрессивном литературом, то єго такым выдуманым фальшивством не здурит єго духовенство, он знає дуже добре, што як бы ся даякий святый хотіл объявити, то бы ся объявил з гонором, зо славом гдеси в облаках, жебы всі люде виділи, а не мусіли бы там зараз жертвы нести, бо святый того не хоче. Было бы в облаках дашто написано, або даякий знак, але не в такой даякой парии, в болоті, в жабовинах, под дикым деревом, бодай лем было где жертву принести. Жид бы дораз познал, же то шпекуляция, лапка на грошы, смішкы над богом и єго науком, гандель, вызыск при помочи святых и фальшивых додатков.

Таке чудо мож вырабляти лем с темными християнами, котры не читают, не студиюют, не думают, лем всьо на сліпо вірят, што фальшиве духовенство прикаже.

Найсмішнійше, некультурне чудацтво при помочи фальшивых религиозных додатков вырабляло духовенство з нашыма отцами и матерями в старом краю, длятого я тут хочу россказати правдиву, живу, фактичну чударну историю, яку з нами фальшивый слуга божий выраблял, в котрой и я, будучи малым хлопцем брал участь. Я не знам, ци такы фальшивы попы были и по другых селах, но в нас то были духовенством придуманы так званы задушны дни, ци иначе званы выносы. Так на тоты задушны дни парафияне приносили выносы до церкви, а за тоты выносы поп отправлял службу божу за помершыма душами, а то нибы мало помагати не лем помершым душам, але так само и тому, кто приносил тоты выносы. Напримір, кто принюс куру, то мало помочи не лем помершому ся достати до царства небесного, але и жертводателеви мали ся куры за то добре нести и плодити, но и сам жертвователь тоже мог быти нибы то троха счастливший. Так вірили бідны парафиане, бо так казал слуга божий.

То я николи не забуду, як я, моя мама, брат и сестра зме несли тоты выносы. Як мама пристроили тоты выносы, на котры ся строили долгий час, то зме вырушили от хыжы всі четверо. Мама несут пару церковных лямп, котры взяли из церкви и наляли их горячым роспущеным маслом, котре я и мои молодшы брат и сестры бы зме з великым смаком зъіли, але нам не дали, бо моя мама думала, же того бог потребує, а нам казали, же гріх істи масло, бо пост. А на другой рукі несли кукевку (білый хліб плетеный), котрый купили аж в Горлицах. И на кукевку мы великий смак мали, но нам не дали. И якысе там полотно несли и ище якыси другы річы, котры я дуже уж не памятам. Мой брат нюс куру и яйця, а сестра в одной рукі бохонок хліба, а в другой рукі кавалок патыка, котрым помагала мі поганяти телятко, котре я провадил на мотузку, и на плечах єм мал привязаны аж три бохонкы хліба. И то дуже троблю зме мали с тым телятом, бо не хотіло нам добре идти, бо было молоде, то я тягну, што можу, за мотуз, а моя бідна молода сестра, якых десять літ, патыком побиват и руком го попыхат, то и тым бохонком хліба до него штуркат, а тото бідне телятко так, як бы гдеси мудрійше от нас всіх было и знало, же богу теляте не треба, и нияк не хотіло идти. Но а ту на дорозі не лем мы, бо близко ціле село несе выносы, и то разны дарункы и разну звірину. И то нибы всьо мало быти для бога, абы зато гріхы отпустил.

И так в дорозі встрітил нас оден наш односельчан, котрый іхал на байсиклю з Горлиц, где был в термині, учился за коваля. Он чловек был троха поступовый, бо виділ больше світа, и думал, же мы идеме до міста на ярмак, так нам хотіл дати знати, што в Сенкові вода мост розорвала, жебы зме ся вернули и пошли на Розділя, але мама му кажут, же мы идеме лем до церкви, то он повернул очами по нас и по нашых звірятах, усміхнулся, вывалил очы и каже: “До церкви с телятом?” А мама кажут: “Та видиш, сыну, коровам ся молоко псує, та и вшитка худоба загрожена слинавком, куры ся тоже добре не несут, а и зерно ся слабо родит.” Але он уж не мог выдержати, перервал и каже: “То вы думате, же вам то што поможе, як тото отдате ксєндзу, таж бог с того жадной корысти не буде мати, бо он навет того не потребує, то лем ксьондз с того буде мати корысть. Одно заберут жиды за грошы, друге што горьше зъідят поповы слугы, а што ище горше, то поповы свині и худоба. А што найлучше то зъіст сам поп и єго фамилия.” Так и я тут вмішался и кажу: “Мамо, то направду шкода таку ладну теличку отдавати. Мы лучше заждийме, як буде быцок, то даме на офіру, а тото присадме.”

