Patrus
Андрей Патрус

НАЙЛУЧШЫМ доказом национального пробуждения карпаторусского народа послі світовой войны єст ряд молодых писателей и поэтов, якы появилися в Подкарпатской Руси за послідны рокы. Як первы цвіты весны на опустілой землі послі долгой зимы, так и тота молодеж звертат на себе увагу своим свіжым блеском и порывом.

Чытатели газеты “Лемко” за минувший рок мали нагоду познакомитися ближе с творами одного из тых молодых поэтов, а именно Андрея Патруса.

В 1937 р. вышла в Ужгороді перва книжочка стихов А. Патруса п. з. “Плетью по совѣсти”, котра звернула увагу шыршых кругов чытаючой публикы на молодого по эта. В той книжочкі подана коротенька биография поэта:

“Андрей Патрус — родился 29.ІІІ.1917 в Тереблі в родині дровосіка. Стихы и россказы начал печатати с 1934 р. в журналах “Нашъ Путь”, “Наши стремленія”, являєся сотрудником журнала “Наши стремленія” и газет “Русскій Народный Голосъ”, “Карпаторусское Слово”, а также в переводах поміщат свои творы в чешскых газетах “А-Зет” и “Гей Руп”.

Так А. Патрусу минуло заледво 20 літ. Но за тот короткий вік жытя он натерпілся немало біды, як и большинство сельской и робочой молодежы на Подкарпатской Руси. Сурова школа жытя была його учытельком от первых літ и оставила глубокий слід в його душі. Но тота школа научыла го уж в молодом віку смотріти серьозными очами на світ и ненавидіти “святбй злобой” несправедливость, якой окружене жытя селянина и робочого.

Вспомины о пережитой нужді и гнівный протест против угнетения трудящыхся являются основным мотивом в його стихотворениях и оповіданях из народного жытя. В стихотворении “Моя жизнь” он говорит:


“Мой путь прожитый — полонъ терній,
Украшенъ голодомъ, нуждой. . .
Не разъ я плакалъ въ часъ вечерній
Больной, оборванный, босой.

Удѣлъ мнѣ преграждалъ дорогу,
Сшибалъ весной съ дрожащихъ ногъ,
Взывалъ я къ Сатанѣ и Богу,
Но ни одииъ мнѣ не помогъ. . .

Шесть лѣтъ бродягой я томился,
Шесть лѣтъ скитался я, какъ песъ.
Такой на свѣтѣ не родился,
Чтобъ столько горя перенесъ.”

В иншом стихотворении он знова припоминат дни, коли без куска хліба скитался по Карпатской Руси и просил подачкы у добрых людей:


“Я два дня совершенно не ѣлъ,
Я два дня о подачкѣ просилъ.
Наконецъ улыбнулся удѣлъ,
И товарищъ меня накормилъ.

Накормилъ, напоилъ, — небогатый,
А такой-же, какъ я, безпризорный.
Онъ, какъ я, ненавидить палаты,
И, какъ я, онъ такой-же упорный.

Это лѣтомъ, запомнилъ я, было.
А потомъ я его не видалъ.
Былъ въ селѣ. И съ роднею милой
Снова здѣсь го л о даль, голодаль. . .
А сегодня я въ городѣ вновь.
Голодаю. Прошу — а въ отвѣтъ:
“Приходите въ другой разъ, поэтъ”!
Эхъ, такая судьба бѣдняковъ,
Милліоновъ трудящихся массъ,
Милліоновъ голодныхъ сейчасъ! — "

Тота тяжка борьба с голодом и нуждом не зломила молодого хлопця, лем загартувала го душевно и выковала тверду волю боротися за нову лучшу жизнь не тилько для себе самого, но и для всего поневоленого карпаторусского народа и всіх трудящыхся світа. В його стихотворениях находиме сильны енергичны призывы до борьбы. Вот, наприм., в його “Пісні о долі”:


“Эй, вы тамъ! — кто силенъ, кто
молодъ,
Чтобъ легче,
чтобъ лучше
чтобъ краше

Намъ жить стало, братцы,
Вступайте подъ знямя, подъ наше —
Чтобъ съ горемъ — бѣдою драться!
Мы въ лютомъ бою
Пѣснь запоемъ свою —
Смѣлую, новую,
Простую, суровую:
Да здравствуетъ воля и трудъ,
Рабочій, отверженный людъ! ”

А в стихотворению “Къ себѣ” он говорит:


“Полюбилъ я родные Карпаты,
Свой рабочій, забитый народъ!
Полюбилъ его бѣдныя хаты,
Гдѣ нужда нынче пѣсни поетъ!
Я стою на пути — закаленный,
А за мною — плечи къ плечамъ —
Угнетенный, многомильонный,
Классъ трудящихся
По всѣмъ сторонам.”

Як колиси в царской России молодый Горький, натерпівшийся біды и горя, поднял гордо голову и звал на бой против старого світа, за счастливу, справедливу жизнь, так и молодый карпаторусский поэт А. Патрус обертатся сміло против угнетателей и кличе карпаторусский трудовый народ до борьбы за свои права, разом с “многомильонным классом трудящихся”.

Характерным для А. Патруса єст слово “весна”, котре встрічатся постоянно в його стихотворениях и служит для выражения його віры в приход нового жытя. Як в природі послі морозной, мертвящой зимы приходит радостна весна, так и в людскых отношениях послі теперішной суровой, жестокой епохы угнетения и вызыску человіка человіком приде новый вік братства и свободы.


“Придетъ весна — и лучь червонный
Туманъ развѣетъ надъ страной,
Пойдутъ трудящихся колонны
Пахать дорогой полевой.”

или


“Не поймете вы пѣсень моихъ,
Не поймете вы душу мою.
О бездомныхъ,
забитыхъ
мой стихъ,
Я о нихъ вам сегодня пою.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Но пойметъ ихъ рабочій народъ
И въ походъ
Ихъ
навстрѣчу веснѣ
понесетъ!”

Но часами сурова дійствительность с єй нуждом и горем бере верх над радостными чувствами молодого поета, и он признаєся, што тяжко жыти на світі:


“Вспоминаю под липой дремучей,
Вспоминаю родное село,
Полонины, окутаны тучею,
А душѣ тяжело, тяжело. . ."

Тоты мрачны настрои овладіли його душом, коли писал стихотворение о кладбищі:

“Сегодня пойду на кладбище
И тамъ посижу средь крестовъ.
Тамъ вѣтеръ таинственный свищетъ,
Почиютъ — коварство, любовь. . .

Весенній закатъ безъ улыбки
Пройдетъ, не замѣтивъ меня,
А вѣтеръ задумчиво-гибкій
Поплачетъ еще у плетня.

Потомъ на могилѣ усну я
И спать буду тамъ, гдѣ она. . .
Спаси! упокой! аллилуя! —
Споетъ надо мною луна.

На свѣтѣ и дальше такъ будутъ,
Какъ прежде, судьбу проклинать,
А я — все оставлю, забуду —
И буду въ землѣ отдыхать. . .”

Но то минутны, скоро переходячы настрои. И Максим Горький, автор знаменитого “Буревестника” пережывал нераз такы тяжкы минуты душевной депрессии, што думал о смерти. Даже накладал руку на себе. Но здорова, загартувана в бідах душа человіка не поддастся такым настроям, бо жытя сильнійше.

Андрей Патрус пише чистым русскым литературным языком. Пише тоже и на народном карпаторусском языкі. Стих його легкий, енергичный. В стихотворениях и оповіданях чуєся, понятно, и незрілость молодого автора, но коли подумати, што то пише 20-рочный юноша, то чытатель удивляєся зрілости його чувств и мысли и силі выражения.



[BACK]