А моя бідна мама шмарили руком три разы вздолж и поперек попод нос и сказали три разы: “Тфу, тфу, тфу!” Сплюнули на землю и штоси потихы шепли, и з великым жалем и злостьом крикли: “Діти, не гварте так, бо не буде богу принято.”

Односельчан нас сейчас лишил, а мы продолжали дальше свою дорогу и нарешті зме запровадили на плебанию на обыйстя. Обыйстя у нашого ксєндза было дуже велике, як на фольварку, бо аж штыри села належали до нашой парафии, то наш слуга божий мал грунт не лем в одном селі. На обыйстю зме виділи много другых жертв и пару жидов з великым возом, певно ждали на тоты жертвы.

Но и як мы отдали свою жертву ксьондзовым слугам, так зме ся пустили идти до церкви, а тут выходит зо стодолы одна нам знакома дівчина и каже, што мы ту робиме. Мама показали пальцом на нашу жертву и кажут: “А што ты тут робиш?” А она каже: “Я ся женю и перед шлюбом треба идти до сповіди, а не зналам шисть євангельскых гріхов, то ксьондз не дали картку до сповіди и за тот гріх мушу отпокутувати тут на плебании, мушу робити цілый тыждень задармо.”

— А за кого ся жениш? — спросили мама.

Она гварит: “Он тут єст, бо он тоже тут покутує, бо не знал всьо на память,” И пошла до стодолы, закликала, а тут выходит пять пар молодых люди, котры ся женили, и всі были на покуті на плебании.

Але тут церковны дзвоны дали знати, же уж пора, так зме ся скоро знашли в церкви. Мой брат сейчас занюс куру до баксы, котра стояла близко сходов под дзвонницом. Ище якоси не мог двери до того курника отворити, то му помог другий чловек. А решту жертв зме занесли коло иконостаса.

И то я николи не забуду, як ксьондз отправлял службу божу и затяг “миром господу помолимся”, а тут чийса когутина в той баксі так, як койбы хотіла дяка заступити, ци помочи дякови, и в самый тот час на саму таку нуту и однакым темпом затягла верещачо “ку-ку-ри-ку”, аж ся всі люде пообертали, и сам ксьондз вытріщил очы, котрому лем голову было видно из-за тых величезных куп хліба, што люде нанесли. А дяк стал и уха вышкірил, як койбы сам себі не вірил, ци то кто инший, ци он сам такым чудным верещачим голосом співат.

Так само николи не забуду, як меже двома женами ся мало битка не стала в церкви, бо каждый хотіл класти свои жертвы перед Матку боску, або Исуса, то перед Матком боском было полно жертв, што уж місця не было, а пришли дві жены, и обі хотіли покласти перед Матку боску, а місця не было, то одна другой отпыхала, и зачалися тручати, аж их косцєльный розвадил. Потом косцєльный што хвиля ходил и отберал жертвы от Маткы боской, а клал их перед другых святых, а жены лем головами крутили, бо были незадоволены, же чого бере их жертвы с перед Маткы боской, а кладе перед другого святого, што ани не знали, як ся называт.

До церкви люди ся так набило, што ани ся рушити не можна было. А в краю селяне ся мало купают, а ище до того масло в лямпах и свічкы горіли, то в церкви ся зробил дуже неприємный вонючий воздух и дуже чути было, то ксьондз што хвиля ся омахувал кадилом, отганял от себе тот затух.

Но и як кто з тых темнійшых парафиянов тоту щиру правду перечитат, то буде ся му здавало, же я сой сміхы роблю с парафианов и их віры, бо оно направду тото дуже смішне, а ище для такых люди, што по их селах може аж такого чудацтва не было, то им буде то тяжко повірити, хоц то єст чиста правда.

И тоже трафлятся даже такы члены Л. С., што скажут: та гдеж таке до газеты писати, то не пасує, хоц и правда, бо будут ся парафиане гнівати? Но и нема ся што дуже дивувати тым людям, што так думают, бо то направду глупота над глупотом.

Но я бы ся хотіл спросити тых, што так думают, жебы пошли до головы по розум и подумали над тым, кто то тому винен. Ци винен тому тот малограмотный хлоп, што пише тоту щиру правду и росказує нич инше, лем то, якы смішны безбожны чудацтва фальшиве духовенство з ним вырабляло при помочи фальшивых религийных додатков, ци винен тому тот высокоученый поп, котрый тыма фальшивыма додатками затемнил народ и выраблял з ним такы нехристианскы діла?

Ма ся розуміти само собом, што тому никто не винен, лем тото фальшиве духовенство.

Бо жебы то с тым бідным народом выраблял такы некультурны глупоты даякий неграмотный хлоп, то бы можна было сказати: “А он бідак не знал, што он робит, так го научили и думат, же так треба. Он то робит несознательно.”

Но але тут зовсім друге діло, бо тут вырабляла такы грішны нехристианскы діла з бідным неграмотным народом высоко учена зволоч, котра покончила гимназии и они робили таку брудну роботу сознательно. Тота голота дуже добре знала, же то не божа идея так немилосердно свого ближного выкорыстувати при помочи фальшивых до правдивой религии доданых додатков, того ближного бідака, котрый ховал тоту фальшиву голоту тым, чым найлучшым мог, даже дітині мати отняла от уст, а той фальшивой голоті занесла.


Ѵ

Мы карпатороссы зато такий бідный, заотсталый народ, а специально в старом краю. Кто лем не хоче, то до нас копне, бо ся боиме написати до газеты правду, же ся дакто погніват. Навет меже членами Л. С. ся часом такы знайдут, же ся боят, хоц и правда, же ся дакто погніват, и навет ся сами гнівают.

Нам конче потребно розуміти то, што робоча газета, котра просвіщат темных людей, то значит само то, што добрый шпыталь. И так само, як в шпыталю лежат люде на разну хоробу, и потребно разных докторов и разной медицины, то так само в робочой газеті потребно разных дописов. И так, як доктор не дбат, же ся хорый погніват, же медицина горька, лем му дає и не спрошує, абы вылічити єго хоробу, то так само в робочых газетах треба писати о разных вопросах, треба всі факты, чисты правды вытігати наверх, без разницы, ци тоты факты сут прикрыты євангелиом, крестом, страхом, бо бідный политично темный народ хорує на разны хоробы.

А от напримір, один хорує политично, другий на страхы, третий на алкоголь, четвертый на мудрость, пятый на скупоту, шестый на фальшиву религию, и так дале. Тота остатня хороба найгорша до вылічения, и трафлятся так в дуже выпадках, же чловек ся вылічит зо всіх хороб, а с той остатной нияк не може. И тота остатня хороба держит го далеко от робочых организаций, котры борются за нього самого, а он того не може зрозуміти через тоту хоробу.

Так мушено давати таку медицину, абы го вылічила и с той остатной. И треба розуміти то, што так як клин выбивают клином, або єсли змія вкусит чловека, то го ратуют змійовым ядом, то так само и темноту фальшивство, страхы, фальшивы обіцанкы мож из чловека выгнати лем том самом медицином, яком до него было напхано, значит — отверто выпровадити наверх всі ошуканства и просты чуда, якы з ним вырабляло єго фальшиве духовенство, бо як уж так не зрозуміє чисту правду, то в той час ся шкода з ним бадрувати, бо такий человік не жиє, лем истнує, то єст живый труп.

Таж як ся тото фальшиве духовенство не бояло такы грішны чуда з нами выробляти, же мы ся погніваме, то чому нам ся бояти написати лем правду за их чудну роботу, абы том их чудном роботом помочи нашого темного брата очутити?

Ище хочу написати, як бы духовенство американске и крайове могло помочи нашому народу в краю, а не робит то.

И так само хочу показати, як духовенство тут в Америкі ділило наш народ на разны віры, як помагало и помагат фальшивым патриотам, як помагат пхати их до запомоговых организаций, як при остатку конвенции приходит и благословит тоту фальшиву роботу при помочы алкоголю и кобасы, и як зато фальшивы патриоты поддержуют фальшиве духовенство.

А тота правда, же был такий курник в церкви, але ище за моих часов был вышмареный, бо як приіхал Дмитро Бубняк з Америкы, то ся с того сміял. Там сут нашы люде, то ся запытайте тых старшых. И так само были такы выносы.

А може то буде для вас дуже смішно выглядати. Але люде любят таке, и тото дуже помагат тым темным, хоц они може зразу не люблят, але як прийдут до церкви, то иначи ум смотрят.


ѴІ

Нам карпатороссам ся дуже дивно и грішно здає, як увидиме в газеті “Лемко” дашто правду за наше карпаторусске духовенство, як тото фальшиве духовенство не выполнят правдивы божы заповіди, лем повымышляло разны шкодливы, грішны, фальшивы додаткы и приложили их до правдивой віры, и при помочы тых додатков выкорыстуют ближного свого. Нам ся зато так дивно здає, як увидиме попов, бо мы перше не мали свойой хлопской робочой газеты, котру бы мы сами контролювали, а головно, штобы редактор был нашым хлопскым робочым приятельом и штобы писал на корысть нам роботникам, абы выкрывал фальшиву и шкодливу роботу нашых фальшивых патриотов и духовенства. Вшыткы тоты нашы карпаторусскы газеты, што ся печатают, як тут в Америкі, так и в старом краю, опруч газеты “Лемко”, то сут в руках нашых запеклых ворогов, длятого што наш народ на 90 процент политично темный, а религиозно перестрашеный до нулі тыми выдумаными поповскыми додатками до правдивой религии, и тот темный, перестрашеный народ сам добровольно, но несознательно, отдал всі нашы газеты в рукы нашых народных ворогов на конвенциях за кобасу и алкоголь.

Лем тоту одну газету “Лемко” мы роботникы маме, што єй сами контролюєме и редакторы сут нашыми приятелями, и лем тота одна наша газета “Лемко” выкрыват всі злодійства, шахрайства, ошуканства, шпекулянства без разниці, кто их робит, як высоко ученый, або як ся уберат, як галир носит. Тота наша єдина справедлива газета “Лемко” выдостане, выкопат всі фальшивства, хоц бы навет были прикрыты євангелием або крестом, выдостане то всьо наверх, абы наш народ увиділ своих скрытых ворогов и ся на том учил, штобы в будучности не робил несознательно таку велику шкоду для себе и свого поколіния. Так длятого политично темным людям ся так дивном здає газета “Лемко”, для них выглядат грішна.

Но другы народы лем зато так стоят высоко, што оминают алкоголь, фальшиву віру и не боятся, а выкрывают всьо шахрайство, фальшивство в своих поступовых газетах.

Таке чудацтво, жебы отдати свою газету ворогам за кобасу и алкоголь, ся може трафити лем меже дуже темным народом, котрый єст перестрашеный до нулі, не дбат за нияке житя, лем му в голові алкоголь, пекло, небо, и всьо вірит на сліпо, не розберат, не думат, не смотрит на ниякы факты, а як увидит чловека з оберненым галиром, то уж ся перед ним трясе, и всьо правда што он ни сказал бы, бо ма галир оберненый.

Єсли судити и вірити по религиозному, то сам Бог дал заповідь: Люби ближнього, як сам себе. Так духовенство всіх языков должно бы так учити, абы ся народ любил без разниці народности або расы, бо єсли вірити по религиозному, то всі люде походят от Адама и Євы, всі братя и сестры, ближны одны другым, но а ту нигде той наукы не видно зо стороны духовенства.

Мы сейчас видиме, як одны народы нападают на другых и машинами, страшными и комичными вынаходами нищат одны другых, заберают их разом з их богатствами под себе, прямо роблят одны другых невольниками, знасилуют, мордуют, калічат, сиротят! И тут духовенство всіх языков должно бы больше як кто небудь кричати, организовано выступити в обороні бідных несчастных людей, абы любил ближний ближнього, як сам себе, абы не чинил другому то, што му самому не мило. Та ктож инший, як не божы слугы, должен найперше выступити против такой безбожной грішной диявольской роботы.

Но а мы нигде не читали, не чули, не виділи, ажебы духовенство якой народности массово зо своима парафиянами выступило и голосило тоту божу заповідь: Люби ближнього. Абы лучше видіти, што то єст правда, же духовенство не выполнят божы заповіди: “Люби ближнього” и “не роб ближньому, што тобі не мило”, то возме с пару живых приміров, котры ся діют лем тепер на нашых очах. Вот напримір, коли итальянскы ближны брали мордерче оружие до рук и ишли тысячы миль аж до Етиопии робити свому ближному то, што им самым не мило, ци чули зме где або виділи, жебы духовенство якой народности кричало: “Люби ближнього и не ход до Етиопии робити ближньому то, што тобі не мило”? Та где, навет у етиопского духовенства зме того не виділи, абы любили свого ближнього и боронили го от нападу, а наоборот ище принимали з великым гонором тых, што пришли робити ближному то, што им самым не мило. Таке саме видиме в Китаю, в Испании и т. д. Ци чуєте або видите где, жебы божы слугы якой народности стали и сказали: “Люби ближнього”? Як сте то чули, то лем от робочых организаций и их газет. Лем робочы организации выполняют тоту божу заповідь на противовоєнных демонстрациях, то зато фальшиве духовенство каже, же робочы организации сут грішны.

Як духовенство уж само не хоче выполняти тоту божу науку о любви ближнього, то жебы хоц не шкодило робочым организациям, якы выполняют тоту божу науку на демонстрациях, в газетах, а фальшиве духовенство шкодит, чым лем може и страшит свого ближнього, же гріх ся держати робочых организаций.

Дуже мало где-не-где ся трафит, який гипокрит з амбоны скаже пару слов, але всьо ровно при концу всю тоту вину звалит на червеных, хоц уж и мала дитина знає, не лем духовенство должно знати, же червены против такой звірской безбожной роботы.

Лем робочы организации поддержуют тоту божу науку: “Люби ближнього, як сам себе”. Зато робочы организации даже мают в программі злучити всі народы на землі в интернационал, без разницы расы або языка, запровадити оден язык для всіх людей, абы ся скорше розуміли и любили, як Бог приказал. Робочы организации мают в программі створити одну світову державу, одно правительство для всіх людей на земли, абы оминути войну, мордерство, ненависть, рабство. Интернациональне робоче правительство запровадило бы таку науку для всіх народов, як Бог приказал, жебы ближний любил ближнього, абы не чинил оден другому то, што му самому не мило, як Совітский Союз учит свои народности, што всі жиют спокойно, мирно, оден божий сын над другым божым сыном не шпекулює, одиниці не збивают богатства, не обкрадают миллионы длятого, што там нема приватной власности, всьо богатство належит всім людям. А в капиталистичных державах, где єст приватна власность, то шпекулянты з грубыми грошами при помочы фальшивого духовенства и патриотов поділили земны богатства и людей помеж себе, и каждый ся зброит в мордерче оружие и чигат оден божий сын на другого, як на полюваню, абы го забрати под себе, одобрати його богатства, свободу и, запрячи го в своє рабске ярмо.

Робочы организации длятого мают таку программу, абы злучити всі народы на нашой земли в интернациональне правительство, бо аж в тот час буде мож запровадити правдиве братолюбие для всіх божых дітей на нашой земли. В тот час никто не буде на никого чигал, полювал, бо всьо богатство земне буде всіх, и не треба буде отберати одны другым при помочы страшных машиновых вынаходов, а головно в тот час буде дуже легко закасувати грошы, через котры божы діти на земли мают стилько клопоту, біды, мордерства, несчастя и горя, бо треба нам то не забывати, што 99 процент всякого зла на земли походит от грошей, богатства. Зашто, як не за богатство, вымордували в світовой войні миллионы народу. За што, як не за богатство, подокладали фальшивы додаткы до правдивой божой віры? За што, як не за богатство подкладают мисочку с фигуром ци зо святым? За што, як не за богатство, сповідают грішный грішного и думают, же му направду гріхы отпущено, и потом грішит, аж ся курит, же як нагрішит на сотку, а му направду гріхы отпущено, ся оплатит? За што, як не за богатство, фальшиве духовенство затуманює и выкорыстує даже при помочы креста свого ближнього? За што, як не за богатство, поділили божых сынов на разны віры, державы и зробили братоубийчу незгоду меже ближными? За што, як не за богатство, привозят кобасу и алкоголь на конвенции?

Єсли бы не грошы, то народы бы дуже лучше, счастливше и справедливше жили. Зато духовенство и всі другы грубы и малы шпекулянты страшно робочы организации и их прессу ненавидят, а интернационал называют чортовскым интернационализмом, бо в интернационалі бы не было грошей, и не было бы способу шпекулювати над своим ближным, не мож бы было награбити чуже богатство, накопити миллионов и потом легко и роскошно жити трудом свого ближного. Зато фальшиве духовенство страшит темный народ, же то гріх стояти в робочых организациях, хоц то уж каждому ясно, же в робочых организациях нема гріху стояти, бо-ж они за ту саму божу идею, што бог написал в десятеро божых приказаниях.


ѴІІ.

Мы карапатороссы, жебы зме мали справедливе духовенство, котре бы ся держало правдивой божой наукы, то бы дуже могло помочи нашому народу в старом краю, котрый страдат в польском панском ярмі.

Єсли бы тото наше карпаторусске, білорусске, украинске духовенство, як тут так и в старом краю, любило ближнього, так як бог приказує, тобы николи не сиділо так спокойно, як в самый тот час його ближный терпит страшны мукы невинно. Оно бы организовано, зо всіми своими парафиянами, на величезных демонстрациях апелювало перед всіма народами нашой земли, што нашому народу ся діє велика кривда, польска шляхта не любит свого ближнього и чинит нашому народу то, што єй самой не мило. То бы должна была быти их робота, бо они с того ближнього жиют. Им бы то было найлекше зробити, бо они го сами затемнили, и проводят всю темноту за собом. В такой доброй роботі бы им жомогли всі нашы люде. Показали бы, што польска шляхта готова напасти на Чехословакию, што там єст лем осемдесят тысяч польского народа и мают далеко лучшу свободу, як миллионы нашого народа под польском шляхтом.

А наше фальшиве духовенство не лем што само спокойно, выгодно сидит и не выполнят наукт: люби ближнього, але ище як робочы организации протестуют против шляхты, то оно, як може, так шкодит и называт таку роботу грішном. Навет летучкы коло церкви не кажут роздавати. Лем одна наша карпаторусска организация — Лемко-Союз, ся старат што може, по свойой возможности, абы помочи нашым братям ся освободити в старом краю. Зато фальшиве духовенство называт Лемко-Союз безбожным и грішным. Правда, што Лемко-Союз не може барз дуже зробити, бо наш народ на 90 процент политично темный, перестрашеный посмертныма неистнуючыма страхами, то сторонит далеко от той свойой корыстной справедливой организации Лемко-Союза. Но жебы Лемко-Союз провадил за собом таку велику массу нашого народа, як провадит духовенство або нашы фальшивы патриоты в запомоговых организациях, то Лемко-Союз бы зробил величезну роботу, бо наш народ под проводом Л. Союза бы устроил такы окропны демонстрации, навет всполу з нашым білорусскым и украинскым народом, што польска шляхта бы почула нашого крику аж в Варшаві и глухла бы от того нашого крику, и польскы панове бы увиділи, што мают до діла с политично сознательныма культурныма людми, котры сут организуваны в робочу силу, а не з якыма небудь чудныма смішныма, перестрашеныма, темныма баранами, штобы пошли на уступкы.

Мы конечно мусиме ся организовати в карпаторусску робочу прогрессивну силу коло Лемко-Союза, як хочеме чым быти и помочи нашому народу в краю, бо тото, што мы мали до того часу, то уж згниле, старе, того уж поправити неможна, лем конечно треба будувати нове, живе.

А ци наше духовенство и патриоты в старом краю роблят дашто доброго для свого ближнього, ци выполняют тоту божу заповідь: люби ближнього як сам себе, так як бог приказал?

Та где! Они сами запродали наш народ, свого ближнього, польскым панам. Тото наше фальшиве духовенство само єст агентами, доносчиками про польску шляхту на ближнього. Они так, як тот фурман с коньми и плугом, готов для кого небудь орати за грошы. Они знают лем своє, же их робота, то єст при помочы фальшивых додатков до правдивой божой религии, тримати свого ближнього в покорі, в темноті, в страху и за грошы отдати го готовым, обробленым для ворогов, шпекулянтов на вызыск, а за тоту их собачу роботу тот, кто при власти, должен им платити регулярно, опруч того, што вытуманят от свого ближнього при помочы фальшивых додатков и обіцанок посмертных.

Мы всі, котры зме приіхали с краю, то памятаме, як Франц Йосиф платил регулярну пейду свому духовенству разных языков з доржавной кассы, и они знают зашто платят духовенству, и так само духовенство знає зашто бере грошы. Духовенство страшно ненавидит Сов. Союз, бо там им ничого не платят з державной кассы, лем то мают, што достанут от парафианов. И то нам показує само собом, же Совітский Союз не платит своим попам з державной кассы лем зато, што Сов. Союз не оператся на темноті, шпекуляции вызыску, бо там сам народ при власти, то сам себе не буде обкрадати, вызыскувати при помочы духовенства. Совітскому правительству непотребне фальшиве духовенство на помоч, абы духовенство держало свого ближнього в покорі, темноті, в страху, абы отдало свого ближнього готового, обробленого для шпекулянтов на вызыск для богатой кляссы, бо там нема покляссуваных людей, там лем одна клясса трудящыхся, то Сов. Союз може ся обыйти зовсім без духовенства. Совітский Союз абсолютно нема ниякой шахрайской роботы для фальшивого духовенства, и для того фальшиве духовенство так страшно ненавидит Сов. Союз и называт го пеклом на замлі.

Но коли бы Совітский Союз мал таку систему, же бы были кляссы людей, богаты и лионеров выкорыстувала величезну массу бідного народа, то натурально треба бы было ного народа, то натурально треба бы было когоси до помочы яком шпекуляциом тримати тоту массу в темноті, в покорі, в страху, потребно бы было той величезной массі штоси штучного обіцати, же за тот вызыск буде мати штоси добре по смерти, и єй приспати, абы при том обіцяню и страху дала ся легко выкорыстати — то натурально, фальшиве духовенство ся на таку роботу найлучше надає, бо ктож може што лучшого обіцати, як вічне царство небесне, ктож може чым горшым пострашыти, як вічно горіти в горячой смолі, бо ктож може чловека лучше переконати, же чым найгорше терпит, то тым найлучше буде спасеный, чым найбіднійший, то найлучший кавалок місця достане в царстві небесном, бо комуж лучше темный чловек повірит яку небудь глупоту, як не фальшивому попу.

То натурально Сов. Союз бы взял фальшиве духовенство з його фальшивыма додатками до той роботы, и в тот час духовенство бы казало, што Совітский Союз єст дуже добра держава и создана богом, а за Сталина бы ся молили по церквях. Тоты нашы здрадникы пошли польскым панам на услугы и помагают нашых братов полячити, нищити, обкрадати, туманити и абсолютно не люблят свого ближнього так, як бог приказал, но и ци можна их называти духовенством.

TrueFalseEnd

[BACK